<<
>>

Сетевой подход к изучению социального капитала

Социальные сети и социальная сплоченность рассматриваются в русле исследований социального капитала, как социологами, так и экономистами. В данном параграфе эти понятия анализируются с целью более детальной теоретико-методологической проработки авторского

психологического подхода к изучению социального капитала и конструирования методики для его измерения.

Основные сложности анализа категории сплоченности связаны со следующими аспектами:

а) Само явление, обозначаемое как «социальная сплоченность», является динамичным (Cartwright, 1968; Hogg, 1992; Lott, Lott, 1965) и многомерным (Bollen, Hoyle, 1990; Drescher et al., 1985; Evans, Jarvis, 1980; Hagstrom, Selvin, 1965; Mudrack, 1989), что приводит к постоянному расширению спектра индикаторов социальной сплоченности и к появлению все новых определений данного понятия, которые практически невозможно привести к «единому знаменателю».

б) Зародившись в ходе исследований микрогрупп, большинство концепций социальной сплоченности содержат существенный теоретический недостаток: рассмотрение социальной группы вне контекста системы общественных отношений макроуровня.

Непосредственно-контактные и коммуникативные аспекты совместной деятельности отрываются от ее предметного содержания, детерминированного системой общественных отношений и определяющего сам факт существования группы, абсолютизируются и признаются единственным объектом социально-психологического изучения группы. Хотя постепенно категория социальной сплоченности распространяется и на другие уровни анализа социальных процессов, сложившиеся на сегодняшний день подходы к пониманию и изучению социальной сплоченности на индивидуальном, микрои макрогрупповом уровнях с большим трудом поддаются соотнесению и взаимосогласованию;

в) В тесной связи с предыдущим аспектом выступает и проблема поиска детерминант социальной сплоченности: какой из уровней — индивидуальный или групповой — является «местом зарождения» социальной сплоченности и каков характер влияний индивидуального уровня на групповой и наоборот? Хотя разные исследователи выдвигают различные показатели сплоченности на индивидуальном уровне, по сути они предполагают диагностику привлекательности группы (Hogg, 1992).

Акцент при этом может делаться на продолжительности членства в группе (Moreno, Jennings, 1937; Festinger et al., 1950; Cartwright, 1968; Lott, Lott, 1965; McPherson, Smith-Lovin, 2002); идентификации с группой (Hogg, 1992); интенсивности и качестве межличностных связей и влияний (Lott, Lott, 1965); участии в групповой деятельности, готовности к сотрудничеству и др. И здесь мы сталкиваемся с принципиальной проблемой: следует ли рассматривать указанные аспекты в качестве индикаторов социальной сплоченности или в качестве ее источников. В этой связи Н. Фридкин пишет, что показателем социальной сплоченности на индивидуальном уровне следует считать наличие у индивида позитивных установок на членство в группе и соответствующее поведение, тогда как все остальные перечисленные выше категории относятся к социальной сплоченности как причина к следствию (Friedkin,

2004).

г) Следующая проблема, вытекающая из предыдущей, заключается, таким образом, в выделении критериев оценки привлекательности группы (возможно, имеет смысл ограничиться уже упомянутыми установками на сохранение членства в группе) и, главное, в понимании причин привлекательности группы для индивида. Учитывая указанную сложность соотнесения подходов к социальной сплоченности на индивидуальном и групповом уровнях, следует обратиться к вопросу о том, по отношению к кому индивид формирует и реализует это свойство: по отношению к группе как целому или по отношению к отдельным индивидам, входящим в ее состав.

С одной стороны, Оллпорт высказывает сомнения: «Когда исследователи групповой динамики говорят о привлекательности группы для индивида, не имеют ли они в виду взаимную привлекательность отдельных индивидов? Если индивиды тянутся друг к другу, тянутся ли они на самом деле к группе?» (Allport, 1962, с. 23-24). С другой стороны, Хогг утверждает, что стремление к групповому членству не сводится к межличностной привлекательности. Его аргумент состоит в том, что люди могут идентифицировать себя как членов определенных групп, не будучи включенными в непосредственные отношения с их представителями (Hogg, 1992).

Многие исследователи признают позитивные межличностные связи основой социальной сплоченности (Moreno, Jennings, 1937; Festinger et al., 1950; Cartwright, 1968; Gross, Martin, 1952; Lott, Lott, 1965; Frank, 1996; Frank, Yasumoto, 1998).

Так, в частности, Гросс и Мартин определили сплоченность как «устойчивость группы перед разрушительными воздействиями» и предположили, что она связана с силой отношений с членами группы (Gross, Martin, 1952, с. 553-554).

Таким образом, развитие концепта социальной сплоченности приводит к необходимости анализа как характера отношений между индивидами, входящими в группу, так и их установок на членство в ней. При такой интерпретации социальной сплоченности, при ее изучении требуется обращение к логике и методологии сетевого направления, активно разрабатываемого в социологии и экономике и постепенно набирающего вес и в психологии.

В исследовании сетей на сегодняшний день сложилось два подхода. Первый, нацеленный на анализ качества отношений между участниками сети (формирование доверия, общих ценностей, норм, идентичностей и т.п.), можно обозначить как содержательный (Granovetter, 1973). Согласно второму, структурному, подходу, сеть рассматривается с точки зрения ее конфигурации, структурных характеристик (размер сети, ее плотность, центральность и др.), то есть через обмен информацией и возможности контроля за ним, предоставляемые теми или иными структурными позициями участника в сети (Burt, 1992).

Наибольшее развитие в современной социологии получил структурный подход. В соответствии с ним, отправной точкой исследования может считаться категоризация связей между узлами сети, что позволяет оценить значимость происходящего в социальной сети для достижения определенных целей, например для повышения эффективности работы сотрудников. Такие связи могут быть прямыми или косвенными, сильными или слабыми, односторонними или двусторонними. Определение характеристик связей в сети позволяет перейти к оценке сети в целом, для чего используются следующие параметры: размер сети, сетевая плотность, централизация, сила связи, ранг сети.

Проводя психологическое исследование содержательных аспектов сетевых взаимодействий, необходимо учитывать следующие их особенности:

а) Размытость самоидентификации участников сети. Эта проблема связана с характерными для сетей неопределенностью, сложностью и постоянным изменением состава участников. Даже организаторы сети не могут точно обозначить групповые границы таких сообществ, что связано с многоуровневостью сетей и перекрестным членством. Структура деловых сетей постоянно изменяется. Привлечение новых участников для решения тех или иных задач вызывает новое согласование целей совместной деятельности, что ведет к изменению состава участников и структуры отношений внутри сети. На состав сети в значительной степени влияют личные связи между отдельными участниками, поэтому вместе с одним из членов сеть могут покинуть несколько других. Однако сообщество может сохраняться и после того, как цель проекта достигнута, — формулируются новые цели. Если речь идет о деловых сетях, то эффективное взаимодействие укрепляет доверие между участниками, что приводит ко все большей стабилизации состава сети. Если же речь идет об изначально более сильных связях — семейных, дружеских, — то такого рода сети оказываются достаточно устойчивыми и именно им приписывается важная роль в формировании идентичности.

б) Сложность в определении причин и следствий в отношениях внутри сети. Можно предположить, что основой для вступления в социальное взаимодействие с незнакомым человеком является безличное доверие, а успешность взаимодействия приводит к укреплению безличного и формированию личного доверия. Это, впрочем, не относится к семейным отношениям, где личное доверие наличествует априори.

в) Неоднозначность роли разного рода сетей в формировании социального капитала индивида и группы. Далеко не все сети способствуют развитию входящих в них индивидов и, что особенно важно, самой сети. Однако только такое сетевое взаимодействие, которое способствует развитию (то есть укреплению доверия, формированию идентичностей, обеспечению доступа к прежде недоступным ресурсам и т.п.), может рассматриваться как значимое для формирования и развития социального капитала.

Определение социальной сплоченности в сетевых категориях стало использоваться для определения субгрупп внутри группы и для описания индивидуальных различий в степени интегрированности в социальные сети.

Во-первых, было показано, что привлекательность и устойчивость членства в группе не имеют непосредственных связей с наличием тесных позитивных межличностных отношений между индивидами. Относительная независимость групповой сплоченности от тесных позитивных межличностных связей становится очевидной, например, в условиях принудительного членства в группе (Cartwright, 1968) или в ситуациях, когда «группы привлекательны и без близких отношений» (Hagstrom, Selvins, 1965, с. 39). Впрочем, о полной независимости говорить было бы некорректно, скорее, речь должна идти о сложных опосредованных связях между межличностными отношениями в группе и групповой сплоченностью. Механизм развития сплоченности связан с социальными поощрениями и наказаниями, которые порождаются межличностными отношениями между членами группы и лидерами. Награждения укрепляют межличностные отношения между награждаемым и награждающим, наказания ослабляют их. Межличностная привлекательность, порождаемая этими поощрениями и наказаниями, в свою очередь, является важнейшим основанием для формирования сетей межличностных влияний, значимых как для развития индивидуальных установок и поведения, так и для повышения согласованности установок и координирования поведения внутри группы.

Существует взаимосвязь между положением индивидов в сети позитивных межличностных отношений и их удовлетворенностью групповыми процессами. Высокая теснота позитивных межличностных привязанностей показывает, что индивиды включены в вознаграждающие отношения с большим числом членов группы. В сетях с низкой плотностью индивид связан с небольшой частью группы, однако все эти связи могут быть вознаграждающими, и отсутствие большого числа связей не является показателем негативных отношений. В то же время, наказывающие отношения между членами группы, особенно между членами, контролирующими недостаточный ресурс, приводят к негативным отношениям на уровне индивид-индивид и индивид-группа.

Этот подход к индивидуальным установкам на групповое членство и связанному с ними поведением, ориентированный на отношения, утверждает, что изменения в системе поощрений/нака-заний, получаемых индивидом от значимых для него членов группы, способны изменять привлекательность группы для индивида от негативной до позитивной и наоборот. Остается, однако, неясным, каким образом эти изменения происходят, и определяется ли привязанность индивида к группе теснотой сети (долей людей, с которыми человек имеет позитивные связи) или узлом позитивных связей, в которые включен каждый индивид. Структура индивидуального узла связей может оказывать более значительное влияние на привлекательность группы для индивида, чем общая теснота связей в группе. Например, связь с индивидами, осуществляющими контроль за ограниченным ресурсом, может быть более значима для формирования привлекательности группы, нежели связи с рядовыми членами группы. Также непонятно, влияет ли привлекательность группы для ее членов на характер разрешения конфликтов внутри группы и достижения консенсуса. В некоторых работах указывается, что привязанность к группе влияет на чувствительность к межличностным влияниям, однако существуют и работы, показывающие зависимость чувствительности от места индивида в групповой сети. Следовательно, связь между привлекательностью группы для индивида и чувствительностью к межличностным отношениям может являться результатом влияния на обе характеристики положения индивида в социальной сети.

Таким образом, теоретические изыскания привели к подтверждению мысли Дюркгейма (Durkheim, 1933) о том, что социальная интеграция не является синонимом однородности и непосредственной коммуникации, а напрямую связана с социальной дифференциацией.

Применение сетевого подхода к анализу социальной сплоченности позволяет приблизиться к разрешению ключевой проблемы — нахождения точек соприкосновения, взаимопереходов между индивидуальным и групповым уровнями ее существования и, соответственно, исследования. Базируясь на изучении структурных и коммуникативных аспектов развития социальных групп, сетевой подход дает возможность объяснения и индивидуальных установок и поведения, связанных с членством в группе. Это становится возможным посредством анализа социальных процессов в сетях, влияющих на индивидуальные установки и поведение, поскольку именно структура во многом определяет характер социальных процессов. Кроме того, сетевой подход облегчает переход с микроуровня социального анализа на уровень макрогрупп.

На макроуровне анализа социальной сплоченности все больший вес, по сравнению с привлекательностью группы, приобретают такие параметры как сила социальных связей, разделяемые ценности и системы мировоззрения, чувство общей идентичности и принадлежности к одной общности, доверие.

<< | >>
Источник: А.Н. Татарко, Н.М. Лебедева. Социальный капитал: теория и психологические исследования. 2009

Еще по теме Сетевой подход к изучению социального капитала:

  1. Исследования социального капитала в социологии и экономике. Основные подходы к проблеме социального капитала в социологии
  2. Основные теоретические направления изучения социального капитала
  3. Социальный капитал российского общества в условиях модернизационных преобразований. социальный капитал россиян: современное состояние и связь с социально-экономическими установками
  4. Обсуждение результатов кросскультурного исследования социального капитала россиян. Социальный капитал этнических групп России
  5. Взаимосвязь социального капитала с социально-экономическими установками и представлениями у различных групп населения
  6. Ценности, социальные аксиомы и социальный капитал
  7. Теория социальных аксиом: новый подход к объяснению социально-экономического поведения
  8. Психологическая структура социального капитала
  9. А.Н. Татарко, Н.М. Лебедева. Социальный капитал: теория и психологические исследования, 2009
  10. Сокращается ли социальный капитал?
  11. Программа эмпирического исследования социального капитала
  12. Культурно-психологические особенности социального капитала Россиян
  13. Социальный капитал этнических групп России: сравнительный анализ
  14. Роль социального капитала в формировании отношения к здоровью
  15. Социальный капитал как объект исследований в экономической науке
  16. Оценка социального капитала населения России