Принцип этот заключается в том, что люди, индивидуально или коллективно, могут справедливо вмешиваться в действия индивидуума только ради самосохранения, что каждый член цивилизованного общества только в таком случае может быть справедливо подвергнут какому-нибудь принуждению, если это нужно для того, чтобы предупредить с его стороны такие действия, которые вредны для других людей, — личное же благо самого индивидуума, физическое или нравственное, не составляет достаточного основания для какого

Этот отрывок может быть по-разному истолкован. Доводы Милля должны учитывать тот факт, что государственные организации (не говоря уже о частных) устанавливают действующие по умолчанию правила, и это будет проявлением власти.

Милль не упоминает правила по умолчанию, но я полагаю, что они вполне согласуются с его взглядами. Разумеется, такие правила не диктуют, как поступать. Но архитекторы выбора часто создают действующие по умолчанию правила на основании того, что это поможет людям принять именно те решения, которые сделают их счастливее или принесут еще какую-то пользу, — и поступить так будет благороднее или похвальнее. Будет ли такое объяснение аргументом против этих правил — и в защиту активного выбора? Это требует серьезных размышлений, а не просто лозунгов.

Милль предложил несколько аргументов в защиту своего знаменитого принципа о предотвращении вреда другим, но самый важный из них (и наиболее подходящий в нашем случае) таков: никто, кроме самого человека, не может знать, что для него лучше. По мнению Милля, проблема стороннего наблюдателя, включая представителей власти, заключается в недостатке нужной информации. Милль настаивает, что «благосостояние каждого индивидуума ближе всего касается его самого» и что «каждый, самый даже обыкновенный человек, как мужчина, так и женщина, имеет несравненно более сильные средства, чем кто-либо, к познанию того, что для него есть благо». Когда общество заинтересовано в том, чтобы его взгляды преобладали над взглядами индивидуума, оно действует на основе «общих предположений», которые «могут быть совершенно ошибочны, а если не ошибочны, то они легко могут быть применены совершенно некстати в таких случаях, к которым совершенно непригодны». Милль утверждает, что если цель — заботиться о том, чтобы люди жили хорошо, то лучшим решением для правительства будет позволить людям самим выбирать свой путь.

Нельзя отрицать, что позиция Милля весьма привлекательна чисто на интуитивном уровне. Но правильна ли она? Вопрос носит преимущественно эмпирический характер, и на него нельзя ответить с помощью интуиции и самоанализа. В последние десятилетия в социологии проводятся важные исследования, в которых психологи и поведенческие экономисты пытаются ответить на него. Эти исследования значительно повлияли на правительства многих стран. Они поднимают массу вопросов по поводу основ теории Милля, так как их результаты показывают: в вопросах собственного благосостояния люди совершают множество ошибок и ошибки эти порой приводят к катастрофическим последствиям{11}.

В современной социологии существует уже устоявшееся мнение, которое Даниэль Канеман авторитетно описал в своей прекрасной работе «Думай медленно... Решай быстро»[2]. Суть его такова: сознание человека вмещает в себя не одну, а целых две когнитивные системы. В литературе по социологии эти две системы названы будничными терминами «Система 1» и «Система 2». Система 1 действует автоматически. Система 2 — более вдумчивое и созерцательное устройство нашего сознания.

Система 1 работает быстро. И большую часть времени — на автопилоте. Ей управляют привычки, а иногда эмоции или интуиция. Например, услышав громкий шум, Система 1 инстинктивно захочет убежать. Если кого-то обидели, Система 1 пожелает ответить тем же. Увидев вкусную конфетку, она непременно ее съест. Она может как прокрастинировать, так и быть чересчур импульсивной. Она также способна опережать события (прокрастинация), торопясь выполнить какие-нибудь задачи, что приводит к серьезному и совершенно ненужному расходу сил и средств{12}. Она бывает слишком напугана или самодовольна. Она хочет того, чего хочет и когда хочет. Эта система — деятель, а не стратег. Систему 1 можно сравнить с Гомером Симпсоном, Джеймсом Дином (в «Бунтаре без причины») или Пеппи Длинныйчулок.

Система 2 больше похожа на компьютер мистера Спока в «Звездном пути». Она вдумчива. Она расчетлива. Если Система 2 услышит громкий шум, она начнет размышлять, есть ли причина для беспокойства.

Она оценивает степень вероятности — внимательно, но иногда слишком медленно. Обидеть ее невозможно. Если она видит реальные причины для обиды, то тщательно обдумывает, что можно предпринять, не упуская из виду ни одной детали. Увидев конфетку, она размышляет, стоит ли ее съесть, учитывая все обстоятельства. Она убеждена, что самоконтроль очень важен. Это стратег, а не деятель.

Система 1 часто правит бал в жизни людей. Люди бывают недальновидными и импульсивными, придают слишком много значения вещам, совершенно не заслуживающим внимания (а еще они курят, пишут сообщения за рулем, едят слишком много шоколада){13}. Важно то, что заметно (доступно для осознания){14}. Если какой-то важный элемент ситуации, вида деятельности или товара вспоминается не сразу, люди могут его проигнорировать — порой для своего же блага (например, потому что это находится в другой комнате или полнит), а порой и не без вреда для себя (если это может сэкономить деньги или продлить жизнь).

Люди прокрастинируют и страдают от этого — вспомните пример с неудачным рефинансированием{15}. Будучи настроены безосновательно оптимистично, люди порой делают неправильный и даже опасный выбор{16}. Люди совершают «эмоциональные ошибки прогнозирования»: они пытаются предугадать, что определенная деятельность или товары будут хорошо или плохо влиять на их благополучие, но прогнозы в итоге оказываются неверны, и перенести это бывает нелегко{17}.

В таких обстоятельствах разумные правила, которые действуют по умолчанию, действительно полезны. Понимая, что мы думаем лишь в краткосрочной перспективе, страдаем от собственного бездействия, скверно планируем, можем пасть жертвой неоправданного оптимизма, мы выбираем действующие по умолчанию правила — или отдаем должное тем, кто выбирает эти правила за нас. Люди принимают множество решений «второго порядка» — решения о самих решениях. Выбор не выбирать — это одно из таких важных решений{18}. Мы хотим укрепить позиции Системы 2. И один из способов этого — сделать выбор не выбирать.

Небольшой пример: многие подключают систему автоматических платежей для пополнения своих кредитных карт, чтобы избавить себя от необходимости каждый месяц думать, сколько и когда платить. Они устанавливают для себя правило полной выплаты ежемесячно по умолчанию. То же самое делают с некоторыми другими платежами: членство в клубе, благотворительность, зарплата сотрудникам. Исполнение правил, действующих по умолчанию, часто доводят до автоматизма, чтобы исключить влияние когнитивных искажений и учесть тот факт, что у всех людей весьма ограниченная «пропускная способность»{19}. (Это не только пример, но и совет: ваша жизнь станет гораздо лучше, если вы начнете оплачивать счета и другие бытовые расходы автоматически и в результате перестанете о них беспокоиться. Всего один выбор — и необходимость совершать его в будущем отпадает навсегда.)

Но если нам действительно свойственно ошибаться, можно с таким же успехом утверждать, что и действующих по умолчанию правил недостаточно — что предписания и запреты необходимы, чтобы защитить нас от собственных ошибок. В некоторых случаях так оно и есть. Во многих демократических обществах люди не могут купить определенные лекарства без рецепта — наглядный пример патернализма. Законы об охране труда и технике безопасности предотвращают рискованные действия, которые люди способны предпринять. Что бы там ни писал Милль, государства, уважающие свободу личности в целом, все равно не обходятся без патерналистских вмешательств, и вероятность субъективных ошибок прекрасно объясняет, почему эти вмешательства оправданы.

В то же время отменить свободу выбора нелегко. У действующих по умолчанию правил есть одно важное достоинство: они служат своего рода предохранителем, оберегающим от ошибок и низменных побуждений со стороны самих архитекторов выбора. Я подробно расскажу об этой проблеме в восьмой главе.

<< | >>
Источник: Касс Санстейн. Иллюзия выбора. Кто принимает решения за нас и почему это не всегда плохо. 2016

Еще по теме Принцип этот заключается в том, что люди, индивидуально или коллективно, могут справедливо вмешиваться в действия индивидуума только ради самосохранения, что каждый член цивилизованного общества только в таком случае может быть справедливо подвергнут какому-нибудь принуждению, если это нужно для того, чтобы предупредить с его стороны такие действия, которые вредны для других людей, — личное же благо самого индивидуума, физическое или нравственное, не составляет достаточного основания для какого :

  1. Главным может быть только что-то одно. Многие вещи могут быть важны, но только одна – главной. Росс Гарднер
  2. Предположим, человеку внушают под гипнозом, что, проснувшись, он почувствует боль в запястье. Если гипноз действует, будет ли эта боль реальной, внушенной гипнотически, или человек только думает, что испытывает боль? Если кто-то ответит, что гипноз вызывает реальную боль, тогда предположим, что внушение было следующим: «Пробудившись, вы будете думать, что испытываете боль в запястье». Если гипноз действует, будет ли этот случай точным подобием предыдущего? Вера в то, что ты ощущаешь боль, не рав
  3. Назовем здесь (и еще в нескольких случаях) нашу центральную загадку энергетическим парадоксом. Вкратце проблема заключается в том, что потребители не хотят приобретать товары, которые пошли бы на пользу их же экономическим интересам. Теоретически тому могут быть различные причины: · потребители недальновидны и не понимают выгоды в долгосрочной перспективе: · потребители не обладают достаточной информацией или не могут в полной мере оценить картину, даже если обладают такой информацией: · потреби
  4. Ваша очередь Представьте себе, что жить вам осталось только 10 минут. Что бы вы сделали? Вообразите, что жить вам осталось 10 дней. Что бы вы сделали? Подумайте о том, что жить вам осталось всего 10 месяцев. Что бы вы сделали? Наконец, представьте себе, что жить вам осталось только 10 лет. Что бы вы сделали? Теперь подумайте о том, вы будете жить еще долго. Что бы вы сделали? Изучив свои ответы на эти вопросы, вы можете получить о себе много информации. В этом упражнении мы говорим о вашей финал
  5. Упражнение Пора взглянуть на свои оценки за каждую из пяти составных частей принципа «действуйте как будто». Понятно, что некоторые оценки выше, некоторые ниже. Но я хочу попросить вас записать одну вещь, которую вы можете проделать мгновенно, чтобы повысить оценку, требующую больше всего внимания. Мощь метода «действуй как будто» в том, что для него требуется только принять решение, как тут же происходят изменения.
  6. 1. Может быть только что-то ОДНО.
  7. Ваша очередь Один из способов понять вашу внутреннюю составляющую – перечисление присущих вам основных качеств. Это опять же может быть сделано в рамках ответа на вопрос «Кто я?». Чтобы углубить вашу самооценку, на этот раз вам придется ответить на вопросы не только «сущностные», но и те, что должны раскрыть ваши приобретения и дела. Как я уже говорил в конце главы 1, каждый вопрос нужно задавать себе в течение по меньшей мере 5–10 минут. Если вы можете найти себе пару, то хорошо по очереди зада
  8. КОРОЧЕ ГОВОРЯ Как только в следующий раз захочется сказать: «Я не могу быть счастливым, потому что.», – задайтесь вопросом: «А есть ли у меня абсолютная уверенность в том, что это правда?»
  9. Как выигрывать ценовые войны Столкнувшись с жесткой конкуренцией, многие переговорщики первым делом снижают цену, пытаясь найти путь к спасению. Но этот путь ведет к краху. Надо избавиться от представления, что снижением цены мы добиваемся заказов. Этот шаг никогда не должен быть первым – он может быть только последним. Если конкуренция на самом деле серьезна, значит, настало время объявить войну – но не ценам, а расходам. Все расходы следует сократить до абсолютного минимума. Неэффективные пред
  10. Акулья хитрость от Акации Бринли, звезды социальных сетей Барахтайся и плыви вперед! Этот принцип лучше всего изложен в одном из любимых изречений Акации: «Пытайся, терпи неудачу, но не сдавайся и делай новые попытки». Акация сама открывала для себя этот принцип по мере того, как развивала свои блоги в разных социальных сетях, так что есть за что ее уважать и чему у нее поучиться. Я думаю не только об анонимных ненавистниках, которые прятались за своими нетбуками и смартфонами и оттуда поливали
  11. Акулья хитрость от Акации Бринли, звезды социальных сетей Барахтайся и плыви вперед! Этот принцип лучше всего изложен в одном из любимых изречений Акации: «Пытайся, терпи неудачу, но не сдавайся и делай новые попытки». Акация сама открывала для себя этот принцип по мере того, как развивала свои блоги в разных социальных сетях, так что есть за что ее уважать и чему у нее поучиться. Я думаю не только об анонимных ненавистниках, которые прятались за своими нетбуками и смартфонами и оттуда поливали
  12. Часть первая: «Что есть одна вещь, которую я могу сделать?..» Она воспламеняет целенаправленное действие. «Что есть ОДНА вещь…» говорит о том, что в ответе будет присутствовать одна вещь, а не многие. Это приводит к конкретике. Это прямо говорит о том, что, несмотря на то что вы можете рассматривать несколько вариантов, к выбору нужно подойти серьезно, потому что у вас не будет еще одного, двух или более в запасе. Ваша ставка не застрахована. Вам разрешено выбрать одну-единственную вещь. Конец ф