<<
>>

Оценка социального капитала населения России

Как уже отмечалось, в нашем исследовании оценивались два компонента социального капитала: уровни межличностного и институционального доверия. Мы посчитали необходимым включить в оценку структуры социального капитала поликультурного общества также «силу» и позитивность гражданской идентичности.

Согласно опросам, проведенным с помощью «Мирового опросника ценностей» (вопрос «Считаете ли вы, что большинству людей можно доверять?»), в 1990 г.

34,7% опрошенных в России полагали, что большинству людей можно доверять, в то время как в 1999 г. таких было уже 22,9%. Согласно результатам нашего опроса, представленным в таблице 3.2, согласие с этим вопросом в настоящее время выразили 22% россиян. Таким образом, уровень межличностного доверия россиян с начала 90-х гг. ХХ в. не только не вырос, но и несколько снизился.

B целом уровень межличностного доверия у молодежи несколько ниже, чем у взрослых, однако статистически эти различия не значимы. Уровень межличностного доверия мало зависит от региона проживания: у жителей регионов и центра России он примерно одинаков.

Рассмотрим теперь уровень институционального доверия.

На рисунке 3.1 представлены средние значения уровней доверия молодежи и взрослых различным социальным институтам, все статистически достоверные различия выделены звездочками. При оценке доверия каждому из социальных институтов респонденты использовали следующие варианты ответов: 1 — совсем не доверяю; 2 — не особо доверяю; 3 — доверяю в средней степени; 4 — вполне доверяю; 5 — абсолютно доверяю. Результаты, представленные на рисунке, позволяют отметить, что уровни доверия большинству социальных институтов у молодежи выше, чем у взрослых. Таким образом, можно заключить, что уровень институционального доверия у молодежи выше, чем у взрослых. По сравнению со взрослыми молодежь больше доверяет прессе, телевидению, крупному бизнесу, парламенту, системе правосудия, профсоюзам, общественным организациям, образовательным учреждениям.
Взрослые, по сравнению с молодежью, больше доверяют только одному социальному институту — армии.

Таким образом, жители регионов склонны больше доверять государственным органам управления (федеральное правительство, Президент, парламент, система правосудия). Возможно, жители регионов возлагают на эти центральные органы государственного управления те надежды, которые не оправдывают местные власти, либо таково психологическое следствие централизации власти и управления.

Для удобства представления данных социальные институты были объединены в группы, для чего был использован факторный анализ. В результате было выделено четыре фактора, объясняющих 54,2% дисперсии.

Первый фактор получил название «Доверие государственным органам управления». Он включает в себя доверие региональному правительству, федеральному правительству, местному правительству, парламенту, Президенту, системе правосудия, политическим партиям, милиции.

Второй фактор был назван «Доверие средствам массовой информации». В него вошли показатели, характеризующие доверие прессе и телевидению.

Третий фактор интерпретирован как «Доверие неправительственным организациям и крупному бизнесу». В него вошли показатели доверия общественным организациям, международным организациям, крупному бизнесу.

Четвертый фактор обозначен как «Доверие открытым социальным институтам», то есть социальным институтам, в которые на той или иной стадии жизненного пути включен каждый человек. Этот фактор содержит показатели, характеризующие доверие церкви, армии, профсоюзам, образовательным учреждениям.

В процессе дальнейшего анализа было произведено сопоставление с помощью ^критерия Стьюдента факторных оценок (или выраженности факторов) в подвыборках молодежи и взрослых и подвыборках жителей центра и регионов России.

Сопоставление факторных оценок подвыборок молодежи и взрослых позволило сделать выводы о достоверном различии следующих факторов:

- у взрослых, по сравнению с молодежью, более выражено значение фактора «Доверие открытым социальным институтам»;

- у молодежи, по сравнению со взрослыми, более выражены значения факторов «Доверие неправительственным организациям и бизнесу» и «Доверие средствам массовой информации».

Значения фактора «Доверие государственным органам управления» у молодежи и взрослых не отличались и в целом были невысоки.

Поскольку молодежь больше, чем взрослые, доверяет неправительственным организациям и бизнесу, можно сделать вывод, что она в большей степени ориентирована на негосударственный сектор и бизнес.

И это является благоприятным для экономического развития. Кроме того, молодежь больше, чем взрослые, доверяет средствам массовой информации: с одной стороны, это позитивный факт (когда СМИ борются за права человека в случае их узурпации властью или чиновничеством), с другой стороны, делает ее уязвимой для разного рода манипулятивных технологий.

Сопоставление факторных оценок эмпирических данных для жителей регионов и центра позволяет отметить, что жители регионов имеют достоверно большую выраженность показателей фактора «Доверие открытым социальным институтам». «Открытые» социальные институты в данном случае можно рассматривать в качестве некоей опоры, дающей им ощущение уверенности, «почвы под ногами» (церковь, профсоюзы, образовательные учреждения).

Факторы «Доверие государственным органам управления» и «Доверие средствам массовой информации» характеризуют т.н. «вертикальное» доверие. Факторы «Доверие

неправительственным организациям и крупному бизнесу» и «Доверие открытым социальным институтам» характеризуют т.н. «горизонтальное» доверие. С учетом такого деления, «горизонтальное» доверие выражено в большей степени у взрослых, по сравнению с молодежью, и жителей регионов, по сравнению с россиянами, проживающими в центре страны.

Чтобы понять, насколько россияне в целом доверяют различным социальным институтам, были вычислены средние значения, характеризующие уровень доверия каждому из социальных институтов.

Как показывают данные, представленные на рисунке, все социальные институты по уровню доверия им со стороны россиян можно разделить на три категории.

- социальные институты, которым россияне мало доверяют: политические партии, пресса, милиция, местное правительство, региональное правительство, телевидение, армия, федеральное правительство, парламент.

- социальные институты, пользующиеся средним уровнем доверия россиян: система правосудия, профсоюзы, крупный бизнес.

- социальные институты, уровень доверия россиян к которым выше среднего: общественные и международные организации, Президент, церковь, образовательные учреждения.

Если взять полярные по критерию доверия россиян социальные институты, то на полюсе недоверия окажутся политические партии, пресса и милиция, а на противоположном полюсе максимального доверия — образовательные учреждения, церковь и Президент.

Обращает на себя внимание также тот факт, что общественные и международные организации пользуются значительно большим доверием у россиян, чем правительство (местное, региональное, федеральное) и парламент, то есть общественным организациям россияне доверяют больше, чем государственным органам управления.

В этой связи можно отметить, что в сознании наших респондентов общественные организации составляют некую конкуренцию государственным органам: сложилось мнение, что правду и защиту можно найти скорее в общественных организациях, чем в государственных органах.

Примечательным фактом является то, что россияне в большей степени демонстрируют «горизонтальное» доверие (образовательным учреждениям, церкви, международным организациям) и в меньшей степени — «вертикальное» доверие (политическим партиям, милиции, правительству, армии, парламенту).

Выше мы сравнивали доверие со «смазкой» механизма социальных отношений. Гражданскую идентичность, как мы уже писали, можно образно назвать «социальным клеем», скрепляющим детали этого механизма, и роль этого «клея» тем важнее, чем более поликультурным является общество. Россия, на территории которой проживают представители более 150 этнических групп, несомненно, принадлежит к поликультурным странам.

В исследовании рассматривались две характеристики гражданской идентичности: ее «сила» (четкость, выраженность) и валентность (в данном случае, степень позитивности).

Результаты указывают в целом на то, что однозначно судить о состоянии гражданской идентичности россиян в настоящий момент довольно сложно. Так, в выборке преобладают люди с позитивной и четкой идентичностью, однако это преобладание незначительно. Молодежь имеет более позитивную и «сильную» гражданскую идентичность по сравнению со взрослыми. Жители центра России имеют несколько более позитивную гражданскую идентичность, чем жители регионов.

Для оценки достоверности вышеуказанных различий вычислялись средние значения показателей характеристик идентичности и оценивалась достоверность их различий.

Достоверных различий между показателями характеристик идентичности у жителей регионов и центра России не выявлено. Как видно из таблицы, среднее значение «силы» гражданской идентичности россиян (и в регионах, и в центре) приблизительно равно трем баллам. На шкале значение в три балла соответствует амбивалентному варианту ответа: «Иногда я ощущаю себя представителей своего государства, а иногда — нет», то есть гражданскую идентичность россиян нельзя назвать четкой и сформированной.

Природу этой «слабости» гражданской идентичности можно объяснить тем, что все респонденты относительно недавно были гражданами другого государства — СССР, и их нынешняя российская идентичность сформировалась еще не до конца.

Формирование идентичности — сложный и длительный процесс, который начинается в детском и подростковом возрасте, поэтому невозможно быстро и бескризисно поменять гражданскую идентичность. Авторы этих строк были свидетелями того, как взрослые люди заявляли: «Я родился в Советском Союзе, а не в этой России». В пользу данного объяснения свидетельствует и тот факт, что у молодежи гражданская (российская) идентичность более выраженная, чем у взрослых.

Валентность идентичности жителей регионов и центра в целом позитивна и также не имеет статистически достоверных различий. В наших предыдущих исследованиях было показано, что эти две характеристики идентичности независимы, не связаны между собой (Этническая толерантность..., 2002), поэтому позитивность гражданской идентичности россиян может вполне сочетаться с ее неопределенностью.

Сравнительный анализ характеристик гражданской идентичности молодежи и взрослых позволил выявить их межпоколенные различия. Молодежь имеет, во-первых, более «сильную» гражданскую идентичность, и, во-вторых, значительно более позитивную, чем взрослые. Это благоприятные показатели для формирования социального капитала.

<< | >>
Источник: А.Н. Татарко, Н.М. Лебедева. Социальный капитал: теория и психологические исследования. 2009

Еще по теме Оценка социального капитала населения России:

  1. Обсуждение результатов кросскультурного исследования социального капитала россиян. Социальный капитал этнических групп России
  2. Взаимосвязь социального капитала с социально-экономическими установками и представлениями у различных групп населения
  3. Социальный капитал этнических групп России: сравнительный анализ
  4. Восприятие социального капитала различных институтов этническими группами России
  5. Социальный капитал российского общества в условиях модернизационных преобразований. социальный капитал россиян: современное состояние и связь с социально-экономическими установками
  6. Исследования социального капитала в социологии и экономике. Основные подходы к проблеме социального капитала в социологии
  7. Социальная защита экономически активного населения и социальная политика
  8. Ценности, социальные аксиомы и социальный капитал
  9. Сокращается ли социальный капитал?
  10. Психологическая структура социального капитала
  11. А.Н. Татарко, Н.М. Лебедева. Социальный капитал: теория и психологические исследования, 2009
  12. Формы социальной защиты экономически активного населения