<<
>>

Глава 20 Первое пробуждение

Оратор-мотиватор и актриса Джо МакГинли раскрывает секреты публичных выступлений в своем офисе в Лос-Анджелесе. Мне очень рекомендовали ее мои друзья, которые знали, что я боюсь выступать перед группами более двух человек.

Околосмертное переживание и его идеи не выходили из головы. Светящееся Существо просило меня рассказать историю ОСП публике, но сама мысль об этом пугала меня.

Джо сказала, что это типичное явление для таких глоссофобов[5], как я. Она добавила, что не менее семидесяти пяти процентов американцев — глоссофобы, а это означает, что они не умеют выступать перед зрителями, не борясь одновременно с внутренним желанием убежать и спрятаться. И, как утверждается в одном исследовании, среди этих людей высока доля признавшихся, что они лучше умрут, чем будут выступать публично.

Этот выбор кажется слишком острой реакцией, но я вполне ее понимал. Я рассказал Джо, как однажды в школе объяснял одноклассникам, что такое анестезия, и вдруг позабыл, где нахожусь. На какое-то мгновение я забыл, о чем говорил только что.

Перед глазами поплыли белые стены, и я чуть не упал в обморок. Я быстро пришел в себя, но случившееся не добавило мне уверенности.

«Такое бывает чаще, чем вы могли бы подумать», — сказала Джо, излучая улыбку и ту уверенность в себе, которой мне так не хватало.

После изучения основ ораторского искусства («не забывайте дышать»; «устанавливайте зрительный контакт с дружелюбными слушателями в аудитории»; «не бегайте взад и вперед») я получил домашнее задание. Я должен был написать речь, несколько раз прочитать ее перед зеркалом и выступить на следующем занятии.

Я так и поступил, очень подробно изложив мое ОСП, но сколько бы раз я ни перечитывал написанное, оно все равно мне не нравилось. В моем выступлении не было легкости и спонтанности, казалось, что написанное тянет меня обратно в прошлое, я неуклюже цепляюсь за слова, и поэтому речь неестественна.

Но иначе и быть не могло.

Перед выступлением я нервничал. Я напоследок перечитал написанное и поехал в Лос-Анджелес к Джо. Когда я вошел в офис, Джо сыграла со мной следующую шутку.

«Вы сочинили речь?» — спросила она.

Я показал ей стопку страниц, которую привез с собой.

«Хорошо, — сказала она, забирая у меня листки. — А теперь расскажите мне вашу историю. Говорите от чистого сердца».

Моим первым побуждением было вылететь пулей из комнаты. Второе, о чем я подумал, — что надо справиться с начавшейся реакцией «бей или беги», из-за которой у меня взмокли ладони и участился пульс. Несмотря на это, я сделал глубокий вдох и начал свой рассказ.

Я говорил про рак предстательной железы и хроническую усталость. Я говорил, сколько пришлось перенести операций, чтобы устранить проблемы из-за рака предстательной железы. Я говорил про внутриполостную операцию, о том, как расстался с телом и пережил трансцендентальный опыт преображения.

Я подробно изложил свой опыт и рассказал о мистическом путешествии в Индию: как видел вживе сестру и мать на кухне нашего дома в Нью-Дели. Я поведал, как мой покойный отец спас меня на пороге ада, как я поднимался вверх по туннелю к небесам и встретил там моих близких, как они помогли мне понять, почему отец так плохо относился ко мне. Я рассказал Джо про ангелов-хранителей, которые с тех пор не покидали меня, про наставление Светящегося Существа и советы ангелов, которые указали мне новый путь.

Я подчеркнул, что исцеление было стремительным и что практически одновременно с ним исчезла моя лекарственная зависимость. Я рассказал, как эти два события убедили жену в том, что действительно случилось чудо. Я сообщил ей, что после околосмертного переживания в моей жизни нашлось место для такой удивительной любви, что мои друзья и близкие взглянули на меня другими глазами.

Я рассказал, что мои отношения изменились, особенно отношения со старшим сыном. Прежде я ругал его. Теперь, после ОСП я старался быть милосердным и отзывчивым. Мой сын приветствовал эти перемены — как, впрочем, и вся моя семья, — но они были так серьезны, что иногда моим близким стоило большого труда их принять.

Я открыл Джо, что после увольнения с работы я задумался, как помочь людям с душевными заболеваниями, и объяснил, что Светящееся Существо велело мне посвятить в мою историю как можно больше людей и распространить учение об исцелении.

«Это моя дхарма, — сказал я ей. — Я твердо решил, что сделаю мир лучше».

Когда я произносил это, в глазах Джо блеснули слезы. Потом она зааплодировала.

«Тебе достаточно говорить от сердца, — сказала она мне. — Просто открой свою душу и выговорись».

Я так и сделал.

Есть поговорка: «Когда одни двери закрываются, то открываются другие». В ближайшие семь дней я неоднократно имел возможность убедиться в ее справедливости. Я обзвонил несколько организаций, специализирующихся на изучении жизни после смерти, и записался как основной оратор или оратор на дополнительном семинаре. Видя, с какой легкостью осуществляется задуманное, я разнервничался и насторожился. Вдруг люди не поверят в мой рассказ? Вдруг они подумают, что я спятил? Вдруг я стану объектом насмешек для злых языков? Я не знал, чего ждать. Но я знал, что должен выступать перед любой аудиторией, потому что так мне велело Светящееся Существо.

Я пришел без ничего — у меня не было ни плана лекции, ни предрассудков, и когда меня пригласили, я медленно вышел к кафедре и начал свой рассказ. Ноги подкашивались, я очень нервничал. Моя задача была проста: мне следовало быть честным и бороться со страхом, личными тревогами и депрессией тех, кто опустил руки и думает, что их покинули надежда на чудо и вера в жизнь. Я не только хотел собственным примером подтвердить, что околосмертное переживание реально, что духовная жизнь после смерти существует, но и показать, что ту духовную жизнь, которую люди постигают во время ОСП, можно понять и без опыта смерти. От человека требуется только желание прийти к просветлению в рамках целительской практики осознанности.

Сначала я и сам не мог взять в толк, что такое исцеление осознанностью. Но я продолжил выступать перед публикой, и мои слушатели учили меня, как ставить задачи исцеления осознанностью и достигать их.

Как сказало мне Светящееся Существо, исцеление этих болезней дается только осознанностью. Чем больше я говорил и читал, тем больше я осознавал, что начинаю понимать сознание тех, кто пережил ОСП. В моих глазах эти истории выглядели разрозненными кусочками пазла, и я должен был составить из них внятное послание, которое прояснило бы мне значение целительской практики осознанности.

У меня не было заранее разработанной методики сбора опыта и критического анализа ОСП других людей. Ничего подобного. Но стоило мне замолчать, как на меня буквально набрасывались «оэспэшники», жаждущие поделиться своими историями.

На конференции в Южной Калифорнии ко мне подошел человек и рассказал, как после внезапного сердечного приступа он потерял сознание и рухнул ничком на асфальт. Это случилось в центре города, поэтому люди немедленно пришли ему на помощь и вызвали бригаду. На месте падения и по пути в больницу его сопровождал незнакомец, который утешал его, а вокруг суетились врачи. Даже в больнице он не отходил от него ни на шаг, когда врачи и медсестры готовились стентировать закупоренную артерию. Он сказал: «Я думаю, это было неспроста, что этот человек явился мне сразу, как только случился приступ. Он стоял среди зевак, столпившихся на тротуаре, он не отходил от меня, даже когда меня поднимали и грузили в машину. Наверное, он был невидимкой, потому что никто не просил его посторониться. Он был рядом и утешал меня. Он повторял: „Все будет в порядке. Это еще не конец! Не бойся“».

Он рассказывал, что позже, когда он лежал в реанимации, к нему снова пришел незнакомец, переговорил с ним, а затем ушел. «Я не мог разобрать всех слов, но его голос и его общество были самым приятным событием в моей жизни». Позже, когда он расспрашивал медсестер, кто этот человек, они не могли понять, кого он имеет в виду.

Даже спустя много лет рассказчик, переживший сердечный приступ, иногда ощущал присутствие этого существа. «Это прекрасно, когда он рядом, — говорил он мне. — Его присутствие подтверждает две мои теории: есть ангелы-хранители и есть жизнь после смерти».

На конференции в Финиксе, штат Аризона, ко мне подошла женщина и сообщила, что маленькой девочкой она резвилась на детской площадке и налетела на металлические перекладины заграждения. Я пересказываю эту история с ее слов так, как она мне запомнилась.

«Вокруг все потемнело. Очнувшись, я увидела, что лежу лицом вниз и вокруг стоят мальчики и девочки. Одни мальчики побежали в школу за помощью, другие побежали за учительницей, когда поняли, что я ударилась головой о перекладину.

Я пыталась заговорить с друзьями и сказать им, что со мной все в порядке, но меня не слышали. Одна из девочек поодаль испуганно приложила ладошку к губам и воскликнула: „Боже мой, она мертва!“ Я кричала, что жива и сижу на ветке дерева, но рядом с детской площадкой не росло никаких деревьев. Я наблюдала картину сверху, никто не слышал меня, и я не знала, почему именно. Долгое время я находилась в таком состоянии, но вскоре вернулась обратно в тело».

Когда я спросил женщину, что это переживание могло означать, она ответила не раздумывая: «Оно изменило мою жизнь. Уже в таком юном возрасте я поняла, что человек имеет физическое и духовное тело, и когда он умирает, то погибает только тело физическое, но не духовное. Это знание сделало меня свободной».

Одну из историй поведал мне доктор Реймонд Моуди, который тоже присутствовал на конференции. Он изучал совместные околосмертные переживания (СОСП) или разновидность этого явления, когда наблюдатель испытывает ОСП вместе с умирающим. Хотя явление СОСП уже давно обсуждается в научных кругах, Моуди всерьез занялся его изучением только тогда, когда вся его семья пережила СОСП у смертного одра его матери. Реймонд сообщил про СОСП, о котором он слышал впервые, и что оно значило для него.

Он рассказал, что его первый фундаментальный труд об ОСП под названием «Жизнь после жизни» был написан, когда он еще учился на медицинском факультете. Однажды, когда он читал журнал в университетской библиотеке, к нему подошла заслуженный преподаватель факультета — назовем ее доктор Джеймисон — и спросила, можно ли поговорить с ним с глазу на глаз.

Когда они вошли в ее кабинет и сели за стол, доктор Джеймисон сразу приступила к делу. Вот ее рассказ.

«Начну с того, что я не воспитывалась в религиозной семье. Я не скажу, что мои родители были против религии — нет, они даже не имели о ней понятия, только и всего. Таким образом, я никогда не думала о жизни после смерти, поскольку в нашей семье эта тема не обсуждалась.

Между тем у матери случился инфаркт. Она была дома, и никто не мог ничего предположить. Я была у нее, когда это случилось, и сразу начала делать ей искусственное дыхание. Представляете, каково это — оживлять мать дыханием рот-в-рот? Нелегкое дело даже для постороннего человека и практически невозможное, если это твоя мать.

Я безуспешно, где-то с полчаса или больше, пыталась вернуть ее к жизни, пока не поняла, что все мои дальнейшие попытки напрасны — она мертва. И тогда я остановилась, чтобы перевести дух. Я очень устала, и, скажу честно, я так и не поняла до конца, что теперь остаюсь сиротой».

«Вдруг доктор Джеймисон почувствовала, что какая-то сила тянет ее вверх, отрывая от тела, — продолжил Моуди. — Она поняла, что парит над собственным телом и мертвым телом матери и наблюдает сцену сверху вниз, словно стоит на балконе».

«Пребывание вне тела застало меня врасплох, — говорила потом она. — Я попыталась собраться с мыслями и внезапно поняла, что рядом со мной парит моя мать в бестелесном обличье. Она была рядом, стоило только протянуть руку!»

Доктор Джеймисон спокойно попрощалась с матерью, которая теперь улыбалась и выглядела абсолютно счастливой женщиной и ничем не напоминала бездыханное тело внизу. Затем доктор Джеймисон заметила нечто поразительное.

«В углу комнаты я увидела брешь, и сквозь нее лился Свет, как вода из лопнувшей трубы. Из этого вселенского Света предо мной вырастали в полный рост фигуры покойных друзей моей матери, которых я хорошо знала. Там были и другие люди. Я не знала их, но могла предположить, что это тоже друзья моей матери, с которыми я не была знакома».

Доктор Джеймисон наблюдала, как фигура матери медленно плывет к Свету. По ее словам, последнее, что она видела, была картина трогательного воссоединения матери и всех ее друзей.

«Вдруг Свет погас, и туннель спиралевидно свернулся и исчез, как выдвижной зум-объектив фотоаппарата», — рассказывала она.

Доктор Джеймисон не могла вспомнить, сколько времени продолжалось это видение. Но когда все закончилось, она поняла, что снова вернулась в тело и стоит возле покойной матери, ошеломленная случившимся.

«Что вы об этом скажете?» — поинтересовалась она у Моуди.

Он только пожал плечами. К этому времени Моуди вдоволь наслушался рассказов про околосмертные переживания и каждую неделю узнавал про новые. Но что он мог ответить доктору Джеймисон, если это было первое совместное околосмертное переживание, о котором он услышал?

Сейчас, спустя десятки лет, доктор Моуди знал о разных совместных околосмертных переживаниях. Я спросил у него: видит ли он в них какой-то особый смысл?

«Что ж, я отвечу тебе, как я это понимаю, — сказал Моуди. — Во-первых, они означают, что мы незримо связаны друг с другом и так же незримо мы связаны с Богом и со Вселенной. Из изучаемого мной мало что так хорошо подтверждено, как совместное околосмертное переживание. Во-вторых, эти переживания преображают личность. Все без исключения — ОСП, СОСП или другие переживания вне тела, которые происходят в процессе медитации. Но люди, пережившие их, никогда не будут прежними. Они преобразились окончательно и бесповоротно!»

Он поведал свою любимую историю о преображении, которую узнал из первых рук. Это СОСП случилось с поэтом Карлом Скала во время Второй мировой. Работала артиллерия, и он прятался в окопе, когда рядом упал снаряд и убил одного из солдат. Взрывная волна отбросила его тело на нашего героя, и Скала понял, что солдат погиб.

Артобстрел не прекращался. Вдруг Скала почувствовал, что возносится на небеса вместе с умершим, и они смотрят на поле боя сверху вниз. Скала крепко держал своего друга, потом взглянул вверх и увидел яркий Свет. Два солдата стремительно неслись навстречу этому Свету, и тут Скала остановился и вернулся обратно в свое тело. Из-за взрывной волны поэт практически оглох. Этот случай сделал его верующим человеком.

После войны молодой поэт описал случившееся в стихотворении, где многое рассказывается о природе этого удивительного явления:

Ты называешь это смертью?

Это близкий и далекий свет.

Он питает наши надежды.

Каждый может бороздить

звездную высь в своих мыслях,

пока тело, душа и дух

сами не вознесутся к звездам.

Пусть этот свет сияет в сердце,

живет в мечтах на этой Земле.

Смерть — это пробуждение.

Смерть — это пробуждение.

Чем дольше я размышлял над последней строкой стихотворения Скалы, тем больше убеждался в ее правоте. Чем дольше я ездил и выступал с лекциями, тем больше я узнавал. И чем больше я узнавал, тем отчетливее вырисовывалось определение целительской практики осознанности. Эта ясность возникала благодаря разговорам с людьми, которые были на волоске от смерти и вернулись, чтобы разгадать тайну земной жизни. Как писал Скала, смерть — это пробуждение. В случае с теми людьми, о которых я говорю, околосмертие — это тоже пробуждение.

Пережившие ОСП всегда говорят о двух вещах. Во-первых, они утверждают, что пережили глубокую трансформацию личности. Во-вторых, они очень хотят вернуться в состояние ОСП.

Очевидно, что околосмертное переживание оказывает глубокий и необратимый эффект на человеческую жизнь. Большинство исследователей заметили это преображение и описали его признаки. Во-первых, у людей меняется отношение к себе и, как следствие, расширяются горизонты планирования. Во-вторых, они становятся сострадательнее к другим и осознают незавершенность своей земной миссии. В-третьих, у них ослабевает страх смерти, что подкрепляется их верой в загробную жизнь. В-четвертых, люди начинают придавать меньше значения своей религиозной принадлежности, в-пятых, у них развивается духовное сознание, обостряется интуиция, улучшается функция анализаторов зрения, слуха, вкуса, обоняния и осязания.

В жизни людей, переживших ОСП, не всегда одновременно присутствуют все эти факторы личностной трансформации, но некоторые из них обязательно есть. И практически всегда в глазах остальных эти люди выглядят немного не от мира сего. Откуда эта нездешность? «Наш земной срок непродолжителен. Потом мы отправляемся в другой пункт назначения, — говорит один из „оэспэшников“. — О чем же тогда беспокоиться?»

Желание вернуться в состояние ОСП, возможность воспроизвести детали ОСП или все переживание в целом — это второй момент, который еще больше интригует меня. Только не путайте его с суицидальными наклонностями. Мне еще не попадался такой человек, который пережил ОСП и хотел бы покончить с собой. Эти люди знают, что на земле у них есть работа, которую нужно довести до конца, даже если они собираются всего лишь рассказать о переменах, случившихся в их жизни. Но, конечно, они хотят вернуться в это особое умиротворенное состояние и испытывать его вновь и вновь. Как сказал мне один «оэспэшник»: «Нет такого ребенка, который не мечтал бы вернуться в Диснейленд!»

Поскольку я сам испытал ОСП, то могу сказать, что это явление сложнее, чем зачастую его представляют. Для меня ОСП — это никакой не парк с аттракционами. Это глубокое погружение в мою психическую самость и краткое знакомство с духовным миром, куда мы уходим после смерти. Трудно сказать, откуда берется такое сильное желание вернуться в это духовное состояние. Скажу только, что оно вывело меня на новый путь, который изменил мою личность, сломал прежний уклад моей жизни, вредный как для меня самого, так и моей семьи. Он научил меня состраданию к другим и подвигнул на поиски духовного вместо материального. Возвращение в состояние ОСП напоминало корректировку курса по компасу, который помогал не сбиться с праведного пути, ведущего меня к Богу.

Много месяцев я выступал в больших и малых аудиториях, слушал рассказы присутствующих про ОСП. Люди были очень признательны мне за то, что наконец-то нашлось место, где они могут свободно поведать свои истории. Вот тогда я и сделал несколько выводов, которые помогли сформулировать самую суть целительской практики осознанности. Эти пять правил я назвал «Уроками Света». Поскольку у меня появилась методика, я наконец мог предложить свою практику вниманию широкой аудитории, которая нуждалась в преимуществах, которые могло дать им ОСП.

1. Ощущение сопричастности со Вселенной. Это один из самых распространенных уроков околосмертного переживания и, определенно, самый судьбоносный из всех остальных. Представление о том, что мы можем позитивно влиять на людей своего круга, избавляет нас от чувства беспомощности. Принцип сопричастности учит духовной силе. Впрочем, когда мы говорим о чувстве сопричастности со Вселенной, то имеем в виду в том числе нашу благодарность миру. Два способа мы уже знаем. Во-первых, давайте остановимся и вдохнем аромат роз. Таким образом, мы осознанно сбавим темп событий и откроемся тому, что переживаем в настоящем. Чудеса мира будут понятнее нам, если мы избавимся от суетливости мысли. Во-вторых, давайте посчитаем все хорошее, что есть в нашей жизни, подумаем, за что можно быть благодарным в жизни.

2. Отключается вербальное мышление. При ОСП общение практически всегда невербально. Большинство людей описывают, что во время ОСП они видели неких существ и вели с ними телепатический диалог. Я знаю, что это было аналогично моему прошлому опыту и опыту нынешнему, когда мои ангелы-хранители общаются со мной во время медитации. Вербальное мышление отключается разными способами, в том числе повторением одного слова или мантры при однообразной работе, например при вязании крючком, или во время медитации. Из перечисленных способов последний нравится мне больше всех. Видимо, при отключении одного из моих чувств другие начинают усиленно работать. То же самое можно сказать про духовное восприятие. Когда отключается мое вербальное мышление, я могу находить решение проблем или видеть, вплоть до мельчайших подробностей, места, где однажды был. Я вижу ангелов-хранителей или моего отца и покойных родственников, которые иногда передают мне телепатический сигнал. Когда пропадает суетливость мысли, то ум успокаивается, он может быть открыт всему или даже ничему в принципе. Тогда вы понимаете, что молчание — золото.

3. Следуйте привычкам. Слово «привычки» обладает негативными коннотациями, потому что обычно ассоциируется с «плохими привычками». Но формирование хороших привычек крайне важно для психического и физического здоровья. Я мог бы много рассказать о том, как важно заниматься спортом и питаться правильно, но моя основная мысль заключается в том, что необходимо развивать дух. Даже если вы не принадлежите ни к одной пастве или считаете себя атеистом, такие духовные привычки, как постоянная медитация, помогают находить путь к себе.

4. Боритесь с гневом. В одном примечательном научном исследовании люди, пережившие ОСП, были причислены к категории А, так как они свободны от гнева. Это означает, что они принадлежат к числу самых высокомотивированных людей в популяции и при этом не испытывают гнев так же часто, как они. Почему? Как предполагают некоторые исследователи, «оэспэшники» получают заряд универсальной любви, другие связывают отсутствие гнева с регулярными медитативными практиками. Это хорошая новость, тем более что в исследовании гнев и враждебность ставятся в прямую пропорциональную зависимость с уровнем смертности и даже частотой формирования зависимостей. Именно поэтому эмоциональное восприятие мира так важно. Спокойное, легкое и благосклонное отношение к жизни, принятие неизбежности того, чему суждено произойти, дает миру возможность полностью раскрыть свои нескончаемые ароматы без примеси негативных переживаний.

5. Будьте оптимистами. «Оэспэшники» редко бывают пессимистами, и это заметно. Они предпочитают сбалансированное питание, меньше злоупотребляют алкоголем, испытывают меньше стрессов, связанных с работой. В отличие от всех остальных, они меньше боятся смерти. Они — оптимисты, потому что уверены, что их жизнь не бессмысленна и что их пребывание на земле имеет значение. Они искренне верят в жизнь после смерти, и эта вера внушает им оптимизм, потому что, скажем так, мертвые не умирают навсегда. Негативные эмоции, например разочарование, страх и гнев, производят раздражающий эффект, который отравляет жизнь и лишает ее самобытности. Когда в голове бесконечный шум, негативные эмоции застилают мир пеленой и все выглядит смутным, неясным, люди замыкаются в себе.

Я знаю, что эти правила просты, но как только мы начнем строго соблюдать их, они могут кардинально повлиять практически на все, что мы делаем. Это основа нашей системы ценностей, которая определяет наши матримониальные предпочтения, правила воспитания детей, отношения с друзьями и соседями и множество других критически важных аспектов нашей жизни. Она напоминает мне слова, который сказал Махатма Ганди своим ученикам: «Все, что вы делаете в жизни, незначительно, но важно, что вы это делаете».

<< | >>
Источник: Пол Сперри, Раджив Парти. Умереть, чтобы проснуться. 2017

Еще по теме Глава 20 Первое пробуждение:

  1. Пробуждение инвестирующей публики
  2. Первое предварительное замечание: о «богословии» денег
  3. Первое измерение, характеризующее консервативные инвестиции
  4. Центральный шиссионный банк — первое звено институциональной кредитной системы
  5. Первое, второе, пятое высшее образование, MBA и прочие умные места
  6. Формирование реестра требований кредиторов. Первое собрание кредиторов
  7. Глава 11
  8. Глава 6
  9. Глава 3
  10. Глава 62 «Каза Итальяна»
  11. Глава 10 Исчерпывающая консультация
  12. Глава 7 Правдинский дом
  13. Глава 23 Сапфировое сердце