<<
>>

Глава 18 Нимфоманка

Петра Черемизина арестовали и доставили в Озерский следственный изолятор – эта новость облетела следственный отдел, отменив за ненадобностью утреннее совещание.

Оперативник Василий Зимин выглядел именинником, переходил из кабинета в кабинет и рассказывал, как собственноручно тащил Черемизина из погреба в доме его матери:

– Я ему: «Иди сюда, гад!» А он в картошку зарылся, вроде не слышит.

– Как же вы его прозевали? – поинтересовалась Егорова. – Заснули, что ли, в засаде?

– Черт его знает, как он пробрался в дом! Может, огородами. – Зимин потер ладонью красные от недосыпа глаза. – Поймали. Это главное!

– Шел бы ты спать, Вася, – посоветовал Красноперов. – Трое суток на ногах – это не шутка.

– Кто будет допрашивать? – на всякий случай поинтересовался Зимин.

– Дуло или я. Какая тебе разница?

В кабинет вошел Сергей Дуло. Вопрос к нему прозвучал одновременно с трех сторон:

– Слышал?

– Что? – недовольно спросил он.

– Черемизина взяли, – сказал Красноперов.

– Ты? – Сергей посмотрел на Зимина.

– Я!

– Молодец. Где он сейчас?

– В СИЗО.

Сергей перевел взгляд на Красноперова:

– Идем, что ли?

– Идем.

Они вышли из кабинета, прошли по длинному коридору и стали спускаться по лестнице.

– Что у тебя по «Газели»? – спросил Сергей.

– Ноль. Говорил же, что сглазим, – вздохнул Красноперов. – Как мне все надоело! Скорей бы купить дачу. Малину посажу, ежевику…

– Егорова рассказала про сосновоборские бочки?

– Мы поговорили об этом. Теперь, как я понял, ждем, когда вернется Керимов.

– А что нам остается…

За разговором они дошли до следственного изолятора, заняли комнату для допросов и вызвали задержанного Черемизина.

– Садитесь, Петр Емельянович, – Красноперов указал на прикрученный к полу стул.

Черемизин сел, опустив глаза.

Сергей Дуло достал из папки пустой бланк и положил его перед Красноперовым:

– Пиши ты.

– Хитер! – усмехнулся Красноперов и глянул на Черемизина. – Будем рассказывать?

Тот покачал головой. Следователь прокомментировал:

– Значит, не будем… Между тем, Черемизин, твое участие в нападении на подполковника юстиции Филиппова в подъезде его дома доказано. Есть свидетельские показания, твои отпечатки, запись видеокамеры. Между прочим, велосипеды, которые вы с Сарапуловым украли, чтобы добраться до автобусной станции, тоже обнаружены. На них остались ваши пальчики. Ну, так что?

Черемизин молчал и только чуть слышно сопел.

– Не думаю, что идея нападения на Филиппова пришла в голову тебе или Сарапулову, – вступил в разговор Дуло. – Уверен, что вам заплатили. Могу предложить сделку: я приложу все усилия, чтобы скостить тебе срок, а ты назовешь имя заказчика. Ну? – Не дождавшись ответа, Сергей продолжил: – Предложение действует до тех пор, пока я сам не найду заказчика. Тогда будет поздно.

– Подельник твой, Сарапулов, застрелен при попытке убить человека, – дополнил Красноперов. – Придется и тебе доказывать, что ты не причастен к покушению на убийство.

Черемизин молча покачал головой.

– Значит, нет… Ну что же, друг дорогой. Тебе корячится статья сто одиннадцать. Насчет пункта определимся по ходу. – Сергей Дуло скомкал бланк допроса и выбросил бумажный комок в корзину.

Потом вызвал охранника: – Уведите задержанного!

Неудавшийся допрос расстроил Сергея, если не сказать, разозлил. Казалось, попадись ему под руку кто-нибудь, кроме Зинаиды Белаш, он бы точно сорвался. Но в его кабинет явилась именно она.

– Что у вас? – спросил Дуло.

– Хочу извиниться за вчерашнее…

Сергей повысил голос:

– У вас есть что доложить?

– Кровавый отпечаток подошвы ботинка типа берц, обнаруженный на межэтажной площадке в подъезде Филиппова, совпал с отпечатком ботинка Черемизина. Решающую роль сыграла характерная трещина на подошве. – Зинаида изучающе разглядывала Сергея.

Не поднимая глаз, он спросил:

– На мне что-то нарисовано или написано?

– На первый взгляд – нет, – усмехнулась она.

Преодолев неприязнь, Сергей посмотрел на Зинаиду в упор:

– Чего вы добиваетесь?

– Не трудно догадаться, – ответила она.

– Вы нимфоманка? – задавая этот вопрос, Сергей Дуло отбросил условности.

– Вы не смеете! – вспыхнула Зинаида.

– Отчего же? Давайте проясним ситуацию. Вам нужно, чтобы вас кто-то трахнул?

– Замолчите!

– Я говорю с вами на вашем языке.

– Вы хамите.

– Хамлю? – Сергей поднялся с кресла и обошел стол. Приблизившись на минимальное расстояние, он заговорил, почти закричал: – Хамство – это явиться к малознакомому мужчине в чем мать родила. Хамство – навязывать себя и свое тело!

– Тише… Тише… – Зинаида Белаш отступила и, сузив глаза, прошептала: – Не так громко…

– У вас все? – Дуло возвратился за стол.

– Все.

– В таком случае не задерживаю. – Сергей сделал пренебрежительный жест, вложив в него всю свою обиду и злость.

Немного успокоившись, он позвонил в Красноярск. Трубку взял Добродеев.

– Черемизин задержан, – сообщил Дуло.

– Уже дает показания? – поинтересовался следователь.

– Пока молчит.

– У нас та же история.

– Не понял… – удивился Сергей.

– Сегодня утром был у Зварыкина.

– Неужели пришел в себя?

– Пришел, но сотрудничать со следствием отказался.

– Значит, вот как…

– Вряд ли мы заставим его говорить. Зварыкин – мужик-кремень.

– Задавали вопрос про Сташковского? В каких они отношениях?

– Как говорит Зварыкин, в прекрасных.

– Ты только посмотри! – Сергей чертыхнулся. – Куда ни плюнь, всюду любовь и дружба. Придется вам съездить в Северск, поговорить с еще одним компаньоном Зварыкина – Семочкиным.

Добродеев быстро ответил:

– Нет, я не смогу.

– Почему?

– Потому что в ближайшие дни меня вызывают на судебное заседание по предыдущему делу. Я должен быть здесь, в Красноярске. Придется лететь вам.

– Мне? – Сергей удивился. – И почему обязательно лететь, а не на машине? Расстояние до Северска всего шестьсот километров.

– Вы так говорите, потому что никогда там не бывали. Первые триста километров до Енисейска – более или менее нормальная дорога. Потом паромная переправа на правый берег и еще триста километров на север. И здесь, доложу вам, начинается сущий ад.

– Что такое?

– Дорога, засыпанная огромными булыжниками, по которой можно ехать со скоростью пятнадцать километров в час. Дорога в триста километров займет у вас десять часов. И если с вами что-нибудь случится в пути, помощи не дождетесь. Связи там нет, и в ближайшие сутки, а то и двое, попутных или встречных машин не будет. Вокруг – болота, глухие непроходимые леса и ни одного населенного пункта.

– Хотите напугать?

– Никак нет. Но после поездки в Северск я дал себе зарок туда больше не ездить.

– А что с вами случилось?

– Ничего особенного. Был январь, первые числа… Понимаете, о чем я говорю?

– Нерабочие дни.

– Мы с сослуживцем переехали Енисей по намороженному зимнику. Дорога до Северска в это время один сплошной белый асфальт.

– Не понимаю…

– Снежный наст, который выравнивает и покрывает дорогу из булыжников. До Северска планировали доехать за шесть или семь часов. Примерно на половине пути у нас порвался трос сцепления. Дорога усыпана снегом, автомобиль не толкнуть.

– Постойте, – сказал Сергей. – Был январь, значит, стояли морозы?

– Морозы не стояли, они трещали. Минус тридцать семь на улице, а после того, как через пять часов закончился бензин и заглох двигатель, минус тридцать семь было в салоне.

– Как же вы остались в живых?

– Мой сослуживец, опытный в таких делах человек, вырвал у меня запаску, которую я собирался жечь, и погнал меня по дороге. Двигаясь, мы продлевали себе жизнь. Если бы остались у машины, точно замерзли бы.

– Как я понимаю, вас подобрали.

– Просто повезло. Звоните, узнавайте, есть ли билеты. В Северск летает маленький самолет из аэропорта Черемшанка.

– Спасибо за совет, – сказал Дуло и добавил: – У меня есть для вас информация. Сташковский Юрий Иванович, соучредитель Зварыкина, – мертв. Его труп опознан.

<< | >>
Источник: Анна Князева. Мираж золотых рудников. 2018

Еще по теме Глава 18 Нимфоманка:

  1. Глава 11
  2. Глава 6
  3. Глава 3
  4. Глава 1
  5. Глава 2
  6. Глава 4
  7. Глава 5
  8. Глава 7
  9. Глава 8
  10. Глава 9
  11. Глава 10
  12. Глава 12
  13. Глава 13
  14. ГЛАВА 2.