<<
>>

Взаимосвязь социального капитала с социально-экономическими установками и представлениями у различных групп населения

Рассмотрим роль социального капитала в формировании социально-экономических представлений, экономических и политических установок и субъективного благополучия россиян, выявленную на основе множественного регрессионного анализа.
В тексте приводится описание итоговых результатов, все математические характеристики выявленных взаимосвязей представлены в таблице Б5 Приложения Б.

Мы вновь получаем доказательство того, что она способна сплотить общество и стимулировать рывок к процветанию. Возможно, позитивная гражданская идентичность выполняет также мобилизующую функцию коллективной мотивации в процессе экономического развития.

На втором месте по количеству связей с позитивными экономическими установками и социальными представлениями находится уровень институционального доверия. Опираясь на полученные данные, можно сказать, что люди, имеющие большое институциональное доверие, в целом удовлетворены своим материальным благополучием, имеют более высокий субъективный экономический статус, отмечают рост своего благосостояния за последние два года и ожидают продолжения его роста.

Итак, опираясь на результаты исследования, схематично приведенные на рисунке 3.4, можно отметить, что на данный момент наиболее «эффективно работающими» на экономику компонентами социального капитала в российском обществе являются позитивность гражданской идентичности и уровень институционального доверия.

Люди, имеющие сильную (выраженную) гражданскую идентичность, чаще удовлетворены своим материальным благополучием и отмечают рост благосостояния за последние два года.

Другая характеристика гражданской идентичности, ее сила, не имеет такого значения в структуре социального капитала, как позитивность.

Уровень межличностного доверия в российской культуре оказался сопряжен с экономическим патернализмом.

Возможно, в данном случае доверие связано с неким пассивным ожиданием, в какой-то мере доверчивостью и наивностью. Общий уровень межличностного доверия в нашем обществе, по всей видимости, способен стимулировать не стремление к процветанию, а только пассивное ожидание его «чудесного» прихода (скорее всего, «сверху», от власти). Тем не менее, нельзя сказать, что межличностное доверие не является важным компонентом социального капитала в обществе; просто на данный момент оно выполняет несколько иные социальные функции..

Уровень межличностного доверия способствует отторжению дискриминации, принятию культурного многообразия и ориентации на социальное равенство. Таким образом, социальная функция уровня доверия — гармонизация отношений в обществе, особенно в таком поликультурном, каким является Россия.

Уровень институционального доверия также связан с социально-политическими установками, но его роль не столь однозначна. Высокое институциональное доверие, с одной стороны, способствует политической активности и позитивному отношению к действующим политикам, но с другой стороны, оно положительно связано с установками на одобрение политического авторитаризма.

Сила гражданской идентичности положительно связана с политической активностью и позитивным отношением к действующим политикам. Можно сказать, что этот параметр отражает активность гражданской позиции, принятие современного политического спектра: чем выражение гражданская идентичность, тем политически активнее индивид.

Позитивность гражданской идентичности также связана с положительным отношением к действующим политикам, что вполне естественно, поскольку политики, по сути, олицетворяют государство. Таким образом, позитивная и сильная гражданская идентичность способна помочь в формировании конструктивного диалога общества с властью. Однако это еще раз возвращает нас к избитому вопросу о важности зрелых и ответственных действий политиков. Поскольку отношение к политикам и гражданская идентичность находятся во взаимосвязи, то необдуманные действия политиков способны нанести удар по гражданской идентичности.

А значит, — по развитию экономики, поскольку гражданская идентичность довольно сильно связана с установками на экономическую активность и процветание.

Результаты регрессионного анализа показывают, что уровень межличностного доверия и сила гражданской идентичности способствуют психологическому благополучию и общей удовлетворенности жизнью наших респондентов. Позитивность гражданской идентичности способствует также общей удовлетворенности жизнью. Таким образом, социальный капитал (точнее, три его приведенных на рисунке 3.3 компонента) выполняет в обществе еще одну важную функцию: он вносит вклад в формирование психологического благополучия личности и ее удовлетворенности жизнью. Примечательно, что не выявлено связи институционального доверия с психологическим благополучием и удовлетворенностью жизнью. Уровень межличностного доверия в большей степени детерминирован культурой и характеристиками личности, чем уровень институционального доверия. Институциональное доверие скорее формируется под влиянием социальной ситуации и не может быть связано с такими личностными характеристиками, как психологическое благополучие и удовлетворенность жизнью.

Рассмотренные выше взаимосвязи компонентов социального капитала с различными социальными индикаторами характеризуют тенденции, свойственные всей нашей выборке, независимо от поколения и региона проживания. Между тем, логично предположить, что влияние социального капитала у молодежи и взрослых на экономические и социально-политические установки будет различным, поскольку существуют статистически значимые межпоколенные различия в его показателях. Аналогичное предположение можно высказать относительно регионов и центра России. Поэтому был проведен регрессионный анализ данных отдельно для подвыборок молодежи и взрослых, а также жителей регионов и центра. Полностью все показатели регрессионного анализа приведены в Приложении Б (таблицы Б1-Б4).

Hаиболее мощным социально-психологическим фактором, связанным с продуктивными социально-политическими и экономическими установками, является уровень межличностного доверия.

Именно он сопряжен у молодежи с ощущением благополучия, роста благосостояния,

удовлетворенности жизнью, восприятием денег как источника самосовершенствования и др. Аналогичная картина складывается в отношении социально-политических установок. Высокий уровень межличностного доверия у молодежи связан с этнической толерантностью, политической активностью, позитивным отношением к действующим политикам и ориентацией на социальное равенство.

У взрослых уровень межличностного доверия связан в основном с социально-политическими установками (этническая толерантность, позитивное отношение к культурному многообразию, неприятие социальной и этнической дискриминации). Эти результаты позволяют заметить, что уровень межличностного доверия как фактор, способствующий экономическому процветанию, наиболее эффективно «работает» у молодежи. У взрослых межличностное доверие выполняет несколько иную функцию — формирования гармоничных отношений с представителями других этнических и социальных групп. Что касается экономических установок, то именно у взрослых уровень межличностного доверия сопряжен с экономическим патернализмом.

Стимулировать экономическую активность в когорте взрослых может скорее институциональное доверие, которое связано со стремлением к росту благосостояния, деньгам как источнику удовольствий и даже смыслу жизни, с позитивным отношением к социальному неравенству (которое рождает, в конечном итоге, социальную конкуренцию, стимулирующую развитие). У молодежи институциональное доверие «работает» хуже, кроме того, оно связано с такими непродуктивными установками, как экономический патернализм и одобрение политического авторитаризма.

Компоненты гражданской идентичности тоже действуют по-разному в данных возрастных когортах. У молодежи с большим количеством продуктивных социальных индикаторов связана сила гражданской идентичности. Сила гражданской идентичности у молодежи связана с ощущением психологического благополучия, удовлетворенности жизнью, роста благосостояния за последние два года, позитивным отношением к культурному многообразию, позитивным отношением к действующим политикам.

При этой доминирующей тенденции выявлена одна парадоксальная связь силы гражданской идентичности — с экономическим патернализмом. Видимо, сильная гражданская идентификация рождает и определенные патерналистские ожидания от государства. У взрослых наблюдается взаимосвязь данного компонента социального

капитала с восприятием денег как источника удовольствий, политической активностью, позитивным отношением к действующим политикам.

Частота связей позитивности гражданской идентичности выше в группе взрослых. В этой когорте она связана с удовлетворенностью материальным благополучием, ожиданием роста благосостояния, восприятием денег как источника безопасности и повышенным вниманием к деньгам (положительная связь с социальным представлением, что деньги являются источником безопасности и статуса и отрицательная с социальным представлением, что деньги — всего лишь источник нормальных условий для жизни).

В молодежной когорте позитивность гражданской идентичности связана с социальным представлением о том, что деньги выступают источником удовольствия и позитивным отношением к действующим политикам. Важно обратить внимание, что данный компонент социального капитала связан у молодежи с установкой на одобрение политического авторитаризма.

Таким образом, можно заметить, что разные компоненты социального капитала по-разному связаны с экономическими и социально-политическими установками в различных возрастных когортах. У молодежи с большинством продуктивных социальных индикаторов связаны межличностное доверие и сила гражданской идентичности. У взрослых в этом плане лучше «работают» институциональное доверие и позитивность гражданской идентичности.

Hаибольшее количество взаимосвязей с социальными индикаторами у жителей регионов имеют уровень межличностного доверия и позитивность гражданской идентичности. У жителей центра России наиболее продуктивными оказываются институциональное доверие и сила гражданской идентичности.

Уровень межличностного доверия жителей регионов России связан, в основном, с социально-политическими установками.

Данные исследования позволяют отметить, что межличностное доверие сопряжено у них с этнической толерантностью, ориентацией на социальное равенство, позитивным отношением к культурному многообразию, неприятием социальной и этнической дискриминации, политической, активностью, позитивным отношением к действующим политикам. Позитивность гражданской идентичности у жителей регионов положительно связана с продуктивными социально-экономическими установками и представлениями: удовлетворенностью материальным

благополучием, субъективным экономическим статусом, экономической самостоятельностью, ощущением роста благосостояния и ожиданием, что он продолжится и дальше, отношением к деньгам как источнику удовольствия и нормальных условий для жизни. Таким образом, межличностное доверие и позитивность гражданской идентичности являются наиболее эффективными компонентами социального капитала для жителей регионов. При этом межличностное доверие выполняет функцию гармонизации социальных и политических отношений, а позитивность гражданской идентичности способствует формированию продуктивных социально-экономических установок и представлений.

У жителей центра России с социально-экономическими установками и представлениями связана сила гражданской идентичности. Сильная гражданская идентичность в данной подвыборке способствует удовлетворенности материальным благополучием, высокому субъективному экономическому статусу, ощущению роста благосостояния и позитивному отношению к деньгам. Однако она может быть связана и с установками на экономический патернализм. Уровень институционального доверия жителей центра России связан как с экономическими, так и с политическими установками и социальными представлениями: с удовлетворенностью материальным благополучием, субъективным экономическими статусом, ощущением роста благосостояния и ожиданием, что он продолжится и дальше, отношением к деньгам как источнику удовольствия, ориентацией на социальное равенство, политической активностью, позитивным отношением к действующим политикам. Однако высокий уровень институционального доверия у жителей центра России может быть сопряжен с установками на одобрение авторитаризма.

Таким образом, связи различных компонентов социального капитала с экономическими и социально-политическими установками очень разнообразны. Одни и те же компоненты социального капитала могут по-разному «работать» на экономику в разных группах, в частности у представителей разных возрастных когорт. Их влияние также опосредовано местом проживания: у жителей регионов и жителей центра России продуктивные экономические установки сопряжены с разными компонентами социального капитала.

Такие результаты вполне закономерны. Как уже было сказано, социальный капитал — это система отношений и установок, то есть, по сути, категория

экономико-психологическая. Отношения и установки группы всегда преломляются через групповой опыт, через культуру или субкультуру группы. Поэтому нельзя просто сказать, что все компоненты социального капитала способствуют экономическому процветанию. Даже роль уровня доверия не столь однозначна. Например, высокое доверие у взрослых, как показало наше исследование, может быть связано с экономическим патернализмом. Поэтому при рассмотрении социального капитала важно учитывать, что его влияние на экономические установки может опосредоваться иными факторами. Хочется отметить также, что поскольку пока не существует единой концепции структуры социального капитала, вероятно, какие-то его компоненты (возможно, важные для нашей культуры) не были нами рассмотрены и еще ждут своего часа.

<< | >>
Источник: А.Н. Татарко, Н.М. Лебедева. Социальный капитал: теория и психологические исследования. 2009

Еще по теме Взаимосвязь социального капитала с социально-экономическими установками и представлениями у различных групп населения:

  1. Социальный капитал российского общества в условиях модернизационных преобразований. социальный капитал россиян: современное состояние и связь с социально-экономическими установками
  2. Обсуждение результатов кросскультурного исследования социального капитала россиян. Социальный капитал этнических групп России
  3. Восприятие социального капитала различных институтов этническими группами России
  4. Реконструкция семантических пространств, характеризующих восприятие социального капитала общества различными этническими группами
  5. Социальная защита экономически активного населения и социальная политика
  6. Оценка социального капитала населения России
  7. Формы социальной защиты экономически активного населения
  8. Социальный капитал этнических групп России: сравнительный анализ
  9. Социальная защита доходов экономически активного населения
  10. Социальный капитал как объект исследований в экономической науке
  11. Финансовое обеспечение социальной защиты экономически активного населения
  12. Исследования социального капитала в социологии и экономике. Основные подходы к проблеме социального капитала в социологии