<<
>>

Арбитражная практика МКАС

В практике МКАС было рассмотрено дело от 20 марта 2006 г. N 71/2005, по которому состав арбитража признал свою компетенцию рассматривать спор на основании представленного истцом текста арбитражного соглашения, надлежаще подписанного и скрепленного печатями обеих сторон.
При этом отвергнуты возражения ответчика по недействительности арбитражного соглашения.

Иск был предъявлен российской организацией к украинской фирме на основании контракта международной купли-продажи товаров, заключенного сторонами 24 февраля

2004 г., в связи в неполной оплатой поставленного товара. Истец требовал погашения задолженности, уплаты договорного штрафа за просрочку платежа и возмещения расходов по уплате арбитражного сбора.

Ответчик оспаривал компетенцию МКАС рассматривать данный спор, утверждая, что арбитражная оговорка, содержавшаяся в тексте контракта, не была изменена. Применимым к отношениям сторон, по его мнению, является право Украины как право страны ответчика.

В отношении компетенции МКАС по данному делу состав арбитража установил, что во изменение содержавшейся в п.

9.3 контракта сторон от 24 февраля 2004 г. арбитражной оговорки (по заявлению истца, по мотивам ее нечеткости) стороны в дополнительном соглашении от 16 марта 2004 г. N 1 к контракту согласовали, что "при невозможности урегулирования споров в договорном порядке они подлежат рассмотрению Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате России, г. Москва, в соответствии с его Регламентом".

Истец, сославшись в исковом заявлении на приведенную арбитражную оговорку, предъявил иск в МКАС при ТПП РФ и, действуя в соответствии с Регламентом МКАС, оплатил арбитражный сбор, избрал арбитра, представил обоснование иска и участвовал в заседании арбитража 22 декабря 2005 г.

Извещенный о предъявленном иске ответчик в письме от 23 августа 2005 г.

заявил об отсутствии у МКАС при ТПП РФ компетенции рассматривать данное дело. Утверждая, что дополнительное соглашение N 1 к контракту, на которое сослался истец, внесло изменение лишь в п. 6.2 контракта, а п. 9.3 контракта в соглашении вообще не упоминается, ответчик отрицал факт изменения сторонами арбитражной оговорки (п. 9.3) контракта. По мнению ответчика, с учетом п. 9.1 контракта спор подлежит рассмотрению

Международным коммерческим арбитражным судом при Торгово-промышленной палате Украины с применением права Украины как права страны ответчика.

Рассмотрев доводы сторон и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, МКАС посчитал необоснованным заявление ответчика об отсутствии у МКАС компетенции на разбирательство настоящего спора. Ответчик неправомерно сослался на первоначальный вариант дополнительного соглашения N 1 к контракту, содержащий неполный текст соглашения. Однако из материалов дела следует, что 16 марта 2004 г. сторонами спора был подписан другой вариант дополнительного соглашения N 1, в котором, наряду с п. 6.2, изложен также в новой редакции п. 9.3 контракта, содержащий арбитражную оговорку о компетенции МКАС. Это соглашение подписано обеими сторонами и скреплено печатями, притом ответчик заверил своей подписью и скрепил печатью также и внесенную им поправку в текст соглашения. Обо всем этом ответчику должно быть известно. При таком положении МКАС пришел к выводу, что подписанное спорящими сторонами дополнительное соглашение N 1 является доказательством, подтверждающим волеизъявление как истца, так и ответчика на разрешение возникающих между ними споров в МКАС. На основании вышеизложенного и в силу п. 1 ст. 16 Закона об арбитраже МКАС признал свою компетенцию на рассмотрение данного дела

Итак, наличие у арбитража компетенции по разрешению переданного на его рассмотрение спора является предпосылкой арбитражного разбирательства. В связи с этим вопрос о компетенции постоянно находится в центре внимания международного коммерческого арбитража — с момента поступления искового заявления и до вынесения решения, в котором арбитраж обязан обосновать свою компетенцию.

В зарубежной литературе отмечается, что принцип "компетенция-компетенции", несмотря на свое непризнание в ряде стран, как и арбитражное соглашение, имеет как позитивные, так и негативные последствия. Позитивное последствие этого принципа состоит в наделении арбитров правом решать вопрос о собственной компетенции на разрешение спора сторон, как это широко признается в международных конвенциях и национальном законодательстве об арбитраже. В равной степени важно и негативное последствие этого принципа, которое состоит в том, что арбитры рассматриваются не как единственные, а как первые лица, принимающие решение по вопросам о компетенции на рассмотрение спора

В качестве примера реализации доктрины "компетенция компетенции" рассмотрим ряд дел из арбитражной практики МКАС.

<< | >>
Источник: С.В. Николюкин. Международный коммерческий арбитраж. 2009

Еще по теме Арбитражная практика МКАС:

  1. Арбитражная практика МКАС
  2. Арбитражная практика МКАС
  3. Арбитражная практика МКАС
  4. Арбитражная практика МКАС
  5. Арбитражная практика МКАС
  6. Арбитражная практика МКАС
  7. Арбитражная практика МКАС
  8. Арбитражная практика МКАС
  9. Арбитражная практика МКАС
  10. Арбитражная практика МКАС
  11. Арбитражная практика МКАС
  12. Арбитражная практика МКАС
  13. Арбитражная практика МКАС
  14. Арбитражная практика МКАС
  15. Арбитражная практика