<<
>>

Глава 6

Нам удаётся опередить шторм и благополучно перебраться на едва заметный остров, где предстоит переждать ночь. На этом крошечном клочке земли никто не живёт. Его можно запросто обойти вдоль и поперёк за пять минут.

Похоже, о нём почти никто не знает, а если и знают, то только рыбаки, подобные нашему сопровождающему, которые используют этот участок суши в качестве перевалочного пункта.

Наш неразговорчивый, как нам кажется поначалу, спутник всё же решает поделиться некоторой информацией и рассказывает, что его зовут Элиот Холлан и что перед нашей встречей он видел, как Смотрители забрали троих. А ведь проверки будут идти ещё завтра целый день. Среди задержанных в лицо он узнал только Мальту, потому как ни с кем из горожан особо не общается.

Укрывшись в пещере недалеко от берега, мы решаем не разводить костёр, чтобы не рисковать, и ограничиваемся небольшим факелом, который втыкаем в песок. В середине короткого рассказа Элиота мой живот так громко урчит от голода, что на мгновение все погружаются в неловкое молчание, а я, краснея, опускаю взгляд.

Дарен принимается искать припасы в своей сумке, и тут новый знакомый проявляет себя с новой стороны. Он велит нам оставить свою еду, которая ещё наверняка пригодится в дальнем пути, отправляется к лодке, чтобы достать свой заготовленный ужин, и отдаёт нам. Простая печёная картошка вместе с аппетитным обжаренным мясом выглядит изысканным угощением. Исариец оказывается гораздо более приятным мужчиной, чем на первый взгляд.

– Ешьте, я не так давно перекусил, да и в отличие от вас скоро вернусь обратно.

– Спасибо! – благодарю я.

Мне немного стыдно за то, как быстро и без особых сожалений мы с Дареном поглощаем чужой ужин прямо на глазах у владельца. Однако голод сильнее смущения.

– Так что тебя связывает с Мальтой?

Мужчина присаживается на песок, прислоняется к каменной стене и задумчиво почёсывает подбородок, похоже, решая, что стоит рассказывать, а что нет.

– Если вкратце, то я был беспризорником. Слонялся на границе между Исаром и Теялой. Жил то там, то здесь. В до невозможности жаркой летом Теяле приятно находиться в холодный период. С Мальтой мы встретились зимой, когда я едва сводил концы с концами из-за отсутствия работы. Обычно мне удавалось хоть где-то устроиться помощником. В морозы в кузницах особенно хорошо… – почувствовав, что отвлёкся, Элиот встряхивает головой и возвращается к сути. – Мальта нашла и вырастила меня как… сына. Хотя мать мне попалась грубоватая, если вы понимаете, о чём я.

Мы с Дареном дружно киваем. Наверное, любой житель Города сейчас бы согласился, так как все знакомы с тяжёлым характером старой исарийки. Я роюсь в сумке и с радостью обнаруживаю, что Лайла успела положить пирожки с корицей и яблоками, которые я так люблю. Сейчас они едва тёплые и немного помятые, но всё такие же вкусные, а от знакомого запаха сжимается сердце. Я видела Роя и Лайлу всего пару часов назад, но чудится, что прошло уже гораздо больше времени.

Я протягиваю одну булочку Элиоту, вторую Дарену и третью беру себе. На островок обрушивается ливень, яркая молния, пронзившая небо, на мгновение освещает пещеру, и ночь раскалывает раскат грома.

– Когда мне было около шестнадцати лет, Мальта вдруг решила перебраться на Острова, – Элиот продолжает рассказ, с удовольствием откусив разом большую часть пирожка. – Прямо-таки ни с того ни сего. Но она мне, как и любому другому, что-либо объяснять не любит. Так мы тут и оказались. Остальное вам знать и смысла нет. Ничего интересного в нашей жизни не было. Но впервые за все эти годы она пришла ко мне с просьбой отвезти вас. Никогда ни о чём не просила, а тут вдруг…

Капитан лодки, внимательно рассматривая нас, доедает булочку. Ему наверняка не даёт покоя мысль, что же в нас такого особенного, раз Мальта вдруг повела себя необычно.

– Вы, детишки, действительно собрались в Илос? В эту пустыню?

– Мальта тебе всё рассказала? – вопросом на вопрос отвечает Дарен.

Элиот громко фыркает, закатывая глаза.

– Скорее поставила перед фактом, где мне вас высадить. Раскрывать свои причины она не любит, а если и начинает, то лучше бы и не говорила ничего. Только всё усложняет, превращая простое задание в головоломку.

– Ты часто путешествуешь? – меняю я тему.

– Бывает.

– Что ты знаешь об Илосе?

– Ты спрашиваешь о стране или о Первом с Даром Тьмы?

– О стране.

– Скорее всего, не больше других. Все слухи перемешаны с байками да сказками, – мужчина задумчиво скребёт подбородок.

– И всё же. Может, путешествуя, ты слышал больше, чем мы.

– Ну… если верить рассказам, то в стране всего несколько крупных городов, а остальные поселения, расположенные в оазисах, совсем маленькие. Хотя дома там возводят прочные, из камня и песка. А ещё поговаривают, что только самим илосийцам известны истинные размеры их городов. Вы же слышали сказки, что часть их столицы прячется под песком?

– Ага, – моментально соглашается Дарен.

– Тогда вы понимаете: илосийцы явно не в себе. Разве что такие, как они, могут разобраться, что же в рассказах правда, а что ложь. Вроде взглянешь на их пустыню, а там даже растительности не видать. Однако тамошние жители никогда не страдали от бедности. Безжизненная на первый взгляд территория полна залежей золота, меди, кварца и платины.

– Платина? – переспрашиваю я.

– Да, это как золото, только серебряное.

– То есть серебро?

– Нет, неразумное ты дитя, – разочарованно шикает на меня Элиот, – платина – благородный метал и встречается реже, чем золото. Её немного также добывают в Исаре и называют «металлом короля». На всём Континенте самой дорогой монетой считается золотая. – Мы с Дареном активно киваем, поддерживая его слова. – Но только не в Исаре, – продолжает рыбак, довольный нашим безоговорочным согласием. – Там в обращении ограниченное количество платиновых монет – ларит, – которые изначально были лишь у потомков Исара. Один такой ларит способен прокормить обычного человека целый год, но если он попадает в руки аристократии, то те предпочитают сделать себе хоть небольшое, да украшение.

Считают, что «металл королей» приносит удачу.

– Это всё хорошо, но ты рассказывал про Илос, – напоминаю я, затем откладываю сумку в сторону и подбираю под себя ноги, пытаясь устроиться поудобнее.

– Ах да, Илос. Что у них там? Один бродяга убеждал меня, что он путешественник. Уверял, что побывал даже в глубине пустыни и выжил. Я угостил его ужином, а он рассказал мне об озере, что нашёл в одном из оазисов. Говорил, странным было то озеро, тёмное и глубокое, но хуже всего оказался вкус воды. Невыносимо солёная, хуже, чем морская! А ещё нет у озера того ни притоков, ни оттоков, прямо из ниоткуда появилось.

Под конец речи капитан лодки шепчет заговорщически, в точности как Мальта, когда рассказывает детям страшные сказки, сидя на площади.

– Ты нас за пятилетних, что ли, держишь? – оскорблённо приподнимает бровь Дарен. – Про солёное озеро многие слышали. Илосийцы там соль добывают, а питают его подземные источники, как и большинство водоёмов в пустыне.

– Да уж, скукота с вами, – разочарованно отмахивается Элиот, возвращаясь к обычному тону.

– Расскажи про Паргаду, про илосийцев и Калануа, – прошу я.

– Пф-ф… спросила бы что попроще, девочка. Про это вообще мало что известно. Все истории бросаются из крайности в крайность. Одни говорят, что илосийцы дружелюбные и отзывчивые, другие – что они скорые на кровавую расправу дикари. О самих Калануа ходят слухи, что они жестоки и никому ничего не прощают. Однако стоит у таких рассказчиков спросить, как выглядит принц Даян или принцесса Айла, так никто не знает. Самая распространённая сплетня, что у королевских отпрысков свита состоит всего из троих человек, и те им то ли семья, то ли любовники. А домашние животные у потомков Илоса то ли демоны, то ли живые тени.

Чем больше он тараторит, тем больше сомнений отражается на наших с Дареном лицах. Мужчина хмыкает, замечая наш скептицизм, и согласно кивает:

– Говорю же, ничего точно не известно.

Какое-то время Элиот следит, как мы доедаем его ужин и булочки, но, не найдя ничего подозрительного, закутывается в плащ из плотной материи и прикрывает глаза.

– Как закончите, ложитесь спать. Встанем с рассветом и отправимся на Континент. Я высажу вас у Теневого залива на территории Илоса.

От его слов я чувствую, как взволнованно и быстро бьётся сердце, а по спине пробегает дрожь. Однако страха нет, лишь предвкушение. Жизнь сама подталкивает меня в нужном направлении, в сторону которого я так долго не решалась сделать шаг. Совсем скоро я наконец смогу узнать, кто же я.

* * *

– Мама с папой сказали, что даже после того, как они умрут, мы все должны держаться вместе, – заговорщически шепчет девушка с разноцветными глазами, будто она подслушала что-то недозволенное.

– Кто «мы»?

– Семья, конечно же, – улыбается она и откидывает непослушную прядь тёмных волос за плечо. – Также они велели подождать до совершеннолетия, и только потом можно будет всем рассказать! А ещё… ещё я слышала, как мама заявляла, что знает, кто забрал огонь Теялы.

Я напряжённо подаюсь вперёд, опираясь руками на металлический умывальник.

– Об этом нельзя говорить, – хмурится она. – Но с тобой я не могу не поделиться. Это был… – девушка резко оборачивается, заслышав шум. Словно за пределами рамы с той стороны что-то происходит, что-то, что я не могу видеть.

– Кто? – не выдерживая ожидания, спрашиваю я.

Я наконец чувствую холод от умывальника и бросаю взгляд вниз на свои руки. Только теперь мне становится понятно, что я снова стою перед зеркалом и со мной говорит моё отражение. По спине пробегает холодок, когда девушка, находящаяся по ту сторону стекла, поворачивается обратно ко мне, но в этот раз улыбается по-доброму. Словно мы друзья, и нет ничего странного в общении с отражением.

– Не поверишь, но это был…

Я просыпаюсь от того, что Дарен трясёт меня за плечо. Так резко выныриваю из сна, что мне требуется несколько секунд, чтобы вспомнить, где мы и почему я лежу на холодном песке, который забился в волосы. Я бросаю затравленный взгляд на выход из пещеры: ещё достаточно темно, но по едва светлеющему небу ясно, что скоро встанет солнце.

Буря утихла, и о ней напоминают лишь влажность и запах дождя в воздухе. Я трясу головой, пытаясь избавиться от липкого страха, который вытащила за собой из сна. Это всё истории Мальты виноваты! Наслушалась легенд и теперь даже во сне об этом думаю. Оглядевшись вокруг, я вспоминаю о том, что произошло вчера и что нам ещё предстоит. Мне немного холодно из-за влажной ткани мантии, покрытой каплями ночной росы.

– Элиот готовит лодку, – отвечает на мой немой вопрос Дарен, пока я верчу головой по сторонам в поисках рыбака.

Друг протягивает мне руку, чтобы помочь подняться. Я ухватываюсь за его раскрытую ладонь, и кахари с лёгкостью отрывает меня от земли, внезапно близко придвигаясь к моему лицу. Слишком близко. Чувствуя его тёплое дыхание на своей коже, я не могу оторвать взгляд от Дарена, который, в свою очередь, внимательно рассматривает меня. Кажется, вид у меня неважный, раз он сводит брови.

– Ойро, у тебя с глазом всё в порядке? Странно, но он кажется светлее, чем раньше. Давай подойдём к свету…

На меня будто выливают ведро холодной воды. Я резко вырываю руку, чтобы закрыть левый глаз, и так же резко опускаю голову, позволяя тёмным волосам прикрыть лицо.

Дура! Совсем забыла про этот чёртов глаз. И дня не прошло, а уже всем решила показать свой изъян.

Я прикусываю язык от злости на саму себя и стараюсь придумать правдоподобное объяснение.

– Всё в порядке!

Слишком нервно вышло.

– Просто немного болит, у меня как раз в сумке лекарство, которое нужно капать каждый день, – добавляю я уже мягче, стараясь придать лицу как можно более безразличное выражение.

Забрав свои вещи, отхожу подальше, чтобы найти настойку. Лайла сказала, что положила её. После нескольких секунд поисков я с трудом сдерживаю вздох облегчения, когда пальцы натыкаются на знакомую бутылочку. Дарен всё это время ждёт, задумчиво наблюдая за моими действиями. Капнув лекарство, я считаю до тридцати – обычно столько времени требуется, чтобы глаз поменял цвет. Под рукой, к сожалению, нет даже маленького зеркала, чтобы удостовериться, что настойка сработала.

– Ну как? Нормально выглядит? – Мы вдвоём выходим из пещеры наружу, и я поворачиваюсь к другу, стараясь казаться беспечной.

– Да, как обычно, – улыбаясь в ответ, Дарен пожимает плечами, и мы направляемся к лодке.

Всё утро и день мы проводим в открытом море. К счастью, Элиоту удаётся поймать сильный ветер, который помогает нам быстро двигаться в направлении Континента. Вначале наш новый знакомый переживает, что большое парусное судно Смотрителей может нас нагнать, если они слишком рано закончат проверять жителей Островов, но благодаря поднявшемуся бризу наш отрыв становится всё значительнее.

Чтобы хоть как-то сгладить напряжение, я подшучиваю над Дареном, когда от качки его лицо сперва покрывается красными пятнами, а потом приобретает землистый оттенок. Но всё заканчивается тем, что кахари свешивается за борт и глубоко вдыхает, стараясь унять неприятное чувство в желудке и не расстаться с завтраком, и без того скромным, состоявшим из одних фруктов. Я сижу рядом с другом и успокаивающе поглаживаю его по спине.

Ближе к вечеру, когда солнце почти касается горизонта, мы замечаем вдалеке берег. Нашему взору медленно открывается Теневой залив. Я уже бывала с Лайлой и Роем на Континенте, но лишь один раз четыре года назад. Тогда мы не уходили далеко от пристани и задержались всего на два дня, так что помню я мало.

Залив выглядит неестественно ровным. Даже столетия не смогли сгладить края впадины, оставшейся после падения Звезды. Они состоят из высоких отвесных утёсов, и лишь восточная сторона, к которой мы сейчас приближаемся, открыта. Именно в этой части Континент раскололся и отошёл, превратив ровный кратер, образовавшийся от удара, в полумесяц. И именно через восточную сторону хлынула морская вода, превратив в бухту место крушения.

В залив никто не ходит, там нет портов или пляжей. Нет ни одного хоть немного пологого склона, только утёсы да скалы. Люди верят, что это проклятое место. К северу от заполненной водой впадины простирается Теяла, а на южной стороне – Илос. Поэтому прямо рядом с устьем выстроены два порта, но каждый из них принадлежит разным странам.

Мы на всех парусах мчимся на юго-запад, глядя на приближающийся берег, как вдруг наша лодка, не сбавляя хода, резко поворачивает направо, меняя курс в сторону Теялы. Судно опасно кренится, и мы с Дареном с трудом успеваем ухватиться за противоположный борт.

– Что происходит? Что ты делаешь?! – Я смотрю на капитана, стараясь перекричать плеск волн.

– Мы не сможем причалить к Илосу! – громко отвечает Элиот, чтобы я услышала. – Сама посмотри!

Мужчина передаёт мне небольшую подзорную трубу. Я вытягиваю её и, стараясь сохранять равновесие, кидаю взгляд в направлении родной страны. Порт едва различим, а вот корабли видно чётко. Пять… нет, семь парусников Каидана. Два из них принадлежат Смотрителям. Я с недоумением и примесью страха рассматриваю солнечные флаги, развевающиеся на мачтах. Символ Смотрителей – чёрное солнце на золотом фоне, как и на плащах. Остальные знамёна красного цвета с золотым диском по центру. Возможно, они принадлежат торговым судам, но что-то подсказывает, что мы столкнулись с военными.

– Что там? – отвлекает меня от зрелища Дарен, и я молча передаю ему трубу, чтобы он сам посмотрел. Парень прикладывает её к глазу и почти сразу крепко ругается. – Корабли похожи на военные. Видать, на Континенте что-то неладно.

Я киваю, хотя друг не замечает.

– Согласен, поэтому будем держаться от них подальше и правим к правому берегу. В порт Теялы, – отвечает Элиот.

Хоть мы и сворачиваем, но я ещё долго, хмурясь, смотрю в сторону заблокированной чужими парусниками гавани Илоса. Внутри меня, словно кислота, растекается неприятное чувство.

Когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, мы причаливаем к порту небольшого городка Теялы. Сойдя на берег, втроём отправляемся в ближайший постоялый двор. После почти бессонной ночи нам нужен отдых и сведения. Я, как и все мы, хочу знать, что творится в Илосе и почему корабли Каидана надёжно блокируют гавань другой страны. Данная ситуация больше похожа на угрозу или даже на прямое нападение, чего открыто не делали ни разу после окончания Чёрной Зимы.

Несмотря на подступающие сумерки, вечерний воздух пока ещё тёплый, а волосы треплет свежий солёный бриз с моря. Я не знаю, как называется этот теялийский городок, но его улочки выглядят очень аккуратными и чистыми. Как и у нас в Городе, самые крупные дороги выложены камнем, а маленькие – просто утрамбованный песок. Все дома одноэтажные, с покатыми соломенными или черепичными крышами, которые выходят за пределы стен и имеют интересный изгиб по краям вверх. Благодаря тёплому климату стены зданий в основном деревянные, а двери и окна представляют собой деревянные панели с красивейшей резьбой, в которой часто угадываются цветочные мотивы. С другой стороны панели заклеены непрозрачной, плотной бумагой, не позволяющей увидеть внутреннее убранство и хозяев. Жители уже зажигают свечи в домах и специальных фонарях снаружи. Благодаря тёплому жёлтому свету улочки городка кажутся ещё уютнее.

Лайла часто упоминала, что главные запахи её родной страны – это морская соль и ароматы цветов. Она говорила, что в Теяле круглый год распускаются то одни, то другие цветы. И сейчас я замечаю клумбу с космеей, а справа виднеется целое поле, усыпанное бледно-лиловыми растениями.

– Думаю, эта таверна нам подойдёт, тут можно и на ночь остаться, – произносит Дарен, указывая на ближайшее строение, и стягивает лёгкий платок, которым до этого закрывал половину лица.

Мы сворачиваем к указанному зданию, проходим ворота и сначала попадаем в небольшой зелёный сад, в центре которого стоит одна большая вечнозелёная сосна. Я с восхищением отмечаю, что дерево выше самого дома. Толстый ствол причудливо искривлён, а ветви раскинуты в разные стороны, создавая тем самым игольчатый навес. Свежий аромат невольно заставляет втягивать носом воздух и снимает сонливость. Обогнув садик по специально выложенным камням, мы проходим дальше в первое помещение, которое, судя по шуму и какофонии голосов, является таверной.

Капитан оплачивает две комнаты на постоялом дворе: одну для меня, а вторую для них с Дареном. Но сначала решаем поужинать, так как желудки сводит от голода не первый час. Оказавшись в таверне, мы видим, что почти все столы уже заняты посетителями, и лишь чудом находим один свободный в углу.

– Как же я ненавижу этот обычай, – ворчит Элиот, усаживаясь на пол и поджимая под себя ноги. – Теялийцы – потрясающий народ, вести с ними дела так вообще одно удовольствие. Но почему они так не любят стулья?

Мы с Дареном с трудом сдерживаем смешки, глядя на то, как мужчина пытается устроиться поудобнее. Мы же с лёгкостью опускаемся на циновки, потому что немало времени провели в юности с Лайлой, которая угощала нас чаем и рассказывала о культуре своей родной страны.

Здесь принято сидеть и спать на полу, а в самые жаркие летние дни нет ничего приятнее, чем распахнуть окна, нежась на прохладной поверхности. В холодный же период уникальная система обогрева домов отапливает пространство под полом, поэтому и спать на нём теплее всего. Я непроизвольно улыбаюсь своим мыслям, вспоминая истории приёмной матери.

– Тебе, парень, лучше оставить свой капюшон, – Элиот останавливает Дарена, который собирается последовать моему примеру и снять накидку. – Скорее всего, опасности здесь для вас нет, но ты всё-таки особенный, – понизив голос, капитан делает ударение на последнем слове.

– Логично, – друг едва заметно кивает и возвращает капюшон на место.

К нашему столику подходит молодая худенькая теялийка с тёмно-карими раскосыми глазами, доброжелательной улыбкой и чёрными волосами, стянутыми в высокий пучок. Приняв заказ в виде трёх порций куриного супа, тёплого хлеба и рисового вина, она почти сразу же исчезает. Я только и успеваю заметить миниатюрную фигурку, которая ловко проскальзывает мимо столов и посетителей. Странно, но после того количества историй, которые я годами слушала от Лайлы о Теяле, здесь я чувствую себя практически как дома. Всё кажется знакомым и уютным. Или, может, обилие зелени и цветочный аромат в воздухе действуют так успокаивающе?

– Ночлег мы нашли, но как нам теперь выведать информацию? – тихо шепчу я собеседникам, собирая волосы в свободный пучок на голове.

Некоторые посетители с любопытством поглядывают на нашу разношёрстную компанию. Их можно понять. Не так часто встретишь за одним столом исарийца, илосийку и странного типа в капюшоне, да ещё и на постоялом дворе в Теяле…

После моего вопроса Элиот, расплывается в хитрой ухмылке.

– Как я уже сказал, теялийцы – замечательные, но есть у них одна черта… – мужчина делает паузу, наслаждаясь тем, как мы с Дареном слегка наклоняемся вперёд, ожидая продолжения, – они очень любопытные.

Возможно, он хотел произвести этими словами какой-то неожиданный эффект, но мы просто продолжаем недоумённо смотреть на капитана. Рядом появляется всё та же девушка и ставит перед нами дымящиеся тарелки с супом. Также на столе появляется рис, свежий хлеб и заказанное рисовое вино. Втянув носом аппетитный запах, я чувствую, как внутри отзывается болью пустой желудок. Десять минут мы в молчании утоляем голод, и даже сдержанный Элиот громко прихлёбывает бульон, позабыв на время тему разговора. Когда тарелки пустеют больше чем на половину, исариец со вздохом разливает нам алкоголь по маленьким пиалам и залпом выпивает свою порцию.

– Всё вам, малышня, показывать надо!

Затем Элиот резко хлопает ладонью по столу, отчего приборы жалобно звякают, а я подскакиваю от неожиданности. Мужчина открывает рот и, втянув побольше воздуха, начинает говорить настолько громко, что и другие посетители без труда слышат его слова:

– Стоило пробыть на Островах всего неделю, как корабли Каидана уже толпятся в порту Илоса! Вы же, ребята, тоже видели! Тесно, аж не протолкнуться!

Он, похоже, свихнулся. Я смотрю на него округлившимися глазами, подавая едва заметные знаки сбавить тон. Игнорируя меня, Элиот продолжает причитать, а большинство посетителей теперь вовсю поглядывает в нашу сторону. Я смущённо кошусь на соседние столики, а Дарен, сложив руки на груди, с интересом наблюдает за исарийцем. Посетители таверны шёпотом принимаются обсуждать новую информацию, услышанную от чужаков. От всеобщего внимания мне хочется вжаться в стену, к которой мы с Дареном сидим спиной. Капитан, притворяясь, что не замечает пристальных взглядов, продолжает ещё активнее жаловаться, подливая себе алкоголь:

– У нас на продажу материал и мясо! Клиент требовал привезти их сегодня вечером, а мы из-за каиданцев пришвартоваться не смогли! Когда же они уплывут?! Ладно ткани, но с мясом-то что делать?! Пропадает товар!

Мужчина вновь выпивает залпом рисовое вино и шумно ставит керамическую пиалу на стол.

– Не повезло тебе, друг, – неожиданно раздаётся хриплый голос из-за соседнего столика. Пожилой и уже нетрезвый теялиец, вероятно, решает поддержать разговор. – Я слышал, что они планируют там стоять ещё двое суток.

На мгновение я улавливаю, как поднимаются уголки губ капитана, прежде чем он возвращает расстроенное выражение лица и поворачивается к новому собеседнику, довольный, что уловка сработала.

– Кто-нибудь знает, что там происходит? Мы видели несколько военных кораблей. Странно, что илосийцы их так просто пустили к своим берегам, – Элиот заговорщически понижает голос, как будто это он делится с ними тайной, а не они с нами.

Дарен закатывает глаза, наблюдая за тем, с какой лёгкостью наш новый знакомый меняет маски. Скорее всего, он действительно умелый торговец, знающий, как заболтать и продать побольше.

– Не знаю, но это точно не к добру! – старик качает головой.

– Неужели война? – ахает какая-то женщина.

– Не будет войны, иначе нам всем придётся в неё ввязаться, – раздаётся другой мужской голос.

Всё больше людей присоединяется к обсуждению.

– Точно! Илос и Каидан находятся на разных концах Континента. Если они начнут что-то делить, то достанется в первую очередь нам и Исару.

– Если бы намечалась война, то король Юн отменил бы торжества по случаю конца Чёрной Зимы.

– Верно! Праздник же совсем скоро!

– Именно! Сейчас все съезжаются в Астару ради этого!

Со всех сторон, перебивая друг друга, раздаются то мужские, то женские голоса. Мы едва успеваем переваривать новую информацию.

– До меня дошли абсолютно неслыханные новости, – встревает одна из женщин. Присутствующие сразу же оборачивается к ней. Не ожидавшая всеобщего внимания рассказчица испуганно озирается по сторонам, то открывая, то снова закрывая рот, словно не в состоянии решить, можно ли озвучивать вслух свои мысли. – Я недавно пришла из Астары. Там всё спокойно, город готовится к празднику. Поэтому везде очень много путников из других мест, в том числе из Каидана. Они как напьются, так начинают болтать всякое.

Все затихают в ожидании продолжения.

– Не знаю, откуда пошли слухи, да и вообще они похожи на выдумку. Но мой брат, сидя в таверне, говорил с двумя подвыпившими моряками из Каидана. Те рассказали, что их король хочет снова стереть все границы и объединить Континент в одну страну, – женщина говорит всё быстрее, делая короткие паузы между словами. Кажется, что если она остановится, то у неё просто не хватит решимости закончить рассказ. – И для начала он выбрал лёгкий путь. Не войной пойти, а устроить свадьбу! И невестой для одного из двух его сыновей станет принцесса Айла Калануа.

В помещении на какое-то время воцаряется тишина, которая почти осязаемо повисает в таверне тяжёлым грузом, а моё сердцебиение грохотом отдаётся в ушах от этой новости. Я вместе с остальными посетителями ошарашенно смотрю на женщину.

Молчание внезапно прерывается, и все начинают говорить одновременно, обсуждая полученную информацию, от волнения перебивая друг друга. Я сжимаю в руке ложку, пытаясь собрать свои путающиеся мысли воедино. Хоть я и не помню Илоса, но всегда думала об этой стране как о родной. И теперь, узнав, что нашу принцессу хотят забрать, внутри штормовой волной поднимается недовольство. Подобная ситуация в состоянии послужить причиной для войны, а мои родные могут пострадать. Если у меня есть родные. Не успела я почувствовать воодушевление от вероятной скорой встречи, как всё может закончиться, даже не успев начаться. И если так, то, возможно, я никогда не смогу узнать свою настоящую фамилию и ответ на вопрос, существует ли хоть кто-нибудь, кто ждёт и надеется на моё возвращение.

Чувствую странный спазм, и лёгкие сдавливает, будто кто-то ногой наступил на грудь. Мне становится тяжело дышать, я хочу глотнуть воздуха, но лёгкие не раскрываются, я словно опять стою перед той чёрной стеной, и достаточно сделать всего один шаг…

– Да он выжил из ума! Принц Даян её не отдаст просто так! – возмущается кто-то.

Дарен, заметив моё выражение лица, накрывает своей тёплой ладонью мою руку. Я выныриваю из собственных мыслей, как из-под толщи воды, и снова начинаю слышать громкие голоса ругающихся между собой посетителей таверны.

– Да глупости это! Наверное, твой брат что-то неправильно понял! Или те каиданцы выдумали какую-то чушь! – обращается к женщине другая пожилая теялийка.

– Правильно! Каидан первый кричал о законе про запрет браков, а теперь решил, когда ему удобно, что под венец можно! – Накал страстей постепенно стихает, но люди всё равно активно продолжают обсуждать странный слух, недовольно стуча пиалами из-под алкоголя по деревянным столешницам.

– А если они не смогут получить принцессу Айлу, то останется только наша принцесса Суа. Ни у кого из монархов четырёх королевств больше нет дочерей, – беспокоится старик, который первым начал разговор с Элиотом. Среди теялийцев волной прокатывается тревога, они принимаются шептаться и спорить.

– Разве между ними возможен брак? Всё же их предки были кровными родственниками, – Дарен поворачивается ко мне и капитану.

– Возможен, – кивает исариец. – В этом году празднуют 1112-й год с момента окончания Чёрной Зимы. С тех времён сменилось множество поколений, так что общей крови в королях и капли нет, даже внешне они друг на друга давно не похожи. Объединяют их лишь Дары от самих Первых.

Мы напряжённо умолкаем, пытаясь закончить остывший ужин. Теперь я не только физически, но и морально измотана переживаниями. Завтра мы разделимся. Нам с Дареном предстоит путь на несколько дней длиннее и, скорее всего, опаснее, чем предполагалось. Предстоит попасть из Теялы в Илос, тогда как изначальный план был сразу высадиться на берег моей родной страны.

Покончив с едой, мы расходимся по своим комнатам. Меня так сильно одолевает усталость, что хватает сил лишь умыться, переодеться во что-нибудь лёгкое и лечь спать. Едва моя голова касается подушки, я тут же проваливаюсь в темноту.

<< | >>
Источник: Лия Арден. Золото в тёмной ночи. 2020

Еще по теме Глава 6:

  1. Глава 11
  2. Глава 6
  3. Глава 3
  4. Глава 1
  5. Глава 2
  6. Глава 4
  7. Глава 5
  8. Глава 7
  9. Глава 8
  10. Глава 9
  11. Глава 10
  12. Глава 12
  13. Глава 13
  14. ГЛАВА 2.
  15. Глава восьмая, в которой анализируется соответствие трат и жизненных приоритетов
  16. ГЛАВА 1. ВВЕДЕНИЕ
  17. Глава 8 Расследование
  18. Глава 13 За знакомство