<<
>>

25

Собранное Романенко досье вызывало серьезный интерес, однако содержало такой объем фактических данных, что, когда компьютер наконец-то закончил его закачку, Тороп не нашел в себе достаточно сил, чтобы насладиться чтением в полной мере.

Тем не менее он засыпал, глядя на сложные диаграммы, и они начали сменять друг друга на черной стене первой фазы его сна. Крупицы информации собирались воедино, складываясь в относительно связный рассказ.

Все началось в 1997 году с Долли, первого целиком клонированного животного, и с первого постановления ООН о защите генома человека. На рубеже столетий целая группа поправок привела к серьезному ограничению научных исследований в этой области научного знания. Эти законы составили костяк Осакской хартии — соглашения между странами — членами ООН, которое запрещало производство и обращение «живых продуктов», не соответствующих нормам этики. Под запрет попали также новые галлюциногенные молекулярные составы. В основу их производства легли технологии по выращиванию генно-модифицированных вирусов, кардинально перестраивающих некоторые конструкции нейронных связей в мозгу.

Судя по всему, Мари перевозила внутри себя «запрещенный продукт животного происхождения», созданный гением доктора Хатэвэя по поручению сибирской ветви мафии, которой руководил Горский. Наверняка это какое-нибудь животное-мутант, модифицированные гены которого могли в промышленных масштабах генерировать наркотическое вещество нового типа, или вирус, или все сразу, или бог знает что еще. Богатые клиенты где-то в Квебеке ждали окончательной поставки товара. Клиенты, принадлежащие к Ноэлитской церкви. Торопу и его команде было поручено присмотреть за девушкой в течение целого триместра — очевидно, до даты родов, после чего она перейдет под надзор местной подпольной медицинской бригады, вплоть до передачи детенышей-«анимутантов» заказчику.

Горский годами обкатывал прием с суррогатными матерями. Для него было детской игрой превратить одну из своих обычных сотрудниц в «живой чемодан», содержащий слегка специфичный груз. Мари Зорн провела в России около года, прежде чем попала в эту историю. Она знала Квебек, поскольку родилась здесь. Она оказалась идеальной кандидаткой на роль суррогатной матери, только и всего.

На рубеже тысячелетий доктор Уолш-Хатэвэй разработал генно-модифицированные организмы и рассчитывал оформить соответствующий патент, чтобы получать лицензионные сборы от их производства в промышленных масштабах. Однако его предприятие попало под санкции, исследования подверглись запрету, а лаборатория пошла под снос. Не нужно было долго раскидывать мозгами, чтобы предположить: таланты доктора, помноженные на технический прогресс последнего десятилетия (квантовые наночипы на кремниевой основе), позволили достичь ему незаурядного мастерства в конструировании полиморфных животных-мутантов, обладающих удивительными способностями. В статье из журнала «Ланцет», датированной сентябрем 2002 года, сообщалось о «невероятной неозоологии доктора Хатэвэя». Ходили слухи, что военно-воздушные силы США чрезвычайно заинтересовались способностями его хищных птиц, умеющих ориентироваться в пространстве с помощью радиолокации и, в придачу к своим «природным» органам, снабженных мушиными глазами, которые могли поворачиваться на триста шестьдесят градусов. Однако недостаток чувства такта и отсутствие политического чутья в конце концов привели к тому, что доктор был исключен из Университета Торонто и предстал перед судом. В то время он совершенно открыто руководил серией опытов на млекопитающих — обезьянах, дельфинах, сумчатых, кошках и собаках. Более того, Хатэвэй не скрывал своего намерения в самом ближайшем будущем перейти к опытам на людях, следуя примеру доктора Сидса,[92] который незадолго до него заявил то же самое относительно клонирования. На Хатэвэя накинулась сотня различных неправительственных организаций.

Они предъявили ему гражданский иск и довели дело до суда. Широкой общественности представили Спрингстина — немецкую овчарку со втягивающимися когтями и шкурой выдры, способную длительное время не дышать, а также дельфина по кличке Тальбот, к неокортексу которого были добавлены дополнительные извилины. Это позволяло ему напрямую обмениваться данными с новейшим компьютером «Black-Blue Cray-IBM» и успешно играть с ним в шахматы. Это не только произвело сенсацию, но и ухудшило положение ученого на судебном процессе. То, что он называл достижениями науки, истцы, представляющие ассоциации борцов за права животных, провозгласили бесчеловечной гнусностью. Защитники природы продемонстрировали пиратский фильм, в котором доказывалось, что работа с генами в лаборатории Хатэвэя привела к гибели определенного количества животных. В ответ доктор холодно сказал: «Иногда случается, что некоторые опыты завершаются провалом. Цена, которую мы заплатили за успех, оказалась наименьшей во всей Северной Америке. Мне не приходится краснеть от стыда за эти кадры». Неправительственные организации выиграли дело, представив суду in vivo[93] маленькую Руну — дегенеративного, уродливого отпрыска четы шимпанзе, подвергшегося генетической модификации в лаборатории Хатэвэя.

Образы различных монстров доктора Хатэвэя — мертвых или живых, реальных или воображаемых — заполонили сознание спящего Торопа, когда раннее утро уже бросало в комнату через окна первые лучи серо-сиреневого света.

* * *

Экран мерцал, меняя оттенки от бирюзового до зеленого — цвет изумруда, постепенно рассеивающийся в пространстве. Доктор Хатэвэй едва сумел подавить зевок от скуки. Как правило, машине требовалось не меньше минуты, чтобы стабилизировать изображение. Ведь это был всего лишь опытный образец — роскошный и абсолютно никчемный.

Затем фигура обрела ясные очертания и без лишних слов сразу бросилась в атаку.

— Мой личный астролог выразился совершенно категорично, доктор. С текущей операцией связаны чрезвычайно плохие предзнаменования.

Конечно, нужно, чтобы мой врач тоже разделял это мнение, но и его прогнозы далеки от положительных вариантов. Судя по всему, это будет чудо, если мы решим продолжить цикл развития.

Изображение говорящей женщины было голограммой. Это виртуальное создание, окрашенное в бирюзовые тона, шевелилось под П-образным порталом для передачи сигнала у подножия их хромированной пирамиды с фотонными фотоэлементами.

Доктор Хатэвэй глухо заворчал. При первом же взгляде на портал и пирамиду он вспоминал о том, как эта женщина и ее помощники, если можно так выразиться, принудили его согласиться на эти роскошные устройства и установить их в лишенной окон комнате на его личном этаже. «Так общаются и обмениваются информацией у нас, в высших сферах», — сказали они. Доктор Хатэвэй знал, что эта вульгарная технология передачи трехмерного оптического сигнала, разработанная НАСА, стоила бешеных денег. Впрочем, ему также было прекрасно известно, что женщина и ее подручные охотно пользовались ею с целью произвести впечатление на простофиль.

Женщина, находящаяся за двадцать тысяч километров отсюда, напоминала своей прической старую деву. Доктор Хатэвэй на мгновение попытался представить собеседницу во плоти, но так и не смог сформировать никакого четкого образа. Трехмерные изображения или кадры видеочата составляли единственные доступные восприятию фрагменты реальности, от которых он мог отталкиваться.

— Как я вам уже сказала, в случае, если подобное чудо произойдет, ответственность за дальнейшее осуществление операции полностью возьмет на себя моя собственная служба безопасности. Таким образом, мы наполовину сокращаем время сопровождения объекта. Излишне говорить о том, что предстоящие выплаты будут урезаны в той же пропорции. Не стану скрывать: наши люди уже некоторое время следят за малейшими движениями вашей собственной команды и теми, кому ваши друзья поручили защищать эту группу и сопровождать ее на расстоянии. Теперь я предпочитаю опережать ход событий. Для этого мы в несколько раз ужесточили меры предосторожности. После попытки, предпринятой в феврале этого года, после потери нашего самолета, я больше не доверяю ничему и никому.

Доктор Хатэвэй ничего не ответил: как обычно, голографическое изображение женщины не дало ему на это времени. Своим холодным, лишенным всякого выражения голосом она продолжила ронять слова, говоря по-английски, как заведенная машина:

— В целом, мы крайне разочарованы тем, какой оборот принимают события. Вам это прекрасно известно. Это чрезвычайно деликатная операция, но при ее осуществлении совершено очень много ошибок. Надеюсь, вы понимаете: если мы вынуждены будем досрочно завершить нынешние испытания, условия нашего контракта — как в целом, так и в том, что касается отдельных деталей, — придется изменить. Кроме того, хочу сообщить, что мы со своей стороны рассматриваем варианты замены вашей кандидатуры. Несмотря на выдающиеся таланты, вы — не единственное предложение на рынке, доктор.

Доктор Хатэвэй снова ничего не ответил и только вздохнул.

— Как ученому, вам, конечно, известно, что неудачи всегда подлежат тщательному изучению. Поэтому я критикую вас не больше, чем вы того заслуживаете. У вас есть все необходимые ресурсы. Проследите за тем, чтобы следующая транспортировка прошла в идеальных условиях. Что же касается текущей операции, при первой же возможности я пришлю вам диагноз, поставленный моим врачом. А также заключение моих юристов и менеджеров по финансам. Я свяжусь с вами через несколько дней.

И изображение медленно рассеялось с ледяным шипением, шаг за шагом теряя четкость. Портал заполнило зеленоватое свечение, в центре появилась семилучевая звезда, сотканная из лазерных лучей, по поверхности пирамиды побежали металлические всполохи. Женщина и ее подручные использовали весь этот набор спецэффектов, чтобы заставить непосвященного поверить в то, что они общаются с инопланетянами, или что-то подобное. Доктор не сумел удержаться от смеха по поводу исчезнувшего трехмерного изображения и мудреных механизмов, игравших роль декораций.

После чего, ругаясь, покинул маленькую темную комнату.

* * *

Пучок электромагнитных волн, который нес изображение доктора Хатэвэя над океанами до приемного устройства его собеседницы, был частью миллиардов аналогичных пучков электромагнитного излучения, окружавших планету плотным кольцом и курсировавших между вращающимися сферами микроспутников. Защищенный при помощи новейшей кодировальной системы, объем оперативной памяти которой составлял тысячу двадцать четыре мегабайта, он был укрыт от несанкционированного доступа так же хорошо, как душа убежденного кальвиниста закрыта от искушений.

Прежде чем прерваться, электромагнитный сигнал донес до адресата изображение сутулого пожилого человека, одетого в белый халат. Хищный взгляд этого мужчины, казалось, мог сразить наповал любого.

Изображение некоторое время дрожало на экране, прерываемое синими полосами телепомех. А затем окончательно исчезло, уйдя в цифровое небытие мобильных сетей.

На его месте появилась стартовая страница программы, обеспечивающей прием и передачу сигнала. Предметы, стоящие вокруг монитора, озарил яркий свет с чуть заметным фиолетовым оттенком. За пределами светового круга в просторной комнате властвовала темнота, расстилая в пространстве свои мягкие черные драпировки. Свечение монитора позволяло разглядеть письменный стол старинной работы, маленькую карту мира времен французского Просвещения восемнадцатого столетия, серебряную статуэтку ангела, поднимающего вверх семилучевую звезду, и бледное лицо женщины. Ее серебристо-светлые, «платиновые» волосы, стянутые сзади в строгую прическу, мерцали под искусственным светом.

Женщина поднялась с кожаного кресла циклопических размеров и принялась стягивать с себя черный комбинезон, напоминающий неопреновые гидрокостюмы аквалангистов. Под комбинезоном обнаружились футболка от Кельвина Кляйна и плотные черные колготки, поверх которых были надеты короткие сине-кобальтовые штаны-«велосипедки».

Рядом с женщиной материализовалась какая-то фигура. Казалось, будто окружающая тьма вытянула к столу свои щупальца.

— Госпожа, мы должны идти. Нас ждет самолет.

Женщина некоторое время не сводила пристального взгляда с экрана, а затем усталым жестом запустила процедуру выключения компьютера, оставаясь под бдительным оком веб-камеры. Наконец, сняв последний наладонник для управления системой, она повернулась к темной фигуре. Это был настоящий гигант, «латиновикинг» почти двухметрового роста. Металлическое кольцо удерживало его светло-рыжие волосы, собранные в хвост на затылке. Борода тоже была рыжей, кожа матовой, а глаза — темными, как два кофейных зерна. Статуя, облаченная в черную кожаную одежду со стальными эмблемами клана байкеров, которые тихо поблескивали в полутьме.

Женщина не испытывала к нему никаких чувств или неосознанного влечения. Для нее это был просто мужчина. Но она понимала, какой эффект он должен был производить на юных девиц-гетеросексуалок.

Впрочем, гигант действовал на редкость эффективно. С тех пор как она усилила свою службу безопасности этими мотоциклистами и их шефом — настоящей глыбой льда, которая отныне день и ночь следовала за ней по пятам, — дела, кажется, пошли в гору. Теперь она регулярно получала детальные, обстоятельные отчеты. Чуть ранее, прежде чем она вступила в деловые сношения с этим докторишкой из Казахстана, лидер байкеров представил ей аналитическую сводку всей имеющейся информации, где четко, по пунктам описал положение дел. Он не входил в иерархическую структуру Церкви. Его нельзя было сравнивать и с боязливыми сотрудниками Миссии по контролю за соблюдением этических норм, лучше приспособленными шпионить за членами секты (задача, для решения которой изначально и создавалась Миссия), чем выполнять серьезную работу по получению разведданных и обеспечению безопасности контактов с внешним миром.

— Больше не осталось ни малейших сомнений, госпожа Клэйтон-Рошет. Именно «Рок-машины» сбили ваш самолет в феврале текущего года. К делу причастен также Храм логологии. Мы правильно сделали, что взорвали их чертов гидросамолет в заливе Джеймс.

По телу женщины пробежала дрожь, освобождая ее мышцы от нервного напряжения, скопившегося за последние дни.

С конца прошлого века Храм логологии оставался единственным серьезным конкурентом Церкви, которую она основала вместе с другими членами Высшего Венца.

Очевидно, Храм, так же как и противостоящая ему организация, вступил в союз с бандой байкеров, чтобы осуществлять свои грязные делишки. А «Рок-машины» увидели в таком объединении возможность серьезно досадить своим извечным кровным врагам.

Вместо улыбки у молодой женщины затряслась верхняя губа. Руководительница секты подумала, что неплохо было бы однажды спросить у байкера, почему «Рок-машины» и «Ангелы ада» до такой степени ненавидят друг друга. Но она почти сразу поняла всю бессмысленность и глупость подобного вопроса. Это был бесконечный цикл насилия, порожденный вендеттами, мщением и нападениями противоборствующих сторон друг на друга — в отместку за ранее причиненное зло. Так продолжалось уже тридцать лет.

Когда они вдвоем вышли из большого кабинета и двинулись вперед по длинному коридору, у мужчины зазвонил мобильный телефон. Она расслышала лишь несколько коротких слов: Да, Нет, Когда, Кто, Кто, Нет, О'кей, Пока.

После того как она приказала слуге-сомалийцу уложить чемоданы в бронированный «линкольн» и добралась до своей спальни в поисках куртки и саквояжа, раздался второй телефонный звонок и новая серия коротких слов, на этот раз в другом порядке: Да, Да, Нет, Нет, О'кей, О'кей, Спасибо, Пока.

Она быстро натянула куртку «Шанель», схватила сумку «Гермес» из настоящей крокодиловой кожи, гордо висевшую на спинке огромной кровати с балдахином и покрывалом, с изображениями ангелов и херувимов, бросила прощальный взгляд на коллекцию кукл Барби, теснившихся в прихожей, и направилась к двери, где ее ожидал гигант.

Шестым чувством женщина сразу же поняла, что байкер хочет сообщить ей нечто важное.

— Госпожа Клэйтон-Рошет, по прибытии в Сан-Франциско мы усилим меры безопасности.

— Почему? — спросила она, ощущая смутное беспокойство.

— Монреальский капитул[94] в разговоре со мной только что подтвердил, что все канадские «Ангелы» теперь активно поддерживают нас так же, как и, без сомнения, американская конфедерация. «Рок-машинам» осталось недолго, но мы должны удвоить бдительность, потому что медведь становится наиболее опасным, когда понимает, что окружен и обречен.

— Очень хорошо, Рено, — произнесла она, почти не проявив интереса к его словам. — Ну, едем в Дорваль.

— Мы вылетим из Мирабель, госпожа. Есть еще одна новость.

Женщина остановилась в дверях. Колосс оказался всего в нескольких сантиметрах от нее.

— Да?

— Один из наших парней, который добывает сведения в преступном мире, только что передал мне информацию, заставившую меня удвоить меры предосторожности.

— Что это за информация?

Несколько мгновений гигант молча смотрел на нее своими черными глазами. А затем продолжил совершенно спокойно, так что ни один мускул не дрогнул на его лице:

— Он сообщил, что какие-то люди разыскивают Мари Зорн.

<< | >>
Источник: Морис Дантек. ВАВИЛОНСКИЕ МЛАДЕНЦЫ. 2012

Еще по теме 25:

  1. И. К. Беляевский. Коммерческая деятельность, 2008
  2. Введение
  3. Коммерческая деятельность в бизнесе
  4. Понятие и сущность коммерции и коммерческой деятельности
  5. Продавцы и покупатели на рынке товаров
  6. Маркетинг в коммерческой деятельности
  7. Торговля как коммерческий процесс
  8. Роль научно-технического прогресса в коммерции
  9. Социальные аспекты коммерции
  10. Организация хозяйственных и договорных связей в коммерческой деятельности
  11. Понятие хозяйственных связей в коммерческой деятельности
  12. Понятие договора (контракта) и его роль в коммерческих отношениях
  13. Процесс заключения договора: этапы и оформление
  14. Поиск партнера в процессе заключения сделки
  15. Основные экономические и финансовые категории и показатели коммерции
  16. Понятие и формы коммерческого капитала
  17. Финансы в коммерческой деятельности
  18. Оборот товаров, товарные запасы и товарооборачиваемость. Понятие и виды товара
  19. Товарооборот как форма продажи товара покупателю