<<
>>

16

Дом стоял на пересечении улиц Сприн Гроув и Мейплвуд в квартале Утремонт, к западу от горы Ройал. Это была красивая загородная вилла в поствикторианском стиле начала XX века — фасад из красного кирпича и белые колонны перед входом.

Пожилой мужчина, открывший Торопу дверь, был похож на кого угодно, только не на сотрудника секретных служб. Это был лысый толстяк лет пятидесяти, с жизнерадостным круглым лицом, вздернутым кверху носиком, ясными глазками, искрящимися от лукавства. Он принадлежал к тому типу людей, которые за свадебным столом рассказывают непристойные анекдоты, а во время похорон отпускают шуточки, достойные студентов-медиков. Агент Романенко носил костюм в британском стиле, очень хорошего покроя, как будто только что сшитый лондонским портным с Сейвил Роуд.

— Входите, — произнес хозяин дома.

Тороп прошел в просторную гостиную, окна которой выходили на гору Ройал. Там, на склоне холма, он увидел очертания высоких кельтских погребальных крестов — могилы были расположены ярусами.

Мужчина указал гостю на кожаное кресло, одновременно открывая застекленную дверцу шкафа в стиле рококо.

Тороп уселся в чиппендейловское кресло и обвел взглядом комнату. Можно подумать, что ты оказался на развороте журнала «Декорасьон интернасьональ». Все вокруг дышало викторианской Англией 1880–1890-х годов. Каждый предмет мебели, деталь интерьера, безделушка, торшер стоили столько, что этих денег хватило бы на финансирование всей партизанской войны уйгуров.

Тороп на мгновение задался вопросом, как отставной агент ГРУ в Монреале мог выставлять напоказ такую роскошь, но тут же подавил в себе желание размышлять на эту тему.

Мужчина надел старые очки в железной оправе и вынул из шкафа пухлую записную книжку в кожаном переплете.

Потом поднял глаза на Торопа:

— Для вас я — доктор Ньютон.

А вы — доктор Кеплер.

«Ньютон и Кеплер, — подумал Тороп. — Дивная парочка».

— Во время наших контактов мы будем упоминать лицо по имени Мария А.

«Мария А. Просто, хорошо поддается запоминанию, соответствует правилам безопасности».

— Я сейчас создам для вас электронный адрес на имя доктора Кеплера в агентстве, занимающемся приемом платежей по коммерческим векселям. Вы будете работать на дому, руководствуясь указаниями, полученными через Интернет.

Тороп ничего не ответил, но шевельнулся в кресле, показывая, что это его полностью устраивает.

Доктор Ньютон принялся листать старую записную книжку, что-то бормоча. Остановился на какой-то странице и стал тщательно изучать ее.

— Вам повезло, — сказал он, возвращая очки на нос, — у нас есть изделие, которое вам нужно.

Тороп решился вставить слово:

— Изделие?

— Да, армейского производства. Советской армии, разумеется. Чрезвычайно действенный препарат для лечения посттравматической каталепсии.

— Звучит прекрасно.

— Так оно и есть. Единственная проблемка состоит в том, насколько быстро его можно будет получить.

— Каковы сроки?

— Не беспокойтесь. Наш коллега из Казахстана уведомил меня о срочном характере вашей операции. Препарат будет у меня в течение дня.

— Через сколько часов? — не отступал Тороп.

Доктор Ньютон весело взглянул на него:

— Вы не поверите, но я понятия не имею.

— Лекарство должно быть у меня до вечера. А лучше всего до полудня.

— Оно будет у вас до вечера, — произнес Ньютон, закрывая записную книжку и вставая. — Именно так я и понимаю слово «день».

Тороп также встал, но доктор Ньютон остановил его жестом.

— Нет. Вы останетесь здесь. Я вернусь через несколько часов. В холодильнике на кухне есть минеральная вода.

Доктор Ньютон подошел к двери гостиной, отодвинул щеколду и обернулся.

— Если у вас возникнет мысль осмотреть дом, знайте, что любое ваше движение фиксируется…

Он толкнул дверь, шагнул за порог и снова обернулся.

— Да, и еще: полдома заминировано.

Не сдержавшись, Тороп мерзко ухмыльнулся:

— Предупредите меня, если холодильник набит С-4.

— Нет, — сказал доктор Ньютон, усмехнувшись. — Только полочка для виски.

Он вышел и закрыл за собой дверь.

Тороп сделал всего две-три ходки на кухню и обратно, в гостиную и ненадолго почтил своим вниманием туалет, спрашивая себя, дошел ли доктор Ньютон в своих вредных привычках до того, чтобы установить шпионскую видеокамеру и там. «Очевидно, да», — подумал Тороп, отрывая первую порцию туалетной бумаги. Остаток времени он провел в кресле, читая журналы, которые валялись на низком столике. Классический набор. Newsweek, Time, Hour — монреальский бесплатный журнал на английском языке. Номер журнала Yachting, сегодняшний выпуск Gazette. На невысоком комоде в викторианском стиле Тороп обнаружил множество журналов, посвященных высокотехнологичным новинкам, и несколько экземпляров Scientific American и Nature.

Тороп был готов биться об заклад, что помимо видеокамер и мин-ловушек дом нашпигован системами электронного подавления сигналов, заглушающими вражеские устройства слежения.

Пожилой джентльмен выглядел странно. Он был прямой противоположностью тому, что Тороп представлял себе перед встречей. И хотя в его лице действительно было что-то неуловимо славянское, он безупречно говорил по-французски с легким английским акцентом, который выглядел совершенно естественно. Все в нем указывало на принадлежность к британской элите и британскому образу жизни.

Отгадка появилась в голове Торопа мгновенно: «Крот».

Законсервированный агент. Родившийся здесь, вероятно, от русских родителей, лет пятьдесят тому назад. Некто, идеально вписавшийся в местную среду, не поддерживающий прямых контактов с российским посольством и «пробуждающийся» в строго оговоренных ситуациях для строго оговоренных заданий. Между «выходами из спячки» может пройти несколько лет. Иногда такие агенты «просыпались» только один раз. А к услугам некоторых вообще никогда не прибегали.

Итак, у Романенко есть «крот» в Квебеке.

Невысокий мужчина, похожий на вышедшего на пенсию доктора. Может быть, он также связан и с секретными службами.

Читая валявшиеся повсюду научные журналы, Тороп узнал о масштабной программе «Человек на Марсе», которую американцы уже лет десять вели совместно с русскими, и о международном космическом агентстве, которое они пытались создать. Только что стартовала заключительная фаза программы. Полным ходом шло производство модулей для корабля на Марс. В 2014 году их начнут запускать на орбиту Земли, чтобы собрать рядом с Международной космической станцией. Затем к Марсу отправится авангард: группа автоматизированных систем, приводимых в движение классическими ракетами-носителями, и лишь после них международному экипажу предстоит осуществить полет продолжительностью около года. Из прочитанного Торопом следовало, что в 2015 году планируется провести генеральную репетицию на Луне. Это позволит запустить программу освоения естественного спутника Земли и, в частности, проект НАСА по созданию постоянной лунной базы с полностью автоматизированными производственными линиями.

Человечество стартовало навстречу холодным межзвездным пространствам. Тороп мысленно поздравил инопланетян.

После полудня он закончил с журналами и открыл Gazette на английском языке.

Свободная провинция Квебек, как и вся остальная страна, переживала невиданный экономический бум. Канада обладала одним из самых больших в мире природных запасов пресной воды, она возглавляла гонку за «голубым золотом». Насколько понял Тороп, прежние культурно-политические различия рассеялись, подобно миражам, над новым миром-пустыней. Из-за глобального потепления, климатического хаоса и бурного роста мегаполисов малые и большие реки пересохли, и в разных концах земного шара за питьевую воду давали сумму, эквивалентную стоимости той же массы золота. Деловая жизнь била ключом.

На страницах, посвященных международной политике, Тороп обнаружил небольшую заметку о проблемах Восточного Туркестана.

Князь Шаббаз возвращал себе былое влияние на национальной уйгурской конференции.

В результате разгрома Акмада казахами для него открылась широкая дорога к власти, несмотря на тяжелое поражение в Киргизии в прошлом месяце. Он хотел вывести конференцию из тупика, в который Акмад завел ее, и предложил «прямой и открытый диалог между различными группировками, который позволит национальному уйгурскому движению единодушно заявить о себе перед лицом ханьских угнетателей».

Тороп не сумел сдержать улыбки. Шаббаз был умным политиком. Он умел извлекать урок из своих поражений, даже если не слушал советников. Из него получился бы хороший министр.

Затем Тороп перешел к разделу и происшествиях. Он бегло просмотрел репортаж о последних войнах между монреальскими бандами рокеров за контроль над различными сферами преступной деятельности, центром которой был город.

Эти разборки продолжались почти двадцать пять лет, периоды затишья перемежались ожесточенными схватками между «Ангелами ада», «Bandidos» и «Рок-машинами» с использованием семтекса[62] и гранатометов РПГ-7. А с недавних пор, как вычитал Тороп, противостоящие стороны принялись лупить по вражеским укрепленным пунктам ракетами класса «земля — земля».

В девяностых годах «Ангелы ада» переселились в древний форт, расположенный в старой части города. В считаные месяцы они превратили этот форт в неприступный блокгауз. Они покинули свою цитадель, лишь когда назрела угроза открытой конфронтации со всей полицией Квебека. Но традиция сохранилась. Боевики «Рок-машин» без колебаний использовали любые взрывчатые вещества, которые можно было приобрести в первом попавшемся гипермаркете «Волмарт» по другую сторону границы. Так что их конкуренты по-прежнему продолжали взлетать на воздух. Тем летом «Рок-машины» разжились целой батарей новых передвижных реактивных установок. Они с удовольствием засыпали ракетами заброшенный завод, который «Ангелы ада» переоборудовали в крепость. В результате многие «Ангелы» были убиты, что донельзя обрадовало различных комментаторов и экспертов, наблюдавших за кровавой схваткой, как за финальным матчем НВА или борьбой за выход в четверть финала в Национальной бейсбольной лиге.

«Bandidos» долгое время вступали в союз то с одной, то с другой группировкой, но затем надолго объединились с «Рок-машинами». Торопу все это удивительно напоминало уйгурскую заварушку.

Он как раз заканчивал это занимательное чтение, когда появился «доктор Ньютон».

— Дорогой доктор Кеплер, — произнес он, бесшумно входя в гостиную. — Низко кланяйтесь чудесам российской военной медицины!

Он держал в руках небольшую стеклянную банку, наполненную светло-зелеными, почти светящимися гранулами.

— Что это такое?

Доктор Ньютон чуть приподнял бровь:

— Молекулярная формула препарата держится в строжайшем секрете. Записанная на бумаге, она занимает почти страницу. Это наше чудодейственное лекарство. Пойдемте, я объясню вам, как оно работает.

Тороп с любопытством прошел за ним в кабинет. Он знал, как «работают» таблетки: достаточно просто затолкать их в рот пациенту.

Доктор Ньютон взял двумя пальцами одну гранулу и показал ее Торопу. Гранула засверкала в дневном свете. Это сверкание можно было сравнить с блеском изумруда.

— Это новейшее из наших биоэлектронных устройств. Процессор, предназначенный исключительно для синтезирования эндорфинов, обладающих сложным составом. Он снабжен экспериментальным микродвигателем и памятью, которой хватает для того, чтобы приспосабливаться к конкретным условиям среды. Успеваете за моей мыслью?

Тороп уловил намек, но хотел узнать больше.

— Он что, каким-то образом приноравливается к определенному человеку?

Доктор коротко рассмеялся:

— Да, совершенно верно. И знаете как?

Тороп промолчал.

Ньютон вытащил из кармана какой-то маленький предмет и положил его на письменный стол. Матово-черный кубик, с ребром около десяти сантиметров.

— Black box,[63] — сказал он и надавил на каучуковую мембрану, расположенную на одной из граней.

Кубик раскрылся, как квадратный цветок, выточенный из угля. Появились странный механизм, сделанный из какого-то прозрачного вещества, и несколько устройств из того же материала, что и кубик. Человек поместил светящуюся зеленую гранулу внутрь маленькой кристаллообразной сферы и нажал на клавиши мини-клавиатуры, подсоединенной к черной коробочке.

Под полупрозрачной оболочкой замерцал нежный розовый свет. Когда он добрался до маленького шара, раздалось тихое гудение, напоминающее звук работающего процессора.

Доктор вытащил капсулу. Теперь она сияла еще ярче. Потом он проделал то же самое со всеми гранулами и сложил их обратно в банку:

— Я только что перенастроил систему. Сейчас я в двух словах объясню вам принцип действия. В каждой капсуле находится биопроцессор. Он анализирует особенности обмена веществ в мозгу пациента и синтезирует необходимый фермент в нужных дозах. Весь фокус в накапливании информации и в способности одного биопроцессора передавать ее другому.

Тороп задумался. Да, действительно, это был фокус.

— И тут на сцене появляются чудеса российской военной медицины. Вот что будет дальше. Вернувшись домой, вы дадите проглотить эту красивую штучку нашей дорогой Марии А. Подождете несколько часов и извлечете диск с накопленной реманентной информацией.

— Извлеку?

Ньютон негромко рассмеялся. Сквозь очки на Торопа смотрели глаза цвета мутной морской воды.

— Диск с информацией, дорогой доктор Кеплер, выйдет из ее организма вместе с фекалиями. Нужно лишь проследить, чтобы наша подопечная не торопилась спускать воду и покопалась в собственных экскрементах.

Тороп улыбнулся:

— Без проблем.

Затем Ньютон объяснил Торопу, как следует поступить с ценными материалами, вытащенными из унитаза. Первое: вымыть в холодной воде, а еще лучше — в растворе антисептика. Второе: высушить. И наконец, третье: поместить внутрь маленькой кристаллообразной сферы, привести в действие механизм считывания данных, вытащить гранулу и положить в сферу следующий биопроцессор. Нажать «Save».[64] Биопроцессор получит информацию, добытую предшествующим устройством, и значительно улучшит терапевтический эффект в случае рецидива. Все данные будут автоматически пересылаться доктору Ньютону. И если когда-нибудь произойдет что-то по-настоящему плохое, он сумеет своевременно отреагировать.

В баночке лежало не меньше десяти капсул.

— Теперь все у вас, — сказал Ньютон, подвозя Торопа на новеньком «кадиллаке» к автобусной остановке возле Монреальского университета. — «Черный ящик» снабжен стандартным разъемом. Подсоедините его к вашему портативному компьютеру, и вы получите необходимые настройки для входа на вашу личную интернет-страницу «Кеплер». Никогда больше не появляйтесь здесь. Никогда не звоните в дверь моего дома, да и вообще избегайте появляться в Утремонте. Выходите со мной на связь только с электронного адреса Кеплера и лишь в исключительном случае — если возникнет по-настоящему серьезная проблема. То есть если биопроцессоры не подействуют. Что крайне маловероятно. С их помощью излечивали офицеров, страдавших полной амнезией.

Тороп ничего не ответил. Этот парень явно многого не знал.

Мари Зорн не была пациенткой, страдающей от рядовой посттравматической амнезии. Она была шизофреничкой. Психически ненормальной.

Он не решился спросить, не пытались ли лечить чудо-капсулами руководителей советского государства.

Тихо рыча мощным двигателем, «кадиллак» умчался в сторону горы Ройал.

<< | >>
Источник: Морис Дантек. ВАВИЛОНСКИЕ МЛАДЕНЦЫ. 2012

Еще по теме 16:

  1. И. К. Беляевский. Коммерческая деятельность, 2008
  2. Введение
  3. Коммерческая деятельность в бизнесе
  4. Понятие и сущность коммерции и коммерческой деятельности
  5. Продавцы и покупатели на рынке товаров
  6. Маркетинг в коммерческой деятельности
  7. Торговля как коммерческий процесс
  8. Роль научно-технического прогресса в коммерции
  9. Социальные аспекты коммерции
  10. Организация хозяйственных и договорных связей в коммерческой деятельности