<<
>>

Глава 33 День разочарований

– Электрошокер стреляющий… – Дайнека набирала на клавиатуре слова и сама себе вслух диктовала: – Нет… Лучше – электрошокер дистанционный.

Нажала на «энтер» и просмотрела первые результаты.

Интернет предлагал сорок тысяч ответов.

– Посмотрим картинки, – она кликнула по слову «картинки», и на мониторе отобразилось множество черных палок с петлями для руки. – Попробуем видео…

Из всех «выпавших» видео выбрала одно и нажала, чтоб посмотреть. Женские руки показали, как правильно в электрошокер вставить съемный картридж. Одно нажатие пальца – свистящий звук с треском в конце, как будто зацепили и отпустили сухую звонкую ветку, и два наконечника вонзаются в дерево.

Дайнека поежилась. Ей не понравился этот тревожащий звук. Она забила в поисковик: следы на теле от электрошокера, кликнула по иконке «картинки». Увеличила одну с обнаженным мужским торсом. На груди неизвестного алели две круглые язвы.

– Гадость… – Дайнека встала с кресла и отошла от компьютера. Обернулась и вдруг увидела Веру Ивановну, старуху с первого этажа.

Ее будто откинуло в сторону. – Господи! Как вы меня напугали!

– У тебя дверь открыта.

– Наверное, за отцом не заперла.

– Его опять дома нет? – огорчилась Вера Ивановна.

– На даче.

– Я смотрю, частенько он туда уезжает.

– Он не уезжает туда, – недружелюбно пояснила Дайнека. – Он там живет.

– Придется тебе подписать.

– Я уже вам говорила…

– Что несовершеннолетняя – знаю. – Она бесцеремонно прошла в комнату и положила на стол бумагу. – Обращение к президенту. Можешь подписать, пока его рассмотрят, тебе исполнится восемнадцать.

– А зачем вы к нему обращаетесь? – обескураженно поинтересовалась Дайнека.

– Хочу до его сведения довести. Сколько раз говорила им не курить…

– Вера Ивановна, прошу вас, не надо, это я уже слышала.

– Послушай еще раз.

Вон до чего дошло, на людей стали нападать!

– На них начали нападать еще на прошлой неделе.

– Это еще на кого? – осведомилась Вера Ивановна подозрительно дружелюбным голосом.

– На Лидию Полежаеву.

– Теперь и до жильцов добрались.

– Еще кого-то убили? – оторопела Дайнека.

– Старуху инвалида из шестого подъезда с четвертого этажа… – Намеренно сделав паузу, Вера Ивановна продолжила: – Стукнули. Много ли ей надо. Эх-эх-е…

Дайнека недоверчиво уставилась на соседку, потом бросилась к окну и посмотрела на знакомый балкон. Старухи там не было. Она обернулась:

– Это правда?

– Я врать не стану.

– Она умерла?

– Я так не сказала.

– Вера Ивановна!

– Что? – удивилась та.

– Зачем же пугать?

– Жива, говорю, но ее хотели убить. Внучка дома не ночевала, утром пришла – дверь открыта. Старуха – на полу, все перевернуто.

Дайнека прошла к выходу и выразительно побренчала ключами.

– Мне надо к соседям.

Вера Ивановна взяла свой листок.

– В какую квартиру? – По ее лицу читалось, она собиралась пойти вместе с ней.

– В соседнюю, к Эльзе Тимофеевне.

Решимость Веры Ивановны резко сошла на нет.

– Вы со мной? – спросила Дайнека.

– К этой горгоне? – Старуха вздернула подбородок и вышла за дверь. Уже с лестницы из-за шахты лифта послышалось: – Никогда!

Дайнека постучала в соседнюю дверь. Открыла Нина.

– Слышала? – спросила Дайнека.

– Про старуху? Заходи, мы с бабулей как раз говорили об этом.

– Добрый день, Эльза Тимофеевна! – Дайнека вошла в кухню и уселась за стол.

– Добрый. – Та взяла в руки заварочный чайник. – Будешь?..

– Не откажусь.

– Вижу, что ты встревожена, – Эльза Тимофеевна поставила на стол чашку, налила в нее чаю и положила на тарелку две гренки. При этом в ее высокой старомодной прическе не сбился ни один волосок. Ни одна складочка не образовалась на чистом платье. Камея, как всегда, ровно держалась на белоснежном воротничке.

– Вера Ивановна сказала…

– Эта интриганка опять к тебе заходила? – Эльза Тимофеевна положила в рот конфету и приложилась к своей чашке. – Гони ее в шею.

– В следующий раз так и сделаю, – пообещала Дайнека.

– Светку сегодня встретила, на ней лица нет.

– Нина широко распахнула глаза. – Говорит: бабулю чуть не убили. В больницу к ней побежала.

– На нее и вправду напали? – спросила Дайнека.

Эльза Тимофеевна заметила:

– Трудно вообразить, что старуха инвалид сама себя стукнула, а потом перевернула вверх дном всю квартиру.

– Когда ее обнаружили?

– Утром. Полицейские сказали, преступник проник ночью, между двумя и тремя часами.

– Так же, как к Полежаевой… – протянула Дайнека.

– При чем здесь артистка? – спросила Нина.

– Ни при чем, – согласилась Дайнека, встала и подошла к кухонному окну. Посмотрела на балкон, где обычно сидела старуха.

– Она не заслужила такого.

– Интересно, за что ее так? – молвила Нина.

– И мне… – проронила Дайнека.

– Что? – не поняла Нина.

– Интересно, за что. – И она уточнила: – Я тоже хотела бы знать.

– Эта особа в курсе всего, что происходит у нас в доме, – произнесла Эльза Тимофеевна. – Она все время сидела у окна.

– И на балконе, – подтвердила Дайнека.

– Могу предположить, что она знает то, чего не должна знать. – Эльза Тимофеевна отставила чашку. – Любопытство – опасная вещь.

Дайнека вскочила на ноги.

– Ты куда? – спросила Нина.

– Мне нужно идти.

– А чай?

– В другой раз, – Дайнека кинулась к двери.

Нина едва успела ее проводить.

Вернувшись домой, Дайнека не могла найти себе места. Ходила взад и вперед, мысленно сопоставляя время нападения на старуху с вчерашним визитом Родионова. Он мог явиться после того, как на нее напал. Увидел их с Сергеем из окошка ее квартиры и пришел их уличить, не догадываясь, что уличат его самого.

Дайнека прошла в кухню и взяла со стола визитку Крюкова, которую оставил отец. Вернулась в комнату, нашла телефон и позвонила следователю.

– Это Людмила Дайнека.

– Что стряслось? – И он напомнил: – Мы с вами расстались чуть больше часа назад.

– Где вы?

– Над вами.

– В квартире на третьем этаже? – уточнила Дайнека.

– В точку, – сказал он.

– Это правда, что ночью напали на старуху?

– Правда.

– Вы знаете почему?

– Нет.

А вы знаете?

– Знаю, – заявила она.

– В этом я не сомневаюсь.

– Это ирония?

– Всего лишь жизненный опыт, – вздохнул Крюков и уточнил: – От меня вам что сейчас нужно?

– Да как вы не понимаете! Ее окна как раз напротив моих!

– И что?

– Она все время наблюдала, то с балкона, то в окно.

– Она инвалид. Что еще ей оставалось. – Наконец Крюков изрек то, чего она ждала. – Вы хотите сказать, что старуха видела убийц Полежаевой?

– Да! Ее надо спросить! – выпалила Дайнека.

– Прошу вас, не мешайте работать, – сказал следователь и отключился.

Разочарование – ключевое слово этого дня. Дайнека плюхнулась в кресло, закинула голову и стала изучать потолок. Там наверху проходила насыщенная киношная жизнь. По квартире ходили разные люди, в том числе Крюков.

Последнее утверждение было ошибочным, потому что Крюков «нарисовался» в ее гостиной.

– Почему дверь нараспашку? – Он оглядел комнату. – У вас все нормально?

– Все… очень… плохо, – не глядя на него, проговорила Дайнека.

Следователь замялся.

– Знаете, а ведь вы были правы…

– В чем? – она ожила.

– Галкина звонила в дежурную часть.

– Галкина – это старуха с балкона? – догадалась Дайнека.

– Звонила с намерением сообщить важную информацию. Потом, видимо, передумала или испугалась чего-то. Если бы сообщила – осталась бы невредимой. Так что вы оказались правы. – В его голосе послышалось уважение.

– Вот видите, – сказала Дайнека, тут же забыв о страшных разочарованиях, которые ее преследовали весь этот день.

  

<< | >>
Источник: Анна Князева. Роман без последней страницы. 2014

Еще по теме Глава 33 День разочарований:

  1. Большое разочарование
  2. Приказы на день
  3. Операционный день банка
  4. Резня в День святого Валентина
  5. Генри Тодд. Умри но сделай: важные дела каждый день, 2015
  6. Глава 26 Это он
  7. Глава 11
  8. Глава 6
  9. Глава 3
  10. Глава 12
  11. Глава 50 Фима
  12. Глава 1
  13. Глава 3 Начало
  14. Глава 35 Флешбэк № 7
  15. Глава 18 Бикфордов шнур
  16. Глава III. ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ
  17. Глава 13