<<
>>

Исполнение договора страхования

Исполнить договор страхования — значит выполнить вытекающие из него обязательства.

Обязательство страхователя обычно увязывают с уплатой страховой премии.

В соответствии с п.

1 ст. 954 ГК страховая премия должна быть уплачена в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования.

Моментом уплаты страховой премии при внесении ее наличными денежными средствами следует считать момент передачи денег страховщику (его представителю, например страховому агенту), а при безналичном перечислении — день поступления денег на банковский счет страховщика.

Уплата или, напротив, неуплата страховой премии имеет различные последствия в зависимости от того, каким является договор страхования: реальным, консенсуальным или его вступление в силу обусловлено некоторыми другими обстоятельствами.

При реальном договоре страхования он считается заключенным с момента уплаты страховой премии. Поэтому при таком договоре обязанности страхователя по уплате страховой премии как таковой вообще не существует, как и нет права страховщика требовать от страхователя уплаты этой премии, поскольку не заключен и сам договор страхования.

Другое дело, когда договор носит консенсуальный характер и вступает в силу в момент получения акцепта на оферту.

В этом случае страховщик имеет право на принудительное взыскание страховой премии, однако и несет обязанность по страховой выплате, даже если страхователь не уплатит эту премию.

Особняком стоит вопрос об уплате страховых взносов, т.е. страховой премии, уплачиваемой частями или в рассрочку. Эта проблема носит одинаковый характер как при реальном, так и при консенсуальном договоре страхования, поскольку речь идет о заключенном и вступившем в силу договоре.

В отличие от ранее действовавшего законодательства (ст. 23 Закона "О страховании"), неуплата страхователем страховых взносов в очередные сроки сейчас уже не является основанием для прекращения договора страхования.

Взамен этого установлено, что если договором страхования предусмотрено внесение страховой премии в рассрочку, договором могут быть определены последствия неуплаты в установленные сроки очередных страховых взносов (п. 3 ст. 954 ГК). Этими последствиями могут быть и досрочное прекращение договора страхования, и установление каких-либо санкций за данное нарушение договора. В результате право страховщика на досрочное расторжение договора страхования по причине несвоевременной уплаты страхователем страховых взносов перешло из разряда прав, вытекающих из закона, в разряд прав, определяемых договором.

Предусмотрено также, что если страховой случай наступил до уплаты очередного страхового взноса, внесение которого просрочено, страховщик вправе при определении размера страховой выплаты зачесть сумму просроченного страхового взноса (п. 4 ст. 954 ГК).

Таким образом, если договором не предусмотрены его досрочное расторжение вследствие неуплаты страхователем страхового взноса к установленному сроку или какие-либо иные последствия, единственным последствием будет то, которое предусмотрено п. 4 ст. 954 ГК, т.е. зачет суммы просроченного страхового взноса.

Согласно ст. 959 ГК в период действия договора имущественного страхования страхователь (выгодоприобретатель) обязан незамедлительно сообщать страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска.

Значительными, во всяком случае, признаются изменения, оговоренные в договоре страхования (страховом полисе) и переданных страхователю правилах страхования (п. 1 ст. 959 ГК).

Указанное сообщение страхователь может сделать как в письменной, так и в устной форме.

Норма, установленная п. 1 ст. 959 ГК, носит императивный характер и касается только договора имущественного страхования.

Данная статья, именуемая "Последствия увеличения страхового риска в период действия договора страхования", связана с рассмотренной в предыдущем параграфе ст.

944 ГК, устанавливающей обязанность страхователя сообщить страховщику при заключении договора обстоятельства, имеющие существенное значение для определения страхового риска. В результате ст. 944 ГК говорит об обязанности страхователя информировать страховщика о существенных для страхового риска обстоятельствах в период заключения договора, а ст. 959 ГК предусматривает, по сути, эту же обязанность, но уже в период действия договора страхования.

При рассмотрении ст. 944 ГК мы уже обращали внимание на ее усложненность и практическую невыполнимость страхователем предусмотренной ею обязанности. Статья 959 ГК не только сохранила эту усложненность, но и еще больше усилила ее, поставив страхователя в довольно затруднительное положение. Действительно, ему вменяется в обязанность информировать страховщика о значительных изменениях в обстоятельствах, имеющих существенное значение для определения страхового риска, если эти обстоятельства могут существенно повлиять на увеличение этого риска. Что означают все эти "значительные" и "существенные" обстоятельства, которые будут влиять на страхование, почему-то должен знать страхователь — лицо, как правило, некомпетентное в страховом деле.

Тем не менее исходя из текста ст. 959 ГК можно сделать вывод, что страхователь обязан сообщить об изменениях, которые характеризуются следующим:

1) они произошли в обстоятельствах, о которых страхователь сообщил страховщику при заключении договора. Были те обстоятельства существенными или несущественными — в данном случае значения не имеет. Если изменения произошли в тех обстоятельствах, о которых страхователь не сообщал в период заключения договора, даже если они имели тогда и имеют сейчас, будучи измененными, существенное значение для определения страхового риска, он не несет обязанности по информированию страховщика об изменениях в данных обстоятельствах;

2) эти изменения должны быть значительными. Значительными являются, во-первых, изменения, оговоренные в договоре и в переданных страхователю правилах страхования, а также, во-вторых, некие другие изменения, которые значительны сами по себе.

При этом обязанность определения, являются ли эти изменения значительными или незначительными, лежит на самом страхователе — закон никаких пояснений или рекомендаций на этот счет не содержит, явно ставя страхователя в затруднительное положение и вводя его в состояние опасности, что любое изменение, которое он посчитал незначительным и поэтому не сообщил о нем страховщику, будет расценено как значительное;

3) эти изменения должны существенно повлиять на увеличение страхового риска. Здесь также совершенно непонятно, каким образом страхователь, лицо, как правило, некомпетентное в вопросах страхования дела, будет определять, какие из значительных изменений могут существенно повлиять на увеличение страхового риска.

Короче, не правовая норма, а сплошная загадка для страхователя.

К сказанному можно добавить лишь то, что согласно п. 1 ст. 451 ГК изменение обстоятельств признается существенным, когда они изменились настолько, что если бы стороны могли это разумно предвидеть, договор вообще не был бы ими заключен или был бы заключен на значительно отличающихся условиях.

Отметим, что на практике страховщики, конкретизируя норму, установленную п. 1 ст. 959 ГК, иногда предусматривают в правилах страхования перечень обстоятельств, об изменении которых страхователь обязан сообщить страховщику. Но нельзя сказать, что это облегчает положение страхователя, поскольку такой перечень бывает, как правило, весьма обширным и обычно заканчивается фразой типа "и другие обстоятельства, которые могут существенно повлиять на увеличение страхового риска". Иначе говоря, такая "конкретизация" данной нормы в договоре лишь приводит к увеличению объема обязанностей страхователя, не делая саму норму яснее и понятнее.

Кроме того, в правила страхования или в стандартные формы договора нередко включается право страховщика на односторонний отказ от исполнения договора по мотиву несообщения страхователем о значительных изменениях в обстоятельствах, имеющих существенное значение для увеличения страхового риска.

Это противоправно, так как в соответствии с п.

2 ст. 959 ГК страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе лишь потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска.

При этом под условиями договора, которые могут быть изменены по требованию страховщика, понимаются любые его условия: предмет страхования, страховая сумма, характер страхового случая, период действия страховой защиты и т.д. Естественно, коль скоро изменение этих условий обусловлено увеличением страхового риска, данные условия должны меняться в сторону, благоприятную для страховщика. В конечном счете это должно привести либо к снижению возможности выплаты страхового возмещения, либо к уменьшению его суммы. Страховщик вправе требовать изменения как одного, так и нескольких условий в любом их сочетании.

Как правильно, на наш взгляд, отмечает Ю.Б. Фогельсон, к указанным условиям не относится величина страховой премии, о которой в рассматриваемой статье ведется особый разговор. Поэтому, потребовав изменения одного или нескольких условий договора, страховщик не вправе в то же время требовать доплаты страховой премии. Напротив, потребовав доплаты премии, он не вправе требовать изменения других условий договора <1>.

--------------------------------

<1> См.: Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002. С. 203.

Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора (п. 2 ст. 959 ГК).

Обращает на себя внимание, что в рассматриваемой ситуации страховщик не вправе через суд добиваться принудительного изменения условий договора страхования, он может лишь добиваться расторжения этого договора.

Выгодоприобретатель вправе возражать против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии лишь в том случае, когда он в соответствии с п. 2 ст. 939 ГК предъявил требование о выплате страхового возмещения.

Пункт 2 ст.

959 ГК следует рассматривать в его связи с п. 1 этой же статьи. Поэтому предусмотренное им правило распространяется лишь на случаи имущественного страхования. На личное страхование оно будет распространяться лишь в том случае, если это прямо предусмотрено в договоре.

При неисполнении страхователем либо выгодоприобретателем обязанности по уведомлению страховщика об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, страховщик вправе потребовать расторжения договора и возмещения убытков, причиненных этим расторжением и предусмотренных п. 3 ст. 453 ГК.

На вопросах, связанных с расторжением договора страхования по этим основаниям, мы остановимся в следующем параграфе настоящей главы.

Здесь же отметим, что страховщик не вправе требовать расторжения договора, если обстоятельства, влекущие увеличение страхового риска, уже отпали (п. 4 ст. 959 ГК). Кроме того, в данной ситуации, что вытекает из смысла этого пункта, страховщик также не вправе требовать изменения условий договора или уплаты дополнительной страховой премии.

В соответствии с п. 5 ст. 959 ГК при личном страховании последствия изменения страхового риска в период действия договора страхования могут наступить только тогда, когда такие последствия прямо указаны в договоре.

Например, в договоре страхования жизни предусмотрена обязанность страхователя сообщить страховщику о заболевании, повлекшем инвалидность застрахованного лица, что дает страховщику право увеличить размер страховых взносов. Однако если в договоре об этом ничего не будет сказано, страховщик таким правом пользоваться не будет и договор должен действовать при прежнем размере взносов, несмотря на то что страховой риск возрос.

Следует также иметь в виду, что согласия выгодоприобретателя на изменение условий договора личного страхования вследствие увеличения страхового риска недостаточно, поскольку не он, а страхователь является стороной в договоре и только он вправе решать этот вопрос.

Говоря о последствиях изменения страхового риска в период действия договора, отметим, что ранее действовавший Закон "О страховании" предусматривал обязанность страховщика в случае проведения страхователем мероприятий, уменьшивших риск наступления страхового случая и размер возможного ущерба застрахованному имуществу, перезаключить по заявлению этого страхователя договор с учетом этого обстоятельства. Иначе говоря, действовало правило, прямо противоположное рассмотренному выше. Однако эта норма в состав ГК по непонятным причинам включена не была. На это можно возразить, что страхователь при уменьшении страхового риска вправе воспользоваться ст. 451 ГК. Эта статья дает ему право требовать изменения договора в связи с существенным изменением обстоятельств. Но таким же правом пользуется и страховщик, однако его проблемы, связанные с увеличением страхового риска, закон почему-то взял под особую защиту.

В целом же невключение в ГК ранее существовавшего положения, связанного с защитой прав страхователя при уменьшении страхового риска и, напротив, включение в него ранее не существовавших положений, направленных на защиту интересов страховщика при увеличении страхового риска, свидетельствуют о том, что при разработке Кодекса возобладали интересы страховщиков в ущерб интересам страхователей. Хотя роль права как раз и заключается в том, чтобы поддерживать экономически слабого и менее защищенного субъекта общественного отношения.

Если же говорить по существу, то концепция пересмотра условий страхования и тем более расторжения договора по инициативе страховщика ввиду увеличения риска наступления страхового случая противоречит самой сущности страхования в качестве рискового вида деятельности. Принимая на себя риск последствий наступления страхового случая, страховщик должен принимать на себя, естественно, и риск вероятности наступления того события, которое предусмотрено договором страхования в качестве этого страхового случая. В этом сущность страхования как рискового вида деятельности. Предоставление страховщику права при увеличении вероятности наступления страхового случая требовать увеличения страховой премии, а затем — при отказе страхователя — и расторжения договора страхования делает страхование призрачным и иллюзорным, а саму страховую деятельность по сути безрисковой. Скажем, если страховщик страхует на случай смерти, то предоставление ему права через незатейливый механизм одностороннего повышения платы за страхование расторгнуть договор страхования по причине того, что страхователь заболел (увеличение вероятности наступления страхового случая) и скоро умрет (страховой случай), превращает страхование в фикцию. К сожалению, Гражданский кодекс, обязывая страхователя под страхом расторжения договора сообщать страховщику некие существенные обстоятельства (ст. 944), а также некие значительные изменения (ст. 959), в то же время предоставляет страховщику возможность включить в правила страхования его право на односторонний отказа от исполнения договора. Это, по сути, легализирует фиктивность такого страхования.

Следующий этап исполнения договора страхования обычно связан со страховым случаем.

В соответствии со ст. 961 ГК страхователь по договору имущественного страхования после того, как ему стало известно о наступлении страхового случая, обязан незамедлительно уведомить о его наступлении страховщика или его представителя. Если договором предусмотрен срок и (или) способ уведомления, это уведомление должно быть сделано в установленный срок или указанным в договоре способом.

Уведомление о наступлении страхового случая относится к числу важнейших элементов исполнения договора страхования.

Своевременное извещение страховщика о страховом случае имеет целью предоставить ему возможность:

1) принять меры по уменьшению убытка от наступления страхового случая (организовать розыск пропавшего имущества, дать указание страхователю по принятию мер, направленных на уменьшение убытка, обеспечить спасание имущества своими средствами и т.д.);

2) проверить факт наступления страхового случая, выявить причины возникновения убытков и наличие причинно-следственной связи между страховым случаем и этими убытками (организовать осмотр поврежденного имущества, назначить экспертизу, определить причины и последствия страхового случая и т.д.);

3) определить размеры убытков, что имеет значение для определения размера страхового возмещения;

4) принять меры к установлению виновных в страховом случае и к обеспечению возможного требования к ним (организовать розыск похитителей застрахованного имущества, принять меры к возмещению вреда за счет его причинителя, зафиксировать обстоятельства причинения ущерба и т.д.).

Закон не разъясняет, что кроется под выражением "незамедлительно уведомить". Исходя из общеупотребительного значения этого термина следует его понимать как "немедленно, без задержек".

Такая же обязанность лежит на выгодоприобретателе, но лишь тогда, когда, во-первых, ему было известно, что договор страхования был заключен в его пользу, и, во-вторых, если он намерен воспользоваться правом на страховое возмещение (п. 1 ст. 961 ГК).

Если к моменту совершения страхового случая выгодоприобретатель не знал, что договор страхования заключен в его пользу, исполнение этой обязанности лежит на страхователе.

Следует отметить, что обязанность уведомления страховщика о наступлении страхового случая может возникнуть одновременно у двух лиц: и у страхователя, и у выгодоприобретателя. Каждый из них исполняет эту обязанность самостоятельно. Исполнение этой обязанности одним из них не освобождает другого от исполнения своей обязанности, хотя они и являются аналогичными и преследуют одну и ту же цель.

Выгодоприобретатель имеет право уведомить страховщика о наступлении страхового случая при всех обстоятельствах независимо от того, сделали это или нет страхователь или застрахованное лицо.

Данная обязанность страхователя (выгодоприобретателя) является весьма серьезной. Ее неисполнение дает страховщику право отказать в выплате страхового возмещения.

Следует иметь в виду, что в данном случае закон говорит не просто о неуведомлении страховщика, а о неисполнении обязанности по уведомлению, что включает в себя, в частности, уведомление определенным способом и в определенные сроки. В то же время само неисполнение этой обязанности еще не является абсолютным основанием для отказа в выплате страхового возмещения. Страхователь или выгодоприобретатель имеют возможность блокировать отказ страховщика доказыванием того, что страховщик, во-первых, своевременно узнал о наступлении страхового случая, либо, во-вторых, отсутствие у страховщика сведений об этом не могло сказаться на его обязанности выплатить страховое возмещение (п. 2 ст. 961 ГК).

Это дало основание некоторым авторам прийти к выводу, что по смыслу данной нормы страховщик вправе отказать в выплате той части страхового возмещения, на которую увеличились убытки от наступления страхового случая в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения страхователем (выгодоприобретателем) обязанности по уведомлению страховщика о наступлении страхового случая. Так, А.В. Собакинских пишет, что, "отказывая в оплате убытков или снижая сумму возмещения, страховщик должен доказать, каким образом несвоевременное сообщение о страховом случае лишило его возможности избежать или уменьшить убытки или каким образом это отразилось на иных имущественных правах страховщика (например, утрата права на суброгацию)" <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации — КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (издание пятое, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

<1> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Рук. авт. колл. и отв. ред., проф. О.Н. Садиков. 3-е изд., испр. и доп. С. 551.

Такой вывод не следует из текста комментируемой статьи. Эта статья недвусмысленно предусматривает, что, во-первых, основанием возникновения у страховщика права на отказ в страховой выплате является не возникновение у него дополнительных убытков в результате неуведомления его о страховом случае, а неисполнение или ненадлежащее исполнение страхователем своей обязанности по договору, т.е. формальный повод. Во-вторых, не страховщик должен доказывать, каким образом несвоевременное сообщение о страховом случае обернулось для него увеличением размера страховой выплаты, а, наоборот, страхователь должен доказывать, что отсутствие у страховщика сведений о наступлении страхового случая не могло сказаться на его обязанности произвести страховую выплату. Таковы требования закона.

Однако это как раз и наталкивает на мысль, что закон в данном случае содержит неоправданно суровую для страхователя норму. На наш взгляд, было бы лучше, если бы она была сформулирована в той трактовке, о которой шла речь выше, т.е. неисполнение обязанности по уведомлению о страховом случае только тогда может выступать основанием для невыплаты страхового возмещения, когда это повлекло реальные неблагоприятные последствия для страховщика. При этом выстраивалась бы следующая причинно-следственная связь: неуведомление страховщика о наступлении страхового случая лишило его возможности дать страхователю надлежащие указания, как действовать в данной ситуации; это привело к тому, что убытки от страхового случая неоправданно возросли, что, в свою очередь, послужило причиной увеличения размера страхового возмещения, которое страховщик должен выплатить страхователю (выгодоприобретателю). И именно в этой части убытка страховщик может отказать страхователю в выплате страхового возмещения.

Указанные правила применяются и при личном страховании, если страховым случаем является смерть застрахованного лица или причинение вреда его здоровью. При этом устанавливаемый договором срок уведомления страховщика не может быть менее 30 дней (п. 3 ст. 961 ГК).

Одним из принципов страхования является принцип "страхователь должен относиться к застрахованному имуществу так, как будто оно вовсе не застраховано". Он не должен спокойно взирать на то, как пожар уничтожает его дом, будучи уверенным в том, что страховку он получит.

В соответствии с этим в ГК зафиксировано следующее: "При наступлении страхового случая, предусмотренного договором имущественного страхования, страхователь обязан принять разумные и доступные в сложившихся обстоятельствах меры, чтобы предотвратить или уменьшить возможные убытки. Принимая такие меры, страхователь должен следовать указаниям страховщика, если они сообщены страхователю" (п. 1 ст. 962 ГК).

Данная норма является императивной, и страхователь обязан ее исполнять независимо от того, зафиксировано аналогичное правило в тексте договора или нет. Кстати, включение данной обязанности в текст договора не превращает ее, как это полагают некоторые практические работники, из обязанности, предусмотренной законом, в обязанность, предусмотренную договором, с подчинением ее исполнения правилам общей части обязательственного права.

Разумными в сложившихся обстоятельствах являются меры, реально способные привести к уменьшению убытков, которые можно было ожидать от страхового случая, если бы никаких мер не принималось вовсе. Во всяком случае, затраты, связанные с осуществлением мер по предотвращению убытков, если они являются разумными, не должны превышать самих убытков от наступления страхового случая.

Доступными в сложившихся обстоятельствах являются меры, реально возможные для страхователя (выгодоприобретателя) в данной ситуации.

Страховщик, давая указания страхователю о принятии мер по уменьшению убытков, должен исходить из того, что эти меры являются доступными для него.

К указаниям страховщика приравниваются указания его представителя или агента, если они уполномочены отдавать такого рода указания.

Отметим, что нередко в стандартных правилах страхования предусматривается возможность принятия страховщиком самостоятельных мер по спасению и сбережению имущества или иному уменьшению убытков. В принципе это не вызывает никаких возражений и является, на наш взгляд, актом вполне правомерным, несмотря на то что ст. 962 ГК такой возможности не предусматривает.

Страхователь вправе помимо выполнения указания страховщика применять собственные меры по уменьшению возможных убытков, если эти меры представляются ему необходимыми и не противоречат указаниям страховщика.

Таким образом, общей обязанностью страхователя является принятие "разумных и доступных" мер по спасению застрахованного имущества (насколько принимаемые меры будут "разумными", решит в случае спора суд, дав этим мерам соответствующую оценку). Однако если страховщик даст указания, страхователь им обязан следовать даже тогда, когда продиктованные ему страховщиком меры представляются неразумными.

Расходы страхователя, направленные на уменьшение убытков от страхового случая, подлежат возмещению страховщиком при условии, что такие расходы были необходимы или были произведены для выполнения указаний страховщика, даже если соответствующие меры оказались безуспешными (п. 2 ст. 962 ГК).

Комментируя это положение, можно отметить следующее.

Во-первых, подлежат возмещению лишь те расходы, которые связаны со страховым случаем. Если страхового случая нет и страхователь принимает превентивные меры, направленные на недопущение убытков, которые предположительно может повлечь за собой этот случай (например, укрепляет конструкции жилого дома на случай возможного землетрясения), то такие расходы возмещению не подлежат.

Во-вторых, происшедший страховой случай либо уже повлек убытки (и задача страхователя состоит в том, чтобы их уменьшить), либо реально должен их повлечь (и задача страхователя состоит в том, чтобы предотвратить убытки). Иначе говоря, расходы при всех обстоятельствах должны быть увязаны с убытками, которые влечет страховой случай.

В-третьих, расходы по предотвращению или уменьшению убытков должны быть необходимыми или произведенными во исполнение указания страховщика.

Необходимыми расходами признаются расходы, направленные на уменьшение возможных убытков от наступления страхового случая, которые были обусловлены всей сложившейся обстановкой.

Бремя доказывания того, что произведенные расходы не были необходимыми, а были излишними, лежит на страховщике.

Если расходы будут чрезмерными и излишними, т.е. не укладывались в категорию "необходимые расходы", то страховщик освобождается от их возмещения.

Если владелец застрахованного от пожара строения начинает в панике крушить вокруг себя все только лишь по той причине, что в 10 километрах от него случилось какое-то возгорание, то возмещение таких расходов будет под большим вопросом.

Если расходы будут чрезмерными и излишними, но произведенными в силу указания страховщика, то он обязан их возместить в полном размере.

Если расходы в какой-то части были необходимыми, а в какой-то — чрезмерными и излишними, то возмещаются лишь те из них, которые относятся к категории необходимых расходов.

В случае, когда страхователь осуществлял как меры, вытекающие из указания страховщика, так и меры, принимаемые по собственной инициативе, и при этом первые оказались безуспешными, а вторые — результативными, то он имеет право на возмещение расходов в полном объеме.

Необходимые расходы возмещаются пропорционально отношению страховой суммы к страховой стоимости независимо от того, что вместе с возмещением других убытков они могут превысить страховую сумму (п. 2 ст. 962 ГК).

Законодатель не расшифровывает понятие "расходы в целях уменьшения убытков". Поэтому на практике они могут приобретать различные формы, диктуемые каждый раз конкретной ситуацией.

В некоторых случаях это может выразиться в нанесении ущерба самому объекту страхования. Например, страхователь разрушает часть дома в целях недопущения распространения пожара на все строение в целом.

В других случаях, наоборот, разрушению могут быть подвергнуты объекты, не имеющие к страхованию никакого отношения. Например, в целях спасения застрахованного автомобиля разрушается гараж, в котором этот автомобиль находился в момент наступления страхового случая.

Расходы страхователя в целях уменьшения убытков могут выразиться в его дополнительных тратах, связанных с уменьшением убытка от самого страхового случая.

Возмещение страховщиком расходов страхователя, произведенных в целях уменьшения убытков от страхового случая, может выразиться в возмещении вреда, причиненного третьим лицам.

В случае, когда страховщик освобождается от возмещения убытков, право на это возмещение утрачивают как страхователь, так и выгодоприобретатель.

В литературе высказано мнение, что обязанность страхователя по принятию мер по уменьшению убытков распространяется также и на выгодоприобретателя. Это имеет место в следующих случаях: когда такая обязанность возложена на выгодоприобретателя в силу ст. 939 ГК; когда он предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения (ст. 956 ГК); когда он является держателем страхового полиса на предъявителя (ст. 930 ГК) <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации — КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (издание пятое, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

<1> См., напр.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Рук. авт. колл. и отв. ред., проф. О.Н. Садиков. 3-е изд., испр. и доп. С. 553.

По данному поводу следует отметить, что если обязанность уведомления о наступившем страховом случае может возникнуть одновременно и у страхователя, и у выгодоприобретателя (ст. 961 ГК), то обязанность принять меры к уменьшению убытков лежит только на страхователе, что однозначно вытекает из ст. 962 ГК. Поэтому данное мнение представляется необоснованным.

Возмещение расходов, понесенных страхователем в целях уменьшения убытков, связанных со страховым случаем, касается лишь имущественного страхования. Что же касается личного страхования, то законодательством подобного возмещения не предусмотрено.

Отметим также, что в ст. 962 ГК говорится об обязанностях страхователя, которые должны быть им исполнены при наступлении страхового случая. В связи с этим высказано мнение, что отсутствие законодательного закрепления за страхователем аналогичных обязанностей по предотвращению наступления страхового случая или уменьшению его отрицательных последствий формально дает страхователю право не заботиться о сохранности застрахованного имущества. Поэтому такие обязанности страхователя целесообразно обусловливать в договоре страхования или в стандартных правилах страхования <1>.

--------------------------------

КонсультантПлюс: примечание.

Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) (под ред. О.Н. Садикова) включен в информационный банк согласно публикации — КОНТРАКТ, ИНФРА-М, 2006 (издание пятое, исправленное и дополненное с использованием судебно-арбитражной практики).

<1> См.: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Рук. авт. колл. и отв. ред., проф. О.Н. Садиков. 3-е изд., испр. и доп. С. 553.

Против такой постановки вопроса возражать в общем-то нельзя. И на практике, кстати, так иногда и делается. Однако такое возложение обязанности на страхователя должно сопровождаться встречным возложением обязанности и на страховщика по возмещению им тех затрат, которые понес страхователь при принятии мер по предотвращению наступления страхового случая или уменьшению его отрицательных последствий.

Возникает вопрос о природе платежа, посредством которого страховщик возмещает расходы страхователя, понесенные им в целях уменьшения убытков от страхового случая. Так возмещаются ли страховщиком эти расходы посредством выплаты собственно страхового возмещения или же это происходит посредством выплаты платежа, имеющего специальный характер и свое собственное наименование?

В связи с этим зададим вопрос: какие выплаты страхователю в данном случае производит страховщик?

Во-первых, в силу принятого на себя страхового обязательства он должен произвести страховую выплату (в форме страхового возмещения), посредством которой страхователю будут возмещены убытки, причиненные ему страховым случаем.

Во-вторых, страховщик должен возместить страхователю расходы, которые он понес в результате принятия мер по уменьшению убытков от страхового случая.

С точки зрения теории страхового дела возмещение этих расходов не охватывается категорией "страховое возмещение". Поэтому оно рассчитывается самостоятельно, имеет собственные основания для платежа.

Например, страхователь, спасая застрахованную автомашину, разрушает гараж, в котором эта автомашина находилась и который сам по себе не является застрахованным имуществом. В результате может получиться так, что само застрахованное имущество окажется целым и невредимым и оснований для выплаты собственно страхового возмещения не возникнет. Однако страховщик обязан возместить те расходы, которые произвел страхователь, принимая меры, чтобы уменьшить возможные убытки от страхового случая. В данной ситуации эти расходы будут иметь форму реального ущерба, который был причинен незастрахованному имуществу страхователя. Непосредственной причиной этого ущерба будет не сам страховой случай, а действия страхователя.

Другой пример. В целях спасения застрахованного дома от пожара страхователь нанимает людей для тушения пожара. В этой ситуации повреждения, причиненные строению, составят убыток страхователя, причиненный ему страховым случаем. Этот убыток будет возмещаться страховщиком посредством страховой выплаты. А те расходы, которые страхователь понес, оплачивая услуги людей, нанятых для тушения пожара, составят его убытки, понесенные в процессе принятия мер по уменьшению убытка от страхового случая. Этот убыток будет возмещаться не в рамках собственно страховой выплаты.

Таким образом, платеж, направленный на возмещение расходов страхователя, не представляет собой страховую выплату и производится помимо нее. Поэтому не случайно, что данный платеж страховщика не ограничен размером страховой суммы, который является пределом для собственно страховой выплаты. Отказ от возмещения расходов страхователя не является основанием для отказа от самой страховой выплаты.

В итоге следует признать, что возмещение страховщиком расходов страхователя, произведенных в целях уменьшения убытков от страхового случая, и собственно страховая выплата, представляют собой различные и самостоятельные виды платежей.

Гражданский кодекс устанавливает, что страховщик освобождается от возмещения убытков от страхового случая, возникших вследствие того, что страхователь умышленно не принял разумных и доступных ему мер, чтобы уменьшить возможные убытки (п. 3 ст. 962).

В рассматриваемой ситуации речь идет о двух видах убытков, возникших у страхователя: 1) причиненных непосредственно страховым случаем. Эти убытки носят объективный характер, и они подлежат возмещению страховщиком; 2) возникших вследствие того, что страхователь не принял должных мер к уменьшению убытков от страхового случая. Для возникновения этих убытков сам страховой случай носит характер косвенной причины. Непосредственной их причиной выступает бездействие самого страхователя.

От возмещения этих убытков страховщик освобождается.

Если объект страхования был застрахован на неполную сумму, то освобождение страховщика от возмещения убытков по причине непринятия страхователем соответствующих мер производится в пропорциональном размере, исходя из отношения страховой суммы к страховой стоимости.

Гражданский кодекс увязывает возможность освобождения страховщика от возмещения убытков, причиненных страховым случаем, с тем, что страхователь умышленно не принял разумных и доступных мер по уменьшению этих убытков.

Доказывание факта умысла лежит на страховщике.

Следует иметь в виду, что не всякое пассивное поведение страхователя может служить доказательством того, что он не принимал необходимых мер к уменьшению убытков. Например, гражданину не может быть поставлено в вину, что во время пожара он не бросился в пекло, чтобы спасти застрахованное имущество, рискуя при этом жизнью.

В равной мере не будет доказательством того, что страхователь умышленно не принял мер по спасению застрахованного имущества, факт его отказа выполнить указания страховщика, отданные страхователю в целях уменьшения убытков. Страхователь обязан принимать к исполнению лишь те указания страховщика, которые требуют от этого страхователя принятия доступных в данной ситуации мер. Поэтому если страховщик требует от страхователя принятия недоступных или невозможных для исполнения в конкретной ситуации мер, то отказ последнего от осуществления таких мер не может служить основанием для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения.

Если страхователь не принял разумных и доступных ему мер, чтобы уменьшить возможные убытки от страхового случая, по неосторожности (грубой или простой), страховщик не освобождается от возмещения убытков.

В связи с этим отметим, что в литературе высказана точка зрения, согласно которой при вине страхователя в форме неосторожности страховщик вправе воспользоваться институтом общих последствий нарушения гражданского права и отказать страхователю в выплате на основании ст. 15 ГК. При этом рассуждение строится по следующей схеме. Принятие доступных и разумных мер для уменьшения убытков от страхового случая есть обязанность страхователя. Неисполнение этой обязанности всегда является результатом виновного поведения, т.е. результатом умысла или неосторожности. Освобождение страховщика от возмещения убытков при умышленном непринятии мер к их уменьшению есть санкция за неисполнение страхователем своей обязанности. При неисполнении страхователем этой обязанности по неосторожности страховщик несет убыток в форме выплаты страхового возмещения. Этот убыток он на основании ст. 15 ГК вправе возместить за счет виновного лица, которым выступает страхователь. Возникают своего рода встречные требования: страхователь имеет право на получение от страховщика страхового возмещения, страховщик — право на возмещение убытков, причиненных страхователем. В результате страховщик имеет право на отказ от возмещения убытков. Данный отказ не следует путать с освобождением страховщика от возмещения убытков. Если же требование о выплате предъявляет выгодоприобретатель, то страховщик обязан произвести выплату полностью и затем требовать возмещения убытков от страхователя <1>.

--------------------------------

<1> См.: Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. 2-е изд., перераб. и доп. С. 213 — 214.

По данному поводу следует сказать, что п. 3 ст. 962 ГК освобождает страховщика от возмещения убытков лишь при наличии умышленной вины страхователя. Если страхователь не выполнил возложенной на него обязанности по неосторожности, страховщик должен возместить указанные убытки в полном объеме.

Поэтому все рассуждения, что хотя в силу ст. 962 ГК при неосторожном непринятии страхователем мер по уменьшению убытков страховщик действительно не имеет права на освобождение от возмещения убытков, однако в то же время в силу ст. 15 ГК он имеет право на отказ от этого возмещения, лишь отдают юридической схоластикой. К тому же, если быть юридически точным, в соответствии со ст. 15 ГК страховщик должен иметь право не на отказ от возмещения причиненных страхователю убытков, а право на возмещение убытков, причиненных страхователем самому страховщику. Возникает также вопрос: в рамках какого правоотношения страховщик может взыскать со страхователя убыток? Поскольку страховое законодательство такой возможности не предусматривает, остается предположить, что возмещение убытков, причиненных страхователем страховщику, осуществляется в рамках отношения из причинения вреда, носящего деликтный характер. В результате получается, что между страхователем и страховщиком должны существовать два правоотношения: одно — собственно страховое, которое является договорным; другое — внедоговорное, отношение из причинения вреда. В первом правоотношении страховщик является должником, во втором — кредитором, выступая в роли потерпевшего. Но поскольку фактом причинения вреда страховщику выступает невыполнение страхователем своей обязанности, вытекающей из страхового правоотношения, а возмещение страхователем вреда страховщику, в свою очередь, выливается в освобождение его от исполнения страхового обязательства, то мы в итоге получаем совершенно невообразимую путаницу как общественных, так и правовых отношений.

На основании изложенного следует признать, что конструкция, при которой страховщик в соответствии со ст. 962 ГК должен возместить убытки путем выплаты страхового возмещения, а в соответствии со ст. 15 ГК освобождается от этой обязанности, выдает затаенное желание страховщиков найти способ уклонения от выполнения своих обязательств.

Отметим также, что некоторые авторы рассматривают указанное освобождение страховщика от возмещения убытков в качестве акта привлечения страхователя этим страховщиком к гражданско-правовой ответственности. Так, А.А. Иванов пишет: "За неисполнение обязанности предпринять меры, направленные на уменьшение убытков, страхователь (выгодоприобретатель) несет гражданско-правовую ответственность. Эта ответственность состоит в том, что причитающееся ему страховое возмещение уменьшается на сумму, которую страховщику не удалось сэкономить вследствие того, что меры по уменьшению убытков не были предприняты" <1>.

--------------------------------

<1> Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации. Часть вторая (постатейный). М., 2003. С. 769.

По данному поводу можно сказать следующее.

Освобождение страховщика от возмещения убытков действительно есть реакция на виновное поведение страхователя, умышленно не принявшего мер по уменьшению убытков, причиненных ему страховым случаем. Однако это освобождение нельзя рассматривать в качестве акта страховщика по привлечению страхователя к гражданско-правовой ответственности. В равной мере в основании данного освобождения не лежит факт причинения страхователем убытков страховщику в виде завышенного размера страховой выплаты хотя бы в силу того, что выплата страхового возмещения вообще не является актом причинения страховщику убытков. Производство страховщиком страховой выплаты есть нормальное условие его деятельности в качестве предпринимателя.

Природа данной конструкции, по нашему мнению, иная. Принятие мер по уменьшению убытков является обязанностью страховщика и выступает условием страхования, установленного непосредственно законом. Умышленное неисполнение этой обязанности страхователем, в свою очередь, освобождает страховщика от исполнения его обязанности по выплате страхового возмещения. Таковы условия страхования. В данной ситуации освобождение страховщика от его обязанности по возмещению убытка путем страховой выплаты не есть акт самого страховщика. Это есть условие страхования, предусмотренное непосредственно законом. Страховщик не совершает активных действий по привлечению страхователя к гражданско-правовой ответственности. Он лишь пассивно пользуется возможностью, предоставленной ему законодательством, которое освобождает его от исполнения обязанности по выплате страхового возмещения.

В заключение о данном институте отметим, что п. 3 ст. 962 ГК говорит об "освобождении страховщика от возмещения убытков". Это еще раз свидетельствует о том, что Гражданский кодекс стоит на позиции теории возмещения убытка. Ранее уже неоднократно было сказано, что страховщик не несет обязанности по возмещению убытка; его обязанность заключается в страховой выплате. Поэтому правильнее было бы говорить не об освобождении страховщика от возмещения убытка, а о его освобождении от страховой выплаты в части убытка, возникшего вследствие того, что страхователь умышленно не принял разумных и доступных ему мер, чтобы уменьшить возможные убытки.

Гражданский кодекс допускает возможность исполнения обязанностей страхователя третьими лицами, включая выгодоприобретателя.

Статья 939 ГК в связи с этим предусматривает, что заключение договора в пользу выгодоприобретателя, в том числе и тогда, когда им является застрахованное лицо, не освобождает страхователя от выполнения обязанностей по этому договору, если только договором не предусмотрено иное либо обязанности страхователя выполнены самим выгодоприобретателем.

Страховщик, продолжает ГК, вправе потребовать от выгодоприобретателя, в том числе и тогда, когда выгодоприобретателем является застрахованное лицо, выполнения обязанностей по договору страхования, включая обязанности, лежащие на страхователе, но не выполненные им, при предъявлении выгодоприобретателем требования о выплате страхового возмещения по договору имущественного страхования либо страховой суммы по договору личного страхования. Риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны были быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель (п. 2 ст. 939 ГК).

Юридическая природа механизма, заложенного в ст. 939 ГК, не имеет однозначного толкования.

Большинство специалистов полагают, что в данном случае имеет место возложение обязанностей должника на третье лицо, в пользу которого заключен договор. Должником выступает страхователь, третьим лицом, в пользу которого заключен договор, — выгодоприобретатель. При этом данный случай имеет по сравнению с общим порядком, предусмотренным ГК, две особенности. Первая заключается в том, что в отличие от порядка, установленного п. 1 ст. 313 ГК, согласно которому исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, здесь имеет место возложение обязанностей, произведенное договором, т.е. соглашением страхователя, выступающего в рассматриваемой ситуации должником, и страховщика, выступающего в качестве кредитора. Вторая — в том, что в отличие от общего порядка заключения договора в пользу третьего лица, предусмотренного ст. 430 ГК, в соответствии с которой этому лицу может перейти только право требования, здесь на это лицо переходят и обязанности. И этим договор страхования в пользу выгодоприобретателя отличается от обычного договора в пользу третьего лица.

Представляется, что такая трактовка данной конструкции является ошибочной.

Исполнение выгодоприобретателем обязанностей страхователя, о котором говорит ст. 939 ГК, не есть возложение на выгодоприобретателя обязанностей страхователя, осуществленное договором страхования (т.е. соглашением страхователя со страховщиком), как это вытекает из изложенной выше трактовки.

Возложение на выгодоприобретателя обязанностей страхователя договором страхования невозможно в принципе, поскольку, во-первых, ст. 308 ГК прямо и четко предусматривает, что "обязательство не создает обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон". Выгодоприобретатель не является стороной договора страхования и в силу этого договора никаких обязанностей у него возникнуть не может.

Во-вторых, согласно ст. 430 ГК договор в пользу третьего лица предоставляет ему право требовать от должника (в данном случае от страховщика) исполнения обязательства (в виде производства страховой выплаты) в свою пользу, т.е. наделяет выгодоприобретателя правами, принадлежащими страхователю, но не возлагает на него обязанностей последнего.

Таким образом, сам по себе договор страхования в пользу третьих лиц (выгодоприобретателей) породить какие-либо обязанности для этих лиц не в состоянии.

В равной мере сам факт назначения определенного лица выгодоприобретателем (что страхователь, заметим, мог сделать без всякого согласия данного лица и даже при его полном неведении) не дает оснований страхователю собственным волеизъявлением и в одностороннем порядке возлагать на это лицо какие-либо свои обязанности.

И это вполне естественно. Например, если дед застраховал свою жизнь и заплатил за это страхование, а выгодоприобретателем назначил своего любимого внука, не поставив его даже в известность об этом, то этот факт в день смерти деда будет лишь приятной неожиданностью для внука и получение им страховой суммы несомненно придаст его воспоминаниям о деде положительный характер. Но другое дело, когда дед, застраховав себя, объявит, что страховые взносы платить будет сам внук. На что внук с полным правом может заявить: "Не мудри, дед! Своим деньгам я найду лучшее применение".

На самом же деле имеет место следующая конструкция.

Страхователь, как и любой другой должник, может на основании п. 1 ст. 313 ГК возложить на третье лицо (причем вовсе не обязательно, чтобы им были застрахованный или выгодоприобретатель) исполнение своих обязанностей, вытекающих из договора страхования. Страховщик, будучи в этом обязательстве кредитором, обязан принять исполнение, предложенное за страхователя третьим лицом.

Пункт 1 ст. 939 ГК устанавливает особый случай реализации данного положения. Эта особенность заключается в том, что если договором страхования будет предусмотрено возложение исполнения тех или иных обязанностей страхователя на третье лицо, то сам страхователь, оставаясь стороной в договоре, освобождается от исполнения данных обязанностей. Соответственно, он в отличие от общего правила, предусмотренного ст. 403 ГК, освобождается от ответственности за неисполнение этих обязанностей третьим лицом.

В то же время у страховщика не возникает права требовать исполнения обязанностей страхователя от того предусмотренного договором страхования лица, на которое страхователь возложил исполнение обязанностей. Последнее вытекает из того обстоятельства, что закон в данном случае не предусматривает ответственности третьего лица, являющегося непосредственным исполнителем.

Таким образом, в случае, когда в договоре страхования будет предусмотрено, что определенные обязанности страхователя будет исполнять не сам страхователь, а какое-либо иное лицо, страховщик теряет право требовать исполнения этих обязанностей как от страхователя, так и от назначенного им третьего лица, а равно привлекать к ответственности кого-либо за это неисполнение. Такое положение выступает исключением из правила, предусмотренного ст. 403 ГК, устанавливающей, что должник отвечает за неисполнение обязательства третьими лицами, на которых было возложено исполнение, если законом не установлено, что ответственность несет являющееся непосредственным исполнителем третье лицо.

В то же время п. 2 ст. 939 ГК предусматривает, что риск последствий невыполнения обязанностей, которые должны быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель. При этом не имеет значения, кем были не выполнены обязанности страхователя: самим страхователем, выгодоприобретателем, на которого было возложено это исполнение, либо еще каким-либо лицом. Впрочем, такое положение достаточно очевидно: невыполнение страхователем своих обязанностей (например, неуплата страховой премии) может выступить основанием для освобождения страховщика от своих обязанностей по данному договору, включая обязанности в отношении того лица, в пользу которого был заключен договор. В связи с этим ст. 430 ГК предусматривает, что должник (в данном случае страховщик) в договоре в пользу третьего лица вправе выдвигать против требования этого лица (выгодоприобретателя) те же возражения, которые он мог бы выдвинуть против кредитора, т.е. страхователя (п. 3).

Исходя из ст. ст. 313 и 939 ГК, на третьих лиц, включая выгодоприобретателя, может быть возложено исполнение лишь тех обязанностей, носителем которых является страхователь. При этом перечень обязанностей не ограничивается. Следовательно, на выгодоприобретателя может быть возложено исполнение любых обязанностей страхователя, включая уплату страховой премии. Отметим, что в некоторых случаях возложение на выгодоприобретателя обязанностей, вытекающих из договора страхования, достаточно очевидно, а порой оно даже предусматривается законом. Примером может служить возложение на выгодоприобретателя обязанности информировать страховщика о наступлении страхового случая.

Возникает вопрос: в силу чего и на основании какого юридического акта на выгодоприобретателя может быть возложено исполнение обязанностей страхователя?

В принципе любая обязанность может быть возложена на того или иного субъекта или законом, или договором.

Решить проблему возложения обязанностей страхователя на выгодоприобретателя по обязательным видам страхования сравнительно несложно — достаточно указать это в законе, регулирующем данный вид страхования. И если даже страхование осуществляется через заключение договора, требование закона будет тем или иным путем реализовано. Собственно, российское страховое законодательство знает такой вариант решения проблемы. Речь идет об обязательном страховании пассажиров, которые, будучи выгодоприобретателями и одновременно застрахованными лицами, обязаны выплачивать страховую премию, что вообще-то является обязанностью страхователя.

При добровольном страховании возложение обязанностей страхователя на третье лицо возможно либо с его согласия, либо в силу его обязанности, вытекающей из самостоятельного обязательства, существующего между страхователем и этим третьим лицом. Например, в силу договора аренды, согласно которому арендатор обязан производить уплату страховых взносов вместо арендодателя, выступающего в договоре страхования арендуемого имущества в качестве страхователя и выгодоприобретателя.

Таким образом, возложение исполнения обязанностей страхователя на третье лицо осуществляется не в силу договора страхования или одностороннего волеизъявления страхователя, а в рамках самостоятельных отношений страхователя с этим третьим лицом. Договор страхования лишь фиксирует факт того, что ту или иную обязанность страхователя будет исполнять иное лицо, не порождая, повторим, никаких обязанностей для самого этого лица.

Это касается и выгодоприобретателя, который, как уже отмечалось, не является стороной в договоре страхования. Поэтому ни самим договором, ни односторонним волеизъявлением страхователя на него не может быть возложено исполнение каких-либо обязанностей, вытекающих из данного договора.

В силу этого страховщик не имеет возможности не только принудить выгодоприобретателя к исполнению обязанностей страхователя, но и привлечь такого выгодоприобретателя к ответственности за невыполнение или несвоевременное исполнение таких обязанностей (например, взыскать неустойку за нарушение сроков уплаты страховых взносов), даже если договором страхования было предусмотрено, что эти обязанности будет выполнять данный выгодоприобретатель. Отказ в страховой выплате — это не санкция против выгодоприобретателя, и этот отказ будет обусловлен не тем, что выгодоприобретатель не выполнил обязанностей страхователя по договору, а тем, что их не выполнил никто.

В связи с этим возникает вопрос: какой юридический смысл заключается в п. 2 ст. 939 ГК, который предусматривает, что "страховщик вправе потребовать от выгодоприобретателя выполнения обязанностей по договору страхования"?

Данное полномочие страховщика характеризует следующее.

Во-первых, закон, наделяя страховщика правом требования к выгодоприобретателю, возлагает на него неблагоприятные последствия неисполнения договора страхования. Или, как выражается сам Кодекс, "риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны были быть выполнены ранее, несет выгодоприобретатель". В результате праву требования выгодоприобретателя к страховщику о страховой выплате противопоставляется аннулирующее его право требования страховщика о выполнении обязанностей по договору страхования. При этом не имеет значения, кто не выполнил эти обязанности: страхователь, сам выгодоприобретатель или еще какое-либо третье лицо, на которых выполнение этих обязанностей возлагалось страхователем. Не имеет также значения, предусматривалось ли переложение обязанностей страхователя договором страхования или нет. То есть при всех вариантах невыполнения обязанностей страхователя риск этого невыполнения несет выгодоприобретатель.

Во-вторых, право требования страховщика к выгодоприобретателю о выполнении обязанностей по договору страхования возникает лишь в момент предъявления выгодоприобретателем к этому страховщику требования о производстве страховой выплаты. До этого момента — а он может наступить лишь после того, как произойдет страховой случай, — страховщик предъявить какие-либо требования к выгодоприобретателю, даже при очевидном неисполнении данных обязанностей (в том числе самим выгодоприобретателем), не правомочен.

В-третьих, право требования страховщика не сопровождается возможностью принуждения выгодоприобретателя к исполнению обязанностей по договору страхования, а равно и привлечения его к ответственности за это неисполнение. На выгодоприобретателя возлагается лишь риск неблагоприятных последствий данного неисполнения.

Гражданский кодекс не поясняет, в чем заключается риск последствий невыполнения обязанностей страхователя, который несет выгодоприобретатель. Но поскольку исполнение договора страховщиком заключается в страховой выплате, то данный риск практически выражается в неполучении выгодоприобретателем суммы этой выплаты.

Элементом исполнения договора страхования выступает соблюдение страховщиком тайны страхования.

В соответствии со ст. 946 ГК к тайне страхования относятся полученные страховщиком в результате своей профессиональной деятельности сведения о страхователе, застрахованном лице и выгодоприобретателе, состоянии их здоровья, а также об имущественном положении этих лиц. За нарушение тайны страхования страховщик в зависимости от рода нарушенных прав и характера нарушения несет ответственность в соответствии с правилами, предусмотренными ст. ст. 139 и 150 ГК.

Обязанность страховщика не разглашать сведения, составляющие тайну страхования, относится к числу его обязанностей, предусмотренных законом. Данная норма является императивной, и стороны не вправе договором корректировать, изменять объекты, относящиеся к тайне страхования, а также исключать ответственность за разглашение тайны страхования.

Данная обязанность страховщика является бессрочной и не прекращается после истечения срока действия договора страхования.

Разглашение сведений, составляющих тайну страхования, выражается в передаче страховщиком этих сведений любому другому лицу либо неопределенному кругу лиц в любой доступной для восприятия форме.

Нарушение тайны страхования выражается в разглашении сведений, составляющих тайну страхования.

Если разглашенные страховщиком сведения, составляющие тайну страхования, представляют собой для страхователя информацию, которая имеет для него потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности ее третьим лицам, и к ней нет свободного доступа на законном основании, то страховщик несет ответственность в соответствии с правилами ст. 139 ГК. Данная ответственность заключается в возмещении причиненных страхователю убытков.

При этом следует иметь в виду, что сами по себе сведения, составляющие тайну страхования, не являются, вопреки распространенному мнению, служебной или коммерческой тайной. Для информации, составляющей служебную или коммерческую тайну, характерно то, что в отношении этой информации ее обладатель принимает меры к охране ее конфиденциальности. Сведения, относящиеся к тайне страхования, перечислены в законе, и страхователь не обязан принимать меры к охране их конфиденциальности. Тем не менее страховщик не вправе разглашать эти сведения.

Если разглашенные страховщиком сведения, составляющие тайну страхования, касаются нематериальных благ страхователя (например, сведения о состоянии здоровья), то страховщик несет ответственность по правилам, предусмотренным ст. 150 ГК, которая, в свою очередь, отсылает к ст. 12 ГК, предусматривающей способы защиты гражданских прав.

Не является разглашением сведений, составляющих тайну страхования, и нарушением этой тайны представление страховщиком соответствующих сведений уполномоченным на то органам по их требованию в случаях, предусмотренных законом.

В частности, эти сведения могут быть представлены:

- судам, органам следствия и дознания по находящимся в их производстве делам;

- нотариусам, а также консульским учреждениям по находящимся в их производстве наследственным делам об имуществе умерших страхователей (застрахованных лицах и выгодоприобретателей) и о причитающихся суммах страховых выплат;

- органам налоговой службы по вопросам налогообложения страхователей (выгодоприобретателей);

- органам страхового надзора по вопросам соблюдения законодательства о страховании.

Не являются объектом тайны страхования сведения, относящиеся к открытой налоговой, статистической и иной государственной отчетности.

Институт тайны страхования распространяется лишь на страховщика как на юридическое лицо. Поэтому за нарушение тайны страхования возможна лишь гражданско-правовая ответственность. Однако в случаях, когда действия служащих страховых организаций, связанные с распространением информации о страхователе, формируют собой составы административного проступка или уголовного преступления, то данные лица будут привлекаться к соответствующему виду юридической ответственности.

В заключение отметим, что соблюдение тайны страхования является обязанностью страховщика, но не страхователя. Поэтому если страховщик не хочет распространения сведений о себе, о своей деятельности, об условиях заключенных им договоров, о применяемых формах договорной документации и др., то он может воспользоваться институтами коммерческой тайны и конфиденциальности информации.

Заключительным этапом исполнения договора страхования выступает производство страховщиком страхователю (выгодоприобретателю) страховой выплаты.

Производство страховой выплаты является основной обязанностью страховщика.

Страховая выплата производится в размере, порядке и в сроки, установленные в договоре страхования. Исполнение страховщиком этой обязанности обусловлено наступлением страхового случая.

Для получения страховой выплаты страхователь должен доказать как минимум следующее:

1) наличие страхового отношения между ним и страховщиком;

2) что его имущественный интерес выступает объектом страхования;

3) наличие основанного на законе, ином правовом акте или договоре интереса в сохранности застрахованного имущества (при страховании имущества);

4) факт наступления страхового случая, предусмотренного договором страхования;

5) наличие ущерба (убытка), причиненного объекту страхования (при имущественном страховании), или вреда (при рисковом личном страховании);

6) наличие причинной связи между страховым случаем и вредными последствиями (при рисковых видах страхования);

7) идентичность объекта страхования объекту, пострадавшему в результате страхового случая (например, требуется доказать, что в результате страхового случая пострадало именно то имущество, которое было застраховано);

8) размер убытка (ущерба), если страховая защита направлена на возмещение этого убытка. Это свойственно имущественному страхованию (при личном страховании убыток исчислить невозможно, кроме того, существует страхование жизни, которое может быть вообще не связано с наступлением отрицательных последствий для застрахованного лица).

<< | >>
Источник: А.И. Худяков. Теория страхования. 2010

Еще по теме Исполнение договора страхования:

  1. Заключение, исполнение и прекращение договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств
  2. Общие вопросы договора страхования. Форма договора страхования
  3. Заключение и веление договора страхования жизни. Особенности договора страхования жизни
  4. Изменение и расторжение договора страхования. Исковая давность в страховании
  5. Заключение договора страхования и урегулирование страховых случаев. Заключение, вступление в силу и ведение договора
  6. Б. Страхование ответственности по договору
  7. Анализ совершаемых ошибок при заключении и исполнении договоров международной купли-продажи товаров
  8. Прекращение договора страхования. Основания и порядок
  9. Действие договоров страхования жизни
  10. Классификация договоров страхования жизни
  11. Особенности договора страхования имущества
  12. Договор страхования жизни
  13. Классификация договоров страхования жизни
  14. Условия прекращения договора страхования и его недействительности
  15. Общие положения о договоре страхования
  16. Прекращение договора страхования
  17. Существенные условия договора страхования
  18. Договор морского страхования