<<
>>

ЕСЛИ инвестиция удачна, положись но интуицию и ставь на карту все

Рафаэль пребывал в легком шоке. Его тревожило то, что Сорос рискует почти всем. Но он напрасно беспокоился. Прибыль «Квантума» от продажи акций «Ягуара» составила 25 миллионов долларов.

Составной частью концепции хеджирования, близкой воззрениям Сороса, была игра на понижение курса акций.

Самую большую такую игру Сорос провел в середине 80-х с акциями «Вестерн Юнион».

Наступил 1985 год. В США входили в моду телефаксы. Акции «Вестерн Юнион», столь популярные ранее, продавались в среднем по 20 долларов. Сорос и его помощники обратили особое внимание на то, что компания по-прежнему указывает в балансе большое количество телексного оборудования. Поскольку оно было устаревшим, электромеханическим, и потому малоликвидным, для рынка такое оборудование не представляло почти никакой ценности. «Вестерн Юнион», кроме того, влез в большие долги.

Сорос глубоко сомневался, что компания сможет выплатить долги и дивиденды по привилегированным акциям. Аллан Рафаэль вспоминает:

«Наши раздумья сводились вкратце к следующему: как «Вестерн Юнион» похоронил конную экспресс-почту, так телефаксы похоронят «Вестерн Юнион».

Многие опытные аналитики советовали инвесторам сыграть на активах «Вестерн Юнион», забывая при этом, что активы эти стоили намного меньше, чем указывала «Вестерн Юнион».

А Сорос это прекрасно понимал. И продал на понижение миллионы акций. Прибыль, по словам Аллана Рафаэля, исчислялась «несколькими миллионами ».

Несмотря на успехи 1985 года, Сорос по-прежнему опасался кризиса в экономике США.

В августе он считал, что «имперский круг вступил в завершающую стадию кредитной экспансии, направленной на стимулирование американской экономики и рост военных расходов. Но спасение было близко, и, к счастью для Сороса, он сумел вовремя увидеть его и воспользоваться представившимися возможностями.

Спасение заключалось в том, что США и другие промышленные гиганты осознали, что валютный рынок превратился в необузданного монстра, действующего вопреки их интересам.

Углубившись в изучение этого вопроса, Энтони Сэмпсон отметил в своей книге «Дар Мидаса», что «в 60-е годы поборники свободного рынка стремились к тому, чтобы различные валюты постепенно и в разумных пределах изменяли свои обменные курсы, поскольку страны со слабой экономикой и вялым экспортом будут девальвировать спою валюту, пока низкий валютный курс не сделает их товары достаточно конкурентоспособными. Доллары, иены или фунты точно определяли бы эффективность национальной экономики... Когда президент Никсон отменил золотой стандарт доллара в 1971 году и курс валют начал свободно колебаться, никто не предвидел эпохальных сдвигов, наступивших в конце 70-х и начале 80-х годов». Любой слух мог поколебать курс той или иной валюты. Обменные курсы уже не соответствовали торговому балансу. К концу 80-х курс доллара к иене мог свободно изменяться на 4% в день.

Поначалу Сорос не мог похвастаться успехами в валютных операциях. В начале 80-х он даже понес на них убытки. Но оправдавшиеся в середине 80-х прогнозы вернули ему уверенность в себе. Он знал, что доллар, а точнее, его курс к японской иене и немецкой марке станут главным действующим лицом в будущей драме мира финансов, и усердно готовился к этому.

Курс доллара хаотически менялся в начале 80-х, что истощало мир, во многом зависевший от стабильности доллара. В первые годы пребывания у власти правительство Рейгана поощряло рост курса доллара, надеясь подавить инфляцию, удешевив импорт и привлекая иностранные инвестиции для финансирования растущего торгового дефицита.

Возможно, именно проведенное Рейганом сокращение налогов при одновременном росте военных расходов вызвало резкий подъем курса доллара и акций американских компаний. Зарубежный капитал устремился в США, что подпитывало доллар и оживляло биржу. Дальнейший экономический рост привлекал в страну дополнительные инвестиции, а это, в свою очередь, снова подстегивало рост курса доллара.

Именно это Сорос и называл «имперским кругом Рейгана».

Хотя этот имперский круг оставался принципиально нестабильным, Сорос считал, что «силь ный доллар и высокие реальные учетные ставки приведут к перегреву, ослаблению стимулирующего воздействия бюджетного дефицита и спаду в экономике США в целом». Как и предполагал Сорос, к 1985 году торговый дефицит США достиг угрожающих размеров, а высокий курс доллара во многом затруднил экспорт. К тому же, отечественным производителям угрожали де-шевые японские товары. Сорос наблюдал за этими процессами и решил, что настала первая фаза очередного цикла «подъем-спад».

А другие аналитики превозносили циклический рост курса акций. Сорос был далек от этого. Верный своему принципу плыть против течения, он предпочитал инвестировать в акции предпрнятий передовой технологии и в финансовые услуги. А позже успешно продавал их. Так, «Кван-тум» владел 600 тысячами акций Эй-Би-Си, когда их купил «Кэпитл ситиз». Одним прекрасным мартовским днем «Кэпитл ситиз» объявил, что продаст эти акции по 118 долларов за штуку. «Квантум» выиграл 18 миллионов на одной операции.

Вскоре после этого Сорос позвонил Рафаэлю, который осуществил ее. «Это было просто великолепно. Но что нам делать дальше? » Вспоминая об этом через много лет, Рафаэль имитирует венгерский акцент Сороса, произносившего сию тираду. Рафаэль прекрасно понимал, что Сороса интересует совсем другое. Он просто проверял помощника. Его слова надо было понимать так: я очень доволен, но не зазнавайтесь!

— Как что?! — удивился Рафаэль. — Это же абсолютно ясно. Булем покупать акции «Кэпитл ситиз»!

По молчанию Сороса в трубке Рафаэль понял, что этот экзамен он выдержал с честью.

Сорос полагал, что валютная политика Рейгана приведет к началу циклического спада. Пре-зидент имел основания усиливать доллар и дальше, но лучше бы он понизил его курс. В начале 80-х учетные ставки по краткосрочным кредитам поднялись до 19%. Цена на золото подскочила до 900 долларов за унцию.

Темпы инфляции выросли до 20% в год. Взмывший до небес доллар меняли на 240 иен и 3.25 немецких марок.

В конце концов, Соросу стало ясно, что после неминуемого распада ОПЕК цены на нефть резко упадут. Это создаст дополнительное давление на правительство США, вынуждая его понизить курс доллара. Цены на нефть, достигшие в последнее время 40 долларов за баррель, по ряду прогнозов могли подняться до 80 долларов. Но развал ОПЕК вызовет снижение уровня инфляции во всем мире. Одновременно снизились бы учетные ставки. После всех этих перемен доллар ожидала резкая девальвация.

Рафаэль так объяснил стратегию Сороса: «Она сводилась к продаже на понижение сырой нефти, скупке кредитных фьючерсов в США в расчете на понижение учетных ставок, а в Японии в расчете на их повышение, поскольку Япония сильно зависела от импорта нефти. Кроме того, долларовые активы нужно было переводить в иены и марки. Поскольку рынки сырья, долговых обязательств и валюты значительно больше рынка акций, инвестор или спекулянт может за относительно короткое время сосредоточить в своих руках огромные активы. Если предельный спрос на акции сравнительно мал, то можно использовать во много раз большие заемные средства. И хотя фонд располагал в то время всего 400 миллионами долларов, его возможности привлекать кредиты были огромны.

Джордж Сорос оперировал этими активами очень энергично. Так может повезти только раз в жизни».

С августа 1985 года Сорос ведет дневник. Помимо сведений о своих инвестициях, он записывает побочные мысли по ходу, как он выразился, «эксперимента в реальном времени» в поисках ответа на вопрос, как долго просуществует «имперский круг» Рейгана. Он рассматривал дневник как проверку своей способности предвидеть перемены на финансовых рынках. И возможность проверки своих теорий на практике. Благодаря дневниковым записям, взгляды Сороса и его инвестиционная стратегия в период между августом 1985 года и ноябрем 1986 года тщательно задокументированы, Дневник опубликован в изданной в 1987 году книге Сороса «Алхимия финансов».

Первый серьезный экзамен теории Сороса прошли в сентябре 1985 года.

6 сентября Сорос решил играть на повышение иены и марки. Но они продолжали дешеветь. Он начал сомневаться в своей идее «имперского круга». Его закупки обеих валют достигли суммы 700 млн. долларов, что превысило вес активы фонда Квантум». Хотя Сорос понес некоторые убытки, он был уверен, что ход событий подтвердит его правоту, и довел объем операций по иене и марке до 800 миллионов долларов, — на 200 миллионов больше, "см общая стоимость активов фонда.

Позже, а именно 22 сентября, сценарий Сороса начал воплощаться в жизнь. Джеймс Бейкер, новый министр финансов США, решил, что курс доллара нужно понизить, поскольку американские производители все настойчивее требовали протекционистских мер. Бейкер и министры финансов других ведущих стран — Франции, Германия, Японии и Великобритании. — так называемая «большая пятерка», собрались в Нью-Иорке в отеле «Плаза». Сорос узнал об этой встрече и сразу понял, что именно предпримут министры. Он трудился всю ночь, скупая миллионы иен.

Министры действительно согласовали снижение курса доллара, позже окрещенное как «соглашение Плаза». Предполагалась «справедливая оценка других валют» путем «более тесного сотрудничества». Это означало, что центральные банки будут обязаны девальвировать доллар.

На следующий день стало известно о падении курса доллара к иене с 239 до 222,5 иены, или на 4,3%. Крупнейшая девальвация за один день в истории финансов! Сорос, к своему немалому удовольствию, заработал за ночь 40 млн. долларов. Утром Рафаэль сказал ему: Отличный удар, Джордж. Я восхищен». Сорос продолжал покупать иены.

В записях от 28 сентября Сорос назвал сговор в «Плазе» «сущей бессмыслицей... прибыли за последнюю неделю оказались равны общим убыткам от операций с валютой за последние четыре года...»

Ночная инвестиция «Квантума» создала вокруг него почти мистический ореол. Стен Дракенмиллер, работающий с Соросом с 1988 года, сообщил, что осенью 1985 года другие торговцы, подражая Соросу, тоже скупали иены накануне «соглашения Плаза». Когда в понедельник утром курс иены на торгах вырос на 800 пунктов, эти торговцы стали снимать пенки, воодушевленные столь быстрыми и крупными прибылями. Однако Сорос смотрел на вещи шире. «Предположим, Сорос проговорится и даст понять другим, что пора прекращать продажу иены. Правительство намекнуло ему, что доллар будет падать и в следующем году. Отчего бы ему не быть свиньей и не скупать иены дальше?»

В течение следующих полутора месяцев центральные банки продолжали понижение курса доллара. К концу октября доллар упал на 13%, или до 205 иен. К сентябрю 1986 года он упал до 153 иен. Валюты стран «большой пятерки» выросли к доллару на 24 — 28%.

Общая сумма ставки Сороса на иену превысила 1,5 млрд. долларов. Он вложил почти все деньги, используя и огромные займы, в иены и марки. Как оказалось, это был мудрый шаг. Его прибыли за это время составили, по некоторым оценкам, 150 млн. долларов.

<< | >>
Источник: Роберт Слейтер. Сорос. Жизнь, деятельность и деловые секреты величайшего в мире инвестора. 2012

Еще по теме ЕСЛИ инвестиция удачна, положись но интуицию и ставь на карту все:

  1. Если рискуешь, не ставь на карту все
  2. Если ты знаешь, что «думает рынок, действуй вопреки его «мыслям», ставь на неожиданное
  3. Почему стоит покупать акции, даже если они всего лишь средние по доходности инвестиции
  4. Даже если у нее есть фотографии, все равно все отрицай!..
  5. Выбор удачных дней
  6. Упражнение: нарисуйте карту Истинного чистого капитала
  7. Часть 1. Выбор удачных дней
  8. Удачный опыт
  9. Развитие интуиции
  10. Даже если вы вообще не покупаете акции, у вас их все равно много
  11. Начало положено
  12. Что вы положили бы в коробку?
  13. Доставка на дом: удачный вариант вашего бизнеса