<<
>>

Бульварная газета

Нигде не упоминалось о хрустальной табличке? Как это так? После разговора с Тедом Кассельманом Коттен задумалась. В перуанской полиции разговор был сумбурным… Но во время допроса речь ни разу не заходила о табличке.

Она вспомнила, что говорила инспектору Мериде, как они праздновали открытие Эдельмана, а он ни разу не спросил, что это было за открытие. Но табличка — не галлюцинация. Ее видел весь лагерь. Она с друзьями слышала приблизительный перевод Эдельмана. И отчетливо слышала, как археолог сказал…

Коттен прервала поток мыслей, стараясь заглушить голос Эдельмана в голове.

«Руководить им будет дочь ангела».

— Ну ладно, — произнесла она вслух. Чтобы получить ответы на вопросы, понадобятся деньги. А это означает, что надо продать сюжет.

Выходя из магазина, где купила новый мобильник — покупка оказалась более дорогой, чем она рассчитывала и чем могла себе позволить, — Коттен кинула его в сумочку. По крайней мере, удалось сохранить старый номер, хотя, увы, адресная книга была утеряна безвозвратно.

Следующим пунктом программы был продуктовый магазин. Утром она расчистила залежи в холодильнике, при этом старый огурец взорвался прямо в руках. Надо было пополнить запасы, приготовить себе бутерброд для ланча и сделать несколько звонков по поводу работы. Перед отлетом в Южную Америку она работала над одним неплохим сюжетом.

Коттен обошла магазин, складывая в корзинку все необходимое. Встав в очередь в кассу, она заметила газету, на которой красовался заголовок.

Загадка археологической экспедиции в Перу: массовое самоубийство или резня?

Загадка археологической экспедиции в Перу? Черт возьми, а это про что? Неужели про экспедицию Эдельмана?

Она схватила со стойки экземпляр «Национального курьера» и пробежала глазами статью. Во втором абзаце — ее фамилия.

Пролистав страницы в поисках продолжения статьи, она увидела свою фотографию из архива Эн-би-си. И подпись: «Коттен Стоун, потрепанная в битвах журналистка, в свои лучшие времена». С газетной страницы словно выпрыгивали слова: «расследование», «убийство», «подозрение», «опозоренная», «массовое самоубийство». Коттен начала паниковать: похолодели пальцы, затряслись руки, пересохло во рту, перехватило дыхание. Все симптомы приближающегося приступа. Надо срочно выйти на улицу.

Воздух. Нужно на воздух. Здесь нечем дышать.

Ничего не соображая, обливаясь потом, Коттен расплатилась кредиткой и выскочила на парковку. Швырнула пакеты с продуктами в багажник «тойоты» и рухнула на водительское сиденье.

Откинувшись в кресле, прислонилась затылком к подголовнику и закрыла глаза. Сосредоточилась на дыхании и стала расслабляться, как учил ее психотерапевт. Но сердце по-прежнему бешено колотилось, и волны ужаса остановить не удавалось. И вдруг в голове зашептал голос, а перед глазами возник Ячаг.

«Отбрось мысли, которые заслоняют тебе способность видеть. Представь, что ты плаваешь в бассейне из священного света, чистого света. Жидкого света… света настолько чистого, что в нем нет больше ничего».

Коттен представила согревающий свет, постепенно паника улеглась, и она открыла глаза. Плохо дело. Но по крайней мере, она справилась с приступом страха, не прибегая к медитации. Это хорошо.

Коттен посмотрела на сиденье, где валялась газета. Она знала, что прочитать ее придется. Не торопясь, развернула выпуск «Национального курьера», держа его перед собой, у руля.

Ее охватила злость, но паники уже не было. Дойдя до конца, Коттен снова открыла первую страницу и прочитала подпись: «Темпест Стар, ведущий обозреватель».

— Идиотка, — проговорила она. — Такие имена бывают у стриптизерш и проституток. Дура, которой не удалось найти приличную работу, вот и устроилась в эту вонючую газетенку. Ни капли совести. Только бы попасть на первую полосу. Да еще это кошмарное имечко…

В статье Темпест Стар напечатали официальное заявление полиции Перу, где говорилось, что члены экспедиции стали жертвой некачественного алкоголя с добавлением галлюциногенов, который спровоцировал суицид.

Дальше эта стерва пускалась в собственные рассуждения. Она не выдвигала прямых обвинений, на основании которых ее и газетенку можно судить за клевету, — она подло, почти на подсознательном уровне внушала читателю, что Коттен Стоун, некогда знаменитая энергичная журналистка, решила организовать происшествие, о котором напишут на первых полосах все мировые издания, — лишь для того, чтобы оказаться в центре событий.

«Возможно ли, что эта женщина, в прошлом — первоклассная журналистка, разработала и осуществила дьявольский план, чтобы вернуть себе имя? Могла ли психологическая травма от досадного падения с вершин мировой славы вылиться в страшное злодеяние? Пытливые умы хотят получить ответ».

Коттен шлепнула ладонями по рулю. Они что, с ума посходили? Неужели кто-нибудь поверит в эту бредятину?

Коттен несколько раз хлопнула по рулю, качая головой, потом взяла газету, скомкала ее и швырнула на заднее сиденье.

— Пытливые умы пусть идут в задницу.

Вернувшись домой, она сложила в угол пакеты с покупками и рухнула на кровать. Может, имеет смысл подать в суд? Кто-то же должен за это ответить. Эта мразь Стар несет черт знает что. Это не новостной сюжет — это клевета, мерзость, скотство. Феерическая ахинея.

И миллионы людей по всей стране это прочитали.

Час спустя, подкрепившись сэндвичем с индейкой и диетической колой, Коттен уселась за ноутбук. Сначала проверила через Интернет состояние своего счета. Подтвердилось то, что она и так уже знала: ей нужны деньги, и добыть она их может единственным способом — продать сюжет, над которым работала несколько месяцев перед отлетом в Перу. Если удастся заключить контракт с каким-нибудь телеканалом, ее дела, может быть, и поправятся. Она открыла папку «Захоронение токсичных веществ» и стала просматривать записи.

Через несколько минут сняла трубку с телефона и позвонила сотруднице Эн-би-си, через которую обычно выходила на руководство канала.

— Фрэн! — воскликнула она, когда ей ответил знакомый голос.

— Извини, что долго не проявлялась. Я задержалась на последнем задании, но теперь вот вернулась.

Ответа не последовало, и она продолжила:

— Понимаешь, я сейчас раскручиваю потрясающий сюжет. Тебя наверняка заинтересует. — И тут же перешла к сути дела: — Здесь есть очень дорогой район — все огорожено, есть площадка для гольфа и так далее. Там одни богачи. Несколько месяцев назад мне позвонил озеленитель этого района. Не буду вдаваться в подробности, но все высаженные растения погибли, причем это повторилось дважды. Он никогда не видел, чтобы вот так вымирали целые акры, и он, прости за каламбур, стал рыть землю носом, пока не выяснил по старым аэрофотоснимкам, что когда-то на этой территории незаконно захоронили токсичные вещества — красители, растворители и так далее. Оказалось, весь район стоит на ядовитых отходах. — Коттен сделала паузу. — Ну, что скажешь?

Когда Фрэн ответила, плечи Коттен ссутулились.

— Не понимаю, — произнесла она. — Хочешь сказать, вам это не подходит? Но это же грандиозная история. Честное слово, Фрэн, ее можно раздуть до небес.

Она послушала еще секунду.

— Ладно. И тебе того же.

Невероятно. Это же первоклассный сюжет. Скандал, проблемы здравоохранения, укрывательство. Все для того, чтобы поднять рейтинг. Почему же Фрэн его отвергла?

Ну и ладно. Не страшно. Надо позвонить на другой канал. Рыбы в телевизионном море предостаточно. Правда, Фрэн — самое надежное контактное лицо. Что-то здесь не так. Ей же всегда нравилась работа Коттен. Почему вдруг такое равнодушие?

Она могла бы обратиться с просьбой к Теду Кассельману, другу, наставнику, ангелу-хранителю, но поскольку в ее послужном списке темные пятна, она не хотела, чтобы он портил свой. Если бы она попросила, он пристроил бы ее сюжет, но она не могла заставить себя. Это было бы неправильно. Он и так уже сделал достаточно. Даже чересчур.

Следующие разговоры закончились тем же, что и первый, пока Коттен не дозвонилась до старой приятельницы, работавшей в Теннесси, в местном отделении одного телевизионного канала.

— Коттен? — В голосе собеседницы слышалась неподдельная радость.

— Привет, Билли. Да, это я. Как ты там? — На самом деле ее звали Билли-Мэй, но поскольку она была бой-бабой, то предпочитала просто «Билли».

— Я — отлично, мисс Проныра, — сказала Билли. — Лучше всех. Муж, дети — все тип-топ. Ты-то как, старуха?

— А у меня райская жизнь в Маргаритавилле[22]. Правда, я решила, что пора с этим завязывать и снова впрягаться в работу. — Коттен выдавила смешок, глядя сквозь жалюзи на Атлантический океан.

Тот человек вернулся. Он сидел на скамейке у автобусной остановки на углу. Но уже без газеты.

— Милая, — заявила Билли, — даже не надейся, что кто-то поверит, будто ты живешь в песне Джимми Баффета. Пойми, зайка: все знают, где ты была, и ни одна душа в нашем бизнесе не станет иметь с тобой дело после этой паскудной истории в Перу. Я тебе это говорю как подруга. Не хочу, чтобы ты и дальше себя обманывала.

Коттен пошатнулась, но устояла.

— Не прячься от правды. Ты стала изгоем, — продолжала Билли. — Это скотство, я согласна, но что есть — то есть. Теперь к тебе никто на пушечный выстрел не подойдет. Если я что-нибудь у тебя возьму, из меня начальство тут же сделает отбивную. Я знаю, что все эти слухи — брехня. Елки-палки, да все знают, что это брехня, но отлично понимают, насколько загажена твоя репутация. И неважно, кто во что верит или не верит. Тут дело в имидже.

Коттен приподняла жалюзи: отчаянно хотелось, чтобы раскаленное флоридское солнце разбило стекло на острые осколки, а те отрезали от нее то, что она сейчас слушала.

— Ты хочешь сказать, что это не просто брехня бульварной газеты? И пошел слух, будто я действительно устроила все это, чтобы попасть в заголовки?

— Именно так, зайка. Слово брошено — и все. Теперь перед тобой гора слухов и испорченная репутация. А я просто передаю то, что слышала.

Коттен была не в силах произнести ни слова.

— Милая, ты там держись. Пройдет время — все уляжется, — утешила Билли.

Коттен затошнило.

— Спасибо за честность, Билли. Ты хороший друг.

— Мне пора бежать, зайка.

Коттен снова посмотрела в окно. Скамейка на остановке опустела.

— Да, — сказала она. — Мне тоже.

<< | >>
Источник: Линн Шоулз, Джо Мур. «Последняя тайна». 2011

Еще по теме Бульварная газета:

  1. Отраслевые газеты и журналы
  2. ИСТОЧНИКИ ИНФОРМАЦИИ. Финансовые разделы газет
  3. Как понять, что читать
  4. Список основных документов и актуальных работ по теории управления персоналом государственной службы
  5. Источники информации
  6. Печать и Интернет: финансовые страницы
  7. Как разобраться в сообщениях по финансовым вопросам
  8. Манипулирование на прежнем рынке
  9. ЧТЕНИЕ ФИНАНСОВОЙ ИНФОРМАЦИИ
  10. Ежедневные сделки с акциями
  11. Видеть значит верить
  12. ПРОИСХОЖДЕНИЕ
  13. Тикер новостей