<<
>>

Глава пятнадцатая Возвращение в строй

В немыслимый срок – всего за десять дней – долетел Черкасский до цели. Петербург встретил его серым небом и моросящим дождём. В доме на Миллионной улице хозяина уже ждали, но Алексею было не до отдыха.

Он рвался сегодня же увидеть Катю и собирался искать её поверенного. Уже через час после приезда Черкасский вошёл в солидную контору на Невском и попросил о встрече с Иваном Ивановичем Штерном.

Темноглазый шатен средних лет сам вышел навстречу гостю и пригласил его в кабинет.

– Чем могу быть полезен, ваша светлость? – поинтересовался Штерн.

– Я приехал за своей женой. – Уверенный, что собеседник в курсе его семейных дел, Алексей говорил прямо. – Иван Иванович, я знаю, что вы занимались Катиными делами, скорее всего, она вам рассказала, что между нами случилась тяжкая размолвка, но я хочу восстановить мир в семье, особенно теперь, когда жена ждёт ребёнка. Прошу вас сообщить мне, где Катя сейчас.

– Ваша супруга находится в море, её корабль отплыл в Лондон. – Подвижное лицо Штерна теперь излучало сочувствие.

Такого удара Алексей не ожидал.

– Судном какой компании вы её отправили?

– Корабль называется «Орёл», компания – «Северная звезда». Самая надёжная в Петербурге.

– Понятно… – протянул Алексей и, сообразив наконец, что делать дальше, спросил: – Пожалуйста, скажите, она вам ничего не говорила о злоумышленниках, отравлявших жизнь её родителей и нашу?

– Княгиня высказала мне свои сомнения, – дипломатично ответил Штерн и уточнил: – А у вас, ваша светлость, есть какие-либо соображения по этому вопросу?

– Да, мой собственный дядя Василий Черкасский привёз в Бельцы женщину, которую он именует своей женой и… старшей дочерью покойного графа от брака с мадемуазель Триоле. Но я лично читал письмо адвоката, где подтверждается, что Анн-Мари не имела детей, а приняла монашество в ордене бернардинок, куда могут вступить лишь непорочные девы.

В этом монастыре она и умерла от чахотки. Понятно, что жена князя Василия – самозванка, в этом деле мне не ясно лишь одно: сам-то дядя в сговоре с мошенницей или действует по незнанию?

– Я тоже читал это письмо и дневник покойного графа. Ваша супруга показывала мне их, – заметил Штерн.

– А где сейчас эти документы? Они у вас?

– Нет, княгиня забрала их с собой.

– Жаль, но я разыщу жену в Лондоне и сразу переправлю всё вам, – решил Алексей. Он написал на листе адрес генерал-губернатора Ромодановского и обратился к поверенному: – Иван Иванович, если понадобится, я прошу вас отвезти эти документы лично.

– Конечно… Я так и ждал, что объявятся наследники, но думал, что нам предъявят первую жену графа, а оказалось – дочь. – Поверенный явно насторожился. – Княгиня говорила мне, что вам стреляли в спину на дуэли, вызванной подложными письмами.

– Так оно и было, но я пока не знаю, являются ли сама дуэль, претензии на наследство и странные смерти в семье моей жены звеньями одной цепи. Но я обязательно разберусь, а сейчас благодарю вас за заботу о моей супруге, и позвольте откланяться. Поеду выкупать каюту на ближайшем корабле, отплывающем в Англию.

Алексей отправился в контору «Северной звезды». Там он сразу же прошёл в кабинет управляющего Фокса. Англичанин – высокий, худой, с сухими чертами белёсого лица – обрадовался приезду хозяина. Фокс свободно говорил по-русски, но, опасаясь чужих ушей, Алексей перешёл на английский:

– Приветствую вас, Джон! Как у нас дела, блокада французов не ослабла?

– Нет, сэр, наоборот, становится все жёстче. Мы пока не потеряли ни одного корабля, но в других конторах уже подсчитывают убытки.

– Кто у нас капитан «Орла» – Сиддонс? – уточнил Алексей.

– Да, сэр. Он опытный и храбрый человек. Почему это вас интересует? – забеспокоился англичанин. – Что-то случилось?

– Нет, Джон, у нас всё хорошо, просто одна из пассажирок на «Орле» – моя жена.

– Но там ведь заняты всего две каюты, одна – графиней Бельской, а вторая – её служанками, других пассажиров нет.

– Моя жена путешествует под девичьей фамилией. – Черкасскому не хотелось вдаваться в подробности своей личной жизни. – Какой на сей раз маршрут у «Орла»?

– Корабль должен разгрузиться в Ливерпуле, а потом взять в Лондоне груз тканей, возможно, добавятся и колониальные товары. Затем он возвращается сюда, – сверился с записями мистер Фокс. – Выход «Орла» из английской столицы ожидается в период с 12 по 14 мая.

– Какой из наших кораблей уходит ближайшим рейсом?

– «Манчестер». Вы сможете отплыть через неделю.

– Хорошо, оставьте мне каюту, – решил Алексей.

Пожав руку англичанину, он простился и уехал домой.

Теперь предстояло набраться мужества и написать государю. Алексей смог выдавить из себя лишь одну фразу, сообщив, что он прибыл в столицу и просит аудиенции у его величества. Отправив посыльного во дворец, Черкасский задумался: вечер только начинался, и перспектива сидеть одному в пустом особняке показалась невыносимой.

«Весть, что моя опала снята, должна была облететь все салоны. Можно рискнуть, навестить кого-то из старых знакомых, – размышлял Алексей. – Нет, лучше поехать в Английский клуб. Тогда приятное совместится с полезным».

Мысль оказалась здравой. Несколько друзей его юности, уже остепенившихся женатых мужчин, с радостью сбежавших из дома от своих шумных семейств, проводили время за картами. Алексея встретили восторженно и приняли в игру. Он просидел в этой приятной компании почти до трёх часов ночи. По окончании балов и приёмов число мужчин, желающих скоротать остаток ночи в клубе, стало расти на глазах. Алексея радостно окликали, приветствовали, хлопали по плечу, он отзывался, но не выходил из игры, пока не увидел человека, ради которого сюда приехал, – своего двоюродного брата Николая.

Поблагодарив друзей и забрав выигрыш, Алексей поспешил к кузену. Николай откровенно обрадовался:

– Здравствуй, дружище! Как я рад снова видеть тебя.

– Взаимно, Ник, но, похоже, у нас с тобой имеется один сюрприз на двоих. – Алексей не знал, известно ли Николаю о женитьбе отца, но подозревал, что нет.

– Как зовут твою мачеху?

– Какую?.. Это что – шутка? – кузен продолжал улыбаться. – Наверное, я здесь должен засмеяться?

– Десять дней назад ко мне приехал твой отец и представил женщину-француженку как свою жену Марию, старшую дочь графа Бельского от первого брака, – сообщил Алексей, всматриваясь в лицо брата. Николай побледнел так, что стало понятно – полученное известие потрясло его.

– Давай присядем, и я всё тебе расскажу…

Кузены устроились в углу клубной гостиной. Свой рассказ Алексей начал с письма императора о выбранной невесте, а закончил визитом князя Василия в Бельцы. Когда он замолчал, на Николае лица не было. Даже говорить тот начал не сразу.

– Мы всегда скрывали – поэтому ты и не знал (хотя бабушка могла догадываться), что отец уже растранжирил всё, оставленное ему дедом, и приданое моей матери тоже: продал имения и вложил все деньги в какие-то тёмные дела за границей. Прожекты его оказались аферами, и чтобы вернуть потери, отец взял займы, опять вложился и вновь прогорел. У него набрались огромные долги, он еле успевает выкручиваться по процентам. У нашей семьи осталось лишь то, что мама получила в наследство от деда. Почти десять лет отвечала она отказом на все просьбы отца продать оставшиеся имения и отдать деньги ему. Для такой хрупкой женщины у неё оказался на удивление твёрдый характер. А три года назад мама заболела, врачи сказали, что сдало сердце. Впрочем, при той жизни, какая выпала на её долю, это не удивительно. Наша ещё совсем молодая мать угасла за две недели.

Николай надолго замолчал. Признание давалось ему столь мучительно, что Алексей пожалел о начатом разговоре. Но кузен взял себя в руки и продолжил:

– Накануне смерти мама позвала меня и передала своё завещание. Она всё поделила между мной и братом: оставила каждому из нас по два поместья. Теперь мы оба богаты. Но то, как, узнав об этом, повёл себя отец, я не забуду никогда. Он поносил нас с Никитой последними словами и заявил, что мы ему больше не сыновья.

С тех пор мы его не видели, он нам не пишет. Отец мог жениться и не поставить нас в известность. Но я не думаю, что он способен выстрелить тебе в спину, скорее я поверю, что старик связался с авантюристкой, пообещавшей ему деньги.

– Мы обязательно со всем этим разберёмся, – обняв кузена, пообещал Алексей, – а сейчас поедем спать, уже больше четырёх, скоро утро…

Утром Алексей ещё завтракал, когда фельдъегерь привёз ему приглашение во дворец. Аудиенция была назначена на три пополудни, и Черкасский ещё успевал наведаться во французское посольство, где он собирался навести справки о родственнице-самозванке. Посольство располагалось совсем рядом – на Дворцовой набережной, хватило десяти минут, чтобы дойти до него. Передав дежурному визитку, Алексей попросил о встрече с послом. Но вышедший в приёмную щеголеватый красавчик-блондин сообщил, что господина посла сейчас нет, тот отбыл во Францию, но лично он – третий секретарь посольства виконт де Ментон – с удовольствием сделает для светлейшего князя всё, что только в его силах.

– Меня интересует француженка Мария, которая представляется графиней Бельской. Эта дама находится сейчас в России, – заявил Алексей. От его внимательного взгляда не укрылось, что при этом имени голубоглазый щёголь явно разволновался.

– Не припомню такой, – виконт ответил слишком быстро, чтобы это походило на правду, – но мы поднимем все наши документы по въезжающим в Россию гражданам Франции и обязательно сообщим вашей светлости. Куда прислать ответ?

Алексею ничего не оставалось, как продиктовать свой адрес и уйти. Шустрый красавец наверняка знал эту Марию, но решил всё отрицать. Это было подозрительно.

Вернувшись к себе, Алексей надел мундир и поехал на аудиенцию в Зимний дворец. Лакей привёл его к кабинету императора и отправился с докладом. Дверь тут же распахнулась, Александр Павлович вышел в приёмную и обнял Алексея.

– Как я рад снова тебя видеть! – улыбаясь, сказал государь и увлёк Черкасского в кабинет. – Как же тебя здесь не хватало! Рассказывай о молодой жене.

Что – она красива?

– Прекрасна, как ангел! Благодарю, ваше императорское величество, за ту милость, что вы мне оказали, выбрав меня в мужья графине Бельской.

– Славно… Я рад, – тепло сказал император, но тут же стал серьёзным. – Я призываю тебя на службу. Скоро начнётся война с Наполеоном, а у нас ещё не подписан мир с Турцией. Кутузов медлит, я ему в конце марта отправил указания по всем нашим действиям, а он своевольничает. В этом вопросе мне нужен человек, которому я полностью доверю. Ты немедленно поедешь в Молдавию и не вернёшься, пока не привезёшь мне мир. Такой опасности, как нынче, не было для нашего Отечества со времён Петра Великого.

Новый удар, сорвавший все его планы, Алексей перенёс стоически. Собрав волю в кулак, он чётко ответил:

– Рад стараться, ваше императорское величество. Мне нужно получать какие-либо указания?

– Писать мы ничего не станем, запомнишь на словах, – решил Александр Павлович. Он сел за стол и указал Алексею на противоположное кресло. – Мне нужен не просто мир, а наступательный союз с турками, чтобы они могли выставить полки из сербов и других славянских народов в помощь нам против Франции. Я дал Кутузову великие полномочия, разрешил пожертвовать территориями в Азии и даже провести границу по Пруту. Взамен мне нужны лишь мир с Портой и славянские полки. Наполеон уже собрал войска у наших границ, он может перейти Неман хоть завтра. Поезжай скорее, разберись, почему медлит Кутузов. Сейчас важен каждый час.

– Я отправлюсь немедленно, – сказал Алексей и встал.

– Подорожную тебе привезут домой. Езжай без остановок. Меня ищи в Вильно: через неделю я выезжаю в Первую армию к Барклаю-де-Толли и останусь там до конца июня.

Император обнял Алексея и проводил его до дверей. Черкасский с горечью осознал, что его поездка к жене откладывается самое малое на два месяца. Даже если скакать круглосуточно, до ставки Кутузова меньше чем за двадцать дней он не доберётся. А сколько придётся пробыть там? Неизвестно…

«Нужно что-то придумать», – размышлял Черкасский. Не заезжая домой, он отправился в контору поверенного.

– Ну что, ваша светлость, когда отплываете? – спросил Алексея Штерн.

– Я не могу сейчас выехать в Лондон. Государь посылает меня в Молдавию. – Князь помолчал, сомневаясь, может ли он в этом самом важном для себя деле положиться на малознакомого человека, но потом решился: – Иван Иванович, помогите мне, пожалуйста. Я напишу письмо жене, а вас прошу отправить его и получить от Кати ответ и документы, а далее действовать так, как мы договаривались: через генерал-губернатора Ромодановского.

– Конечно, я сделаю всё, что нужно, – пообещал Штерн и встал из-за стола, уступая Алексею место. – Прошу, садитесь и пишите.

Поверенный вышел. Алексей пододвинул бумагу и задумался, в одно письмо хотелось вместить слишком многое: рассказать о своих чувствах и предупредить об опасности. Но послание вышло на удивление кратким:

«Дорогая моя Катюша!

Я уже писал тебе, но по злому стечению обстоятельств ты не получила моего письма. Очень надеюсь, что хотя бы у этой записки будет иная судьба.

Я пишу то же, что и раньше, и хочу повторять вновь и вновь: “Я люблю тебя”. Если бы мы были рядом, то я на коленях вымаливал бы прощение, но, к сожалению, ты далеко. Я так виноват. Прости».

После таких слов писать о самозванцах уже не хотелось. Может, поручить это Штерну? Алексей протянул записку вернувшемуся в кабинет поверенному.

– Вот, Иван Иванович, я написал жене. Здесь только личное, обо всём остальном сообщите ей, пожалуйста, сами. Простите, я должен ехать, думаю, что подорожная и тройка уже ждут меня дома.

Штерн пообещал, что сегодня же отправит оба письма по своим каналам в Лондон, и Алексей поехал домой.

Тройка я впрямь ждала во дворе. Сашка мялся рядом, гадая, берут ли его в поездку. Черкасский дал ему двадцать минут, чтобы сложить вещи, за это же время собрался сам: надел мундир и саблю, взял пистолеты, а вещи покидал в саквояж из оленьей кожи. Когда князь вышел во двор, Сашка уже устроился на козлах рядом с ямщиком. Алексей сел в экипаж и дал приказ трогать.

Тройка свернула на набережную Невы. По тёмной глади реки скользил парусник. Мысли Алексея сразу же вернулись к жене. Как она, беременная, переносит качку? Но чем он теперь мог помочь? Оставалось надеяться на быстроходность «Орла», опыт капитана Сиддонса и на то, что Катино путешествие пройдёт быстро и благополучно.

<< | >>
Источник: Марта Таро. Эхо чужих грехов. 2017

Еще по теме Глава пятнадцатая Возвращение в строй:

  1. Глава 47 Возвращение в Венецию
  2. Возвращение активов
  3. Возвращение к «норме»
  4. Возвращение активов и международное сотрудничество
  5. Возвращение долгов
  6. Возвращение к истокам
  7. Возвращение риска
  8. Возвращенное имущество
  9. Эпилог: возвращение Морганов
  10. Возвращение к Райану и Ральфу
  11. Возвращение к закону Гласса—Стиголла?
  12. Возвращение активов и международное сотрудничество
  13. Правительство должно иметь полномочия по совместному использованию активов и возвращению активов в сотрудничающую страну
  14. Возвращение к курсу 4,86 долл. за 1 фунт: комитет Канлиффа и последующие события