<<
>>

Квантовый уровень

В больничной палате царила тишина, ее нарушал только шум аппарата для измерения давления, который надулся и снова опал на руке Джона.

Коттен придвинула кресло к кровати, вплотную к перилам.

Положила голову на прохладную простыню. Жидкий свет отнял у нее все силы. Практикуйся, говорил Ячаг, и будет легче. Коттен закрыла глаза и уснула.

Когда медсестра, пришедшая проверить Джона, с шумом распахнула дверь, яркий свет из коридора разбудил Коттен.

— Как он? — спросила она, когда медсестра закончила работу.

— Вроде неплохо. — Затем сестра помолчала и спросила: — Он очень много для вас значит?

— Больше, чем можно себе представить, — не раздумывая, ответила Коттен.

Когда медсестра ушла, Коттен села на кресле и посмотрела на часы. Полдень, значит, в Чикаго шесть вечера. Номер Лестера записан в мобильнике. Она невнимательно отнеслась к тому, что этот странный низенький человек пытался втолковать ей в «Старбаксе». Но теперь было очевидно: то, о чем Риппл рассказывал, походило на жидкий свет.

Коттен подошла к окну и открыла мобильник. Увидела, что связь здесь хорошая. Отыскав номер Риппла, нажала кнопку вызова. Была суббота, и она надеялась, что он сейчас дома, а не в университете.

— Риппл на проводе, — ответил он после третьего гудка.

Он говорил как будто с набитым ртом.

— Здравствуйте, Лестер. Это Коттен Стоун. Мы встречались несколько дней назад — помните, насчет фотографий? Но я, кажется, оторвала вас от обеда.

— Да-да-да. Нет. То есть да, я вас помню. Нет, я просто перекусываю на ходу. О господи.

Коттен ясно представила, как он неловко держит бумажную тарелку с чем-то сомнительным.

— Окажите мне любезность. Вы не могли бы еще раз объяснить вашу теорию, нитяную теорию? Только помните, пожалуйста: я полный профан, поэтому постарайтесь говорить как можно проще.

Коттен услышала, как Лестер залпом что-то выпил и фыркнул.

— Ее очень трудно понять и почти невозможно объяснить. Видите ли, на уровне частиц законы мира меняются. Частицы ведут себя не так, как крупные предметы. Это первое, что вы должны принять. Те законы, что управляют нашей повседневной жизнью, в квантовом мире неприменимы, — говорил Лестер, и слова сыпались все быстрее и быстрее.

— Пока я, кажется, все понимаю.

— Вы когда-нибудь бросали в воду камень? Видели круги? Так перемещается свет… ну или почти так — рябью, волнами. Хм. Хм. Хм. Вот как будет проще всего понять: представьте, что вы бросаете в воду два камня — одновременно, но в два разных места. Волны расходятся и в конце концов встречаются. И тогда они или поглощают, или усиливают друг друга. Это ясно?

— Ясно, — ответила Коттен.

— Я пропускаю громоздкие научные выкладки, так что поверьте на слово. Будем считать, что у меня на это лицензия — так, чтобы вы все поняли.

— Идет.

— Представьте, что у вас есть пистолет, а перед вами стена с двумя отверстиями, а за ней еще одна стена, на которой фиксируется каждое попадание пули. Если вы несколько раз выстрелите в каждое отверстие, а потом проверите, что на второй стене, то что вы увидите? Куда попадет большинство пуль?

— Я думаю, они попадут в две точки, каждая из которых лежит на той же прямой, что и отверстия.

— Да! Да! Да! — Лестер, несомненно, был в восторге от того, что она пришла к такому верному заключению. — Но рябь или волны будут вести себя иначе, правильно? Если световые волны пройдут через отверстия, как волны на воде, они будут двигаться дальше, расходиться и поглощать друг друга. Получается, что если мы сможем засечь, куда именно они попадут на второй стене, это будет уже модель волн, модель интерференции, а не просто две дырки, как с пулями. Правильно?

— Пока все ясно.

Лестер откашлялся.

— Вот и хорошо. Вам понравится то, что я сейчас скажу. Осталось немного. Итак, вы знаете, что свет перемещается волнами, и знаете, какая получится модель, когда волны пройдут через две дырки, то есть отверстия, в стене.

А что, если мы выстрелим фотонами в обе дырки одновременно? По логике, должно получиться как с пулями, а не как с волнами.

— Да, разумеется, — сказала Коттен, потирая лоб. Она все еще не могла понять, к чему он клонит.

— Ага. По логике, каждый фотон должен пролететь через одну дырку — или через другую, как пуля. Он не может пролететь через две дырки одновременно. А теперь знаете что? Ну-ка, ну-ка, ну-ка? Если мы отправим через эти дырки миллион фотонов, а потом проверим вторую стенку, то увидим: получилось не так, как с пулями. Получилось, как с волнами. Один фотон одновременно пролетел через две дырки. Каждый фотон был сразу в двух местах. Ну что, начинаете соображать?

У Коттен перехватило дыхание. В двух местах одновременно. Она все поняла. Два Лондона. Два берега.

— Да, — ответила она. — Кажется, начинаю.

— Теперь дальше. Что, если у нас есть специальный аппарат, который каждый раз засекает, куда полетел фотон? Если мы его включим, то фотоны будут вести себя как пули. Они будут пролетать только через одну дырку и ни за что не полетят через две дырки одновременно, и на второй стене будут такие же следы, как и в случае с пулями. Они словно бы знают, что за ними наблюдают, и ведут себя так, как ты ожидаешь — пролетают только через одну дырку. Они не полетят через две, если за ними подглядывают. И никто не понимает, почему это происходит на квантовом уровне, но не происходит в мире больших предметов. А я открыл, при каких условиях крупные предметы могут вести себя как частицы в квантовом мире, и я готов доказать, что большие объекты — шары для боулинга, стулья, даже люди — могут оказаться на другой нити. Готов доказать, что и вы можете переместиться — вы сами можете выбирать, через какое отверстие хотите пролететь, в каком мире хотите существовать. И не в воображении — нет, целиком, как есть.

— Постойте, Лестер. — Коттен тяжело дышала, склонившись к окну.

У Лестера научные доказательства, а у нее — духовные.

«Итак, что такое реальность? Где она существует? В одном-единственном месте — в твоем сознании, где ты создаешь собственную реальность. То, что рассказывал Риппл, относится к работе сознания. Все сводится к свободной воле, как говорил Джон».

Когда Джон проснется, она все ему расскажет. Без сомнения, это и есть тайна, о которой говорит табличка. Вот почему часть сообщения представляла собой словесный текст, а часть — формулы. Физические формулы. Нитяная теория Риппла. И тут в голове прозвучала старая библейская цитата, которую она слышала еще в детстве, в воскресной школе. «Царствие Божие внутрь вас есть»[34].

— Мисс Коттен, вы слышите? — спросил Риппл.

— Да, — слабым голосом отозвалась она.

— Есть еще кое-что, что вам следовало бы знать.

— Что именно, Лестер?

— Я смог восстановить текст на последней части таблички.

Коттен затаила дыхание.

— Вы говорили, что там сказано, как остановить Армагеддон. Вы ошиблись. Там сказано, что Армагеддон должен случиться.

<< | >>
Источник: Линн Шоулз, Джо Мур. «Последняя тайна». 2011

Еще по теме Квантовый уровень:

  1. Уровень личных сбережений
  2. Тариф и уровень занятости в стране
  3. Нижний уровень и потолок: интеллектуальная и финансовая гармония
  4. Фактический уровень защиты национального производства
  5. Критерии, определяющие уровень экономического развития региона
  6. Второй уровень банковской системы Франции
  7. Уровень доходность/риск
  8. Дожи как уровень поддержки и сопротивления
  9. Уровень обслуживания в закусочной и лояльность потребителя
  10. Чем выше уровень перераспределения, тем больше власти у государства
  11. Нечеткий классификатор уровня факторов
  12. Нечеткий классификатор уровня факторов
  13. Выводы исследования
  14. Бенджамин Грэм о корпоративном управлении
  15. Экономические последствия безработицы