<<
>>

Глава 13

Утром Оксана созвонилась с Кротенко и попросила дать список съемочной группы. Режиссер пожаловался, что очень занят, в ближайшие дни должен отправиться на съемки, а у него почти ничего не готово.

Отсутствие Риты, тянувшей на себе всю организационную работу, очень для него чувствительно, и он еще не нашел ей замену.

— Ты хочешь с каждым из них побеседовать? — нервно поинтересовался он. — Поехали со мной на съемки в Млинов, там будет большинство из той киносъемочной группы. Мне некогда составлять список!

— Не может быть, чтобы у вас его не было!

— Есть, но у Риты в компьютере.

— В чем тогда проблема? У вас нет доступа к нему?

— Хорошо, когда буду в нашем «продакшн», найду его и перешлю тебе. Не обещаю, что это будет быстро.

— Когда сможете, главное, чтобы не забыли.

Оксана занялась домашними делами, приготовлением обеда, когда ей позвонил Якимчук.

— Олег тебя напряг? Ты у него в офисе?

— Пока на свободе. Олег меня понял и одобрил, не то что некоторые.

Якимчук сделал вид, будто не понял, кто эти «некоторые».

— Мне позвонила сожительница Алмазова. Она напугана — ночью в доме кто-то был, не исключено, что и сейчас там находится. Ночь она провела, закрывшись в спальне, а утром покинула дом и напросилась побыть у соседей.

— Любопытно! В доме имеются ценности и ночью за ними пришли?

— Я сейчас еду к ней.

— Это можно понять как приглашение составить компанию?

— Если у тебя есть время и желание.

— Желание есть, и огромное. Спасибо, Петр Николаевич! Бегу, лечу!

Оксана наскоро объяснила тете, что ей надо уехать по неотложным и важным делам. Когда она подъехала, автомобиль следователя уже стоял у ворот дома Алмазова. Калитка оказалась открытой, и она прошла к дому. Это был ее третий визит сюда, и каждый раз она испытывала разные чувства. Накануне первой встречи с известным писателем у нее от волнения замирало сердце, на вечеринку она шла с радостным любопытством, а сейчас ощущала тревогу.

Оксана позвонила в дверь, и ей открыл мужчина с приятным лицом, которого она сразу вспомнила, — помощник оператора Володя.

— Здравствуйте. Пройдемте в гостиную.

В комнате кроме Якимчука и Веты оказался длинный, худой Никита Трофименко, оператор.

— Наш главный специалист по эзотерике, — представил ее Якимчук не без доли иронии.

— Мы знакомы, — напомнила ему Вета.

— Ах да, вчера на опознании, — будто бы вспомнив, спохватился следователь.

— И гораздо раньше. — Трофименко встал, церемонно поцеловал руку Оксане и усадил ее в свое кресло, а сам пересел на стул.

Оксана, оказавшись в центре внимания, почувствовала себя «свадебным генералом».

— Ты долго ехала. Мы обошли весь дом и никого не обнаружили. Даже если кто-нибудь и приходил ночью, то уже ушел. Замки целые, следов отмычек нет, да и замки очень солидные — так просто не откроешь. Однако следы постороннего посещения хозяйка дома все-таки заметила. Видимо, воспользовались ключами Алмазова. Вопрос — с какой целью приходили? Ничего не пропало. — При этом следователь в упор посмотрел на Вету, и та подтвердила:

— Все на месте, и нет следов, чтобы что-то искали. Знали, зачем приходили.

— Взяли и ушли, — резюмировал Якимчук и продолжил рассуждать: — Что бы это могло быть: ценности, деньги или что-нибудь иное?

— Не знаю. Вениамин крупные суммы денег дома не держит, все на банковском счете. Особых ценностей тоже нет. К тому же все цело.

— Учитывая, что проникновение произошло ночью, он — или они — слишком хорошо ориентировались в большом незнакомом доме. Вы шум слышали?

— Я долго не могла уснуть и выпила таблетку снотворного. Она уже начала действовать, я была как пьяная, когда услышала… Шаги! Признаться, до меня это дошло не сразу. А когда поняла, бросилась к двери, удостоверилась, что она закрыта. Меня всю трясло от страха!

— Вы всегда закрываете двери спальни ночами?

— Всегда, когда одна в доме.

— Как вы думаете, куда направлялся ночной гость?

— Моя спальня, как и Вениамина, расположена на первом этаже.

Он шел к лестнице, которая ведет на второй этаж. Мне показалось, или это было в самом деле, что он задержался у моей двери! Я чуть не умерла от ужаса, решив, что он будет взламывать двери, но он пошел дальше.

— У вас добротные дубовые двери, взломать их непросто. Что было дальше?

— Я простояла всю ночь у двери, едва не околев от холода, пока не догадалась закутаться в одеяло. Когда рассвело, я позвонила Никите — он наш ближайший сосед — и попросила его прийти.

— Мне пришлось перелезть через забор, и это было непросто, — добавил Трофименко.

— У вас же дистанционно открываются ворота, калитка, двери в доме? — удивился Якимчук.

— Пульты управления находятся в столовой на первом этаже и в кабинете Вениамина на втором. Когда Никита позвонил в дверь, я решилась выйти из комнаты и отправилась к нему домой.

— Вы в дом не входили? — Якимчук обратился к оператору.

— Вета не дала мне этого сделать. Я позвонил Володе, вызвал его на подмогу. Затем Вета позвонила вам.

— А позвонить в полицию «101» ночью, когда неизвестный был еще в доме, вы не догадались? — раздраженно поинтересовался следователь.

— Я боялась своим голосом привлечь его. Сейчас понимаю, что это было глупо, — жалобно повинилась Вета.

— Тело мужчины, которое вам было вчера предъявлено для опознания…

— О Господи! — воскликнула Вета.

— …не является телом вашего мужа. Вы оказались правы.

— Слава Богу! — обрадовалась Вета.

— Если бы вы ночью догадались позвонить в полицию, возможно, удалось бы задержать ночного визитера и узнать у него, где и что с вашим мужем.

— Какая я дура! В следующий раз я так и сделаю!

— Боюсь, что тот, кто приходил ночью, ушел отсюда не с пустыми руками, так что следующего визита не будет, — подытожил следователь и недвусмысленно посмотрел на ручные часы, тем самым показывая, что свою миссию он выполнил.

— Раз уж я здесь, вы позволите мне пройтись по дому? — осведомилась Оксана у Веты.

— Пожалуйста, — недоуменно пожала плечами Вета. — Конечно, я все вам покажу.

— Личность сгоревшего мужчины в автомобиле вы не установили? — спросила Оксана у собравшегося уходить следователя.

— Пока нет.

— У меня есть на этот счет некоторые соображения.

— Я спешу! Позже расскажешь, — отмахнулся от нее Якимчук и вышел из комнаты. Вслед за ним ушли оператор и его помощник.

— Далеко Трофименко от вас живет?

— Рядом, меньше чем за сто метров.

— Его помощник, Володя, словно тень Трофименко. А он где живет?

— На Южной Борщаговке, если добираться автомобилем, то недалеко. Идемте, совершим экскурсию по дому.

— Если можно, начнем с подвала, — попросила Оксана.

В подвале было чисто и не очень загромождено, как обычно бывает в подобных местах. Находившиеся тут вещи были аккуратно разложены. Оксана обошла подвал по периметру и даже простучала некоторые стены, но ничего похожего на скрытое тайное помещение не обнаружила. Вета с недоумением наблюдала за странными для нее манипуляциями, молчала. На первом этаже находилась огромная гостиная, столовая, кухня, две спальни хозяев, санузел с ванной-джакузи и кладовка. На втором этаже — четыре гостевые спальни, кабинет Алмазова, комната со спортивными тренажерами и бильярдная. В кабинете Оксана задержалась, внимательно все осмотрев. Кроме двух акварельных пейзажей на стене висел портрет хмурого мужчины в сюртуке и цилиндре.

— Кто это? — поинтересовалась Оксана.

— Герой романа Вениамина — Шарль де Виржи.

— Неужели он так выглядел?

— Это копия старинного портрета — по крайней мере, так мне сказал Вениамин.

— Откуда этот портрет?

— Вениамин его приобрел, вот только не знаю, где и при каких обстоятельствах.

— Неужели это в самом деле шевалье Шарль де Виржи? — Оксана всмотрелась в черты мужчины, изображенного на портрете. На вид ему было лет сорок, но вполне возможно, что и меньше, — серая одежда и угрюмое выражение лица могли старить. Продолговатое лицо, длинные волосы, тонкий нос с горбинкой и чересчур бледный цвет кожи, считавшийся в те времена признаком аристократичности. Оно будило какие-то ассоциации, но они, появившись на мгновение, тут же исчезли.

— Вениамин был в этом полностью уверен, — твердо сказала Вета.

— Вы не могли бы посмотреть в столе Вениамина Игнатьевича рукопись, послужившую сюжетом для романа?

— Вениамин жив и, возможно, в ближайшее время вернется домой. Он будет крайне недоволен, узнав, что я или кто-то другой рылся в его бумагах.

— Судя по ночному происшествию, ключи Алмазова находятся в чужих руках, как и он сам. Не исключено, что в документах можно найти след, который подскажет, где его искать.

Вета заколебалась и после небольшой паузы все же решилась:

— Хорошо, давайте вместе посмотрим.

Их поиски довольно быстро закончились, так как бумаг у Алмазова оказалось чрезвычайно мало. Не было и рукописи, лишь пожелтевшие листки очень старого дневника, судя по датам — первой четверти двадцатого столетия. Видимо, Алмазов хранил всю свою информацию в электронном виде. Разочаровавшись результатами поисков, Оксана напоследок сфотографировала на гаджет портрет де Виржи и листки найденного дневника.

Уже прощаясь, Оксана спросила:

— Помнится, когда я пришла в первый раз, газоны подстригал какой-то мужчина. Вы не скажете, откуда он, где живет?

— Зачем он вам? — Вета удивленно пожала плечами. — Его нанял Вениамин, и я о нем ничего не знаю. Поработал, получил деньги и ушел.

— У него был неопрятный вид…

— В этом фишка Вениамина. Он часто нанимал на работу бродяг, не столько из-за дешевизны их услуг, сколько для последующей беседы. Он обязательно расспрашивал их. Его, как писателя, интересовали жизненные истории. Ведь интерес читателя вызывают именно трагические истории, и лишь в конце он желает, чтобы они счастливо заканчивались. К сожалению, в жизни, в большинстве случаев, все наоборот.

Приехав домой и увидев, что к тете пришла ее подруга, Оксана закрылась в своей комнате и, перебросив сфотографированный дневник в компьютер, стала читать.

Моя любимая Яринка! Умом понимаю, твоя душа навсегда покинула бренное тело и землю, вознесшись на небеса, но я по-прежнему ощущаю твое присутствие рядом со мной и днем, и ночью. Возле твоей фотографии в серебряной рамочке я зажег свечу. Тепло от нее — это твое тепло, к несчастью утраченное мною.

Почему ты не дождалась меня, а решила все сделать сама, отправившись в злополучный Млинов? Возможно, тогда сложилось бы все по-иному? Ведь через какие опасности и невзгоды мы прошли, находясь в самом горниле гражданской войны, и нас уберегло то, что мы были вместе.

В нынешнее время начался новый виток борьбы с религиозными пережитками, и я не смог заказать в церкви панихиду за упокой твоей светлой души. Владимирский собор превращен в Музей антирелигиозной пропаганды, взорван красавец Никольский собор,[13] где мы с тобой венчались в 1919 году, его уничтожили подобно другим монастырям и многим церквям. На месте варварски разрушенного Михайловского Златоверхого[14] с его неповторимыми фресками строят правительственный квартал. Как могла подняться рука на это чудо из чудес?!

Вот так обстоят дела в любимом тобою городе, над которым давно сгустились мрачные тучи, несмотря на победные марши, доносящиеся из раструбов уличных громкоговорителей. Уповаю на то, что тебе в небесных чертогах много лучше, чем мне на земле.

Выйдя из заточения в Лукьяновском замке, я был сражен известием о твоей смерти, погрузившей меня в глубокую депрессию. Мысли о смерти преследовали меня — да, я хотел умереть! И тут я вспомнил о твоем желании закончить незавершенный роман твоего брата о приключениях шевалье Шарля де Виржи, вашего далекого предка. И я засел за него! Ты поражена, что я через много лет взялся за перо, хотя, как помнишь, зарекся это делать? Я тоже не менее тебя этим удивлен, и на это есть свои причины. Начну все по порядку.

Друзья, узнав, что я освобожден, настояли и помогли мне вернуться на работу в библиотеку университета. И вот я подхожу к тому, что со мной вновь произошло, как много лет тому назад. Прошлое не исчезает, оно всегда с нами, лишь ждет удобного момента, чтобы заявить о себе. Не знаю, возможно, это совпадение, но, работая в архиве университета, я нашел лист с утвержденными темами научных работ, среди которых увидел свою, так и не законченную — «Ведьмачество и оборотничество в украинских землях в ХVII–XVIII ст.». В памяти всплыли воспоминания об удивительных и невероятных событиях тех лет. К сожалению, я только историк и не могу в полной мере вникнуть и правильно истолковать современные теории об относительности времени и его свойствах. В моем дилетантском понимании этого существует зыбкая грань между прошлым и будущим, которую не дает преодолеть лишь недостаточное развитие науки. Помнишь, я тебе рассказывал, как на непродолжительное время внезапно оказался в одиннадцатом веке? Ты мне не поверила, посчитала моей фантазией, но это в самом деле со мной произошло. Возможно, я попал в «нору времени», о которой упоминается в работе Эйнштейна, хотя она оказывается достижима и без достижения скорости света, ибо имеет совсем другую природу. Я не физик и не буду строить догадки, наивные из-за моего невежества в этом вопросе. К чему я так долго и витиевато веду? К тому, во что мне самому трудно поверить, чтобы поведать тебе дальнейшее! Вот, кажется, набрался храбрости.

Той ночью меня озарили необычные видения, подобные тем, которые появились, когда я узнал историю казака Данилы и его несчастной возлюбленной Христины. И это был, как и тогда, не сон, и я был непосредственным свидетелем происходящего. Ты готова услышать то, к чему я никак не могу подойти? Для меня это все равно что нырнуть в воду с высокого дерева или скалы!

На этот раз эти видения касались вашего предка — Шарля де Виржи! Ты поражена? Я тоже! Помнишь, рукопись де Виржи обрывалась на том, что он решил уехать на время из Чернобыля, оставив там семью, и отправиться в Париж?

Так мне стало известно, что с ним в дальнейшем произошло. Я бродил с де Виржи улочками Парижа, спускался с ним в катакомбы, где до сих пор лежит мумифицированное тело Фламеля в его ужасной лаборатории, а рядом — тело замученной им несчастной Жанны. Сколько раз де Виржи готовился, надев маску, отправиться на охоту, чтобы, отняв чужую жизнь и глотнув из маленького пузырька эликсир, безгранично продлить свою, и лишь в последний миг передумывал. Но однажды он переступил через этот барьер и довел ужасную затею до конца… Его жертвой стала молоденькая помощница модистки, совсем девочка. Мне пришлось за всем этим наблюдать, трясясь от ужаса и омерзения, вызванных его поступком, и не имея возможности вмешаться и остановить его. Вот так чудовище-убийца Арлекин, умерший от его руки, снова получил новую жизнь, уже после своей смерти!

На следующее утро после этих ужасных событий де Виржи заметил в зеркале, что у него разгладились морщины на лбу, загорелся взгляд, в последнее время казавшийся потухшим, тело наполнилось энергией, отнятой у несчастной девочки. Изменения в организме так обрадовали его, что он даже не удосужился предать земле останки несчастной девушки и оставил их в катакомбах. Вскоре он отправился на новую охоту, и все повторилось опять! Я молил Бога избавить меня от этих видений, мучил себя бессонницей или оглушал лошадиной дозой снотворного, однако кошмарные сны с неумолимой жестокостью вновь настигали меня.

После третьей жертвы де Виржи, казалось, одумался. Несмотря на то что его лицо стало гладким и помолодело, он пошел к священнику и исповедался, и тот наложил на него суровую епитимью. Однако ночью, испугавшись, он вернулся к дому священника и заколол его кинжалом. Затем он вернулся в Чернобыль, где проводил дни и ночи в молитвах и покаянии. Жена и дети были в отчаянии, не понимая, что с ним происходит. И вот однажды ночью он вышел из дома и направился к болоту — их, как ты помнишь, в Полесье в изобилии. Скинув плащ и шляпу, он приготовился нырнуть в зловонную бездну. Но перед тем задумался и провел в размышлениях час, другой. Затем, оставив плащ и шляпу у болота, ушел в противоположную от дома сторону. На этом, казалось, мои мучения закончились, и несколько ночей я провел спокойно, но потом вновь возник де Виржи! Он ни капли не изменился, зато его младший сын был уже глубоким немощным стариком, без посторонней помощи не покидавшим кресла. Де Виржи приехал в свой дом под чужим именем с рекомендательным письмом к своему внуку, представительному мужчине в зрелом возрасте. Когда он случайно оказался возле своего портрета, у его сына, безучастно сидевшего в кресле, вдруг оживился взгляд и он стал что-то неразборчиво говорить, однако окружающие не поняли старика. Вскоре, видимо устав, он стих. Шарля разместили на ночь в гостевой. Когда в доме все уснули, он проник в свою бывшую комнату и открыл потайную каморку, ту, которую мы с тобой обнаружили. Он оставил там темно-зеленую маску, перстень с камнем, небольшой флакон и рукопись. Затем он вышел из дома и, стоя на крыльце, произнес вслух:

— Всегда надо завершать начатое, как бы поздно для этого ни было! — И зашагал по той же тропинке, что вела к болоту.

В этот раз он не раздумывал и, сразу кинувшись в вонючую трясину, скрылся в ней, словно спрятавшись от чего-то более страшного. Лишь пару раз поднялись пузыри на поверхность, и все успокоилось — как будто ничего не произошло. От него не осталось никаких следов.

Роман, как ты и хотела, я закончил, но хочу тебя успокоить, Яринка, — о своих видениях я не написал ни слова. Как и хотел Дмитрий, я показал в финале романа, что Шарль де Виржи сумел перебороть своих демонов и не пошел путем чудовищного Фламеля. Он осознал, что человеческая жизнь — главная драгоценность, на которую нельзя покуситься из прихоти или корыстных желаний. Однако роману придется очень долго дожидаться встречи с читателями — он не отвечает духу и требованиям нынешнего времени.

На этом удивительные события не покинули меня. Три дня тому назад, когда я, спеша на работу, вошел в университет, меня окликнули:

— Василий Иванович Хома! Какая приятная неожиданность!

Насмешливый голос я сразу узнал, и он не сулил мне ничего хорошего…

Закончив чтение, Оксана задумалась. Похоже, что человек, писавший это, имеет проблемы с психикой: общается в дневнике с умершей женой, верит, что путешествует во сне в прошлое: становится свидетелем убийств, совершенных Шарлем де Виржи ради продления жизни. Верит, что де Виржи это удалось, раз тот, не изменившись внешне, вернулся в свой дом, когда внуки уже стали стариками. На первый взгляд, это ничего не дает для поиска пропавших девушек.

«Какое отношение эта фантастическая история из прошлого может иметь к реальному исчезновению девушек в наше время? Зло всегда реально и имеет конкретный адрес».

Интуиция подсказывала Оксане, что что-то прошло мимо ее внимания. Невольно в ее памяти промелькнули детали двух встреч с Вероникой, и ее осенило: «Фотография! Как я упустила это из виду?»

Оксана открыла папку с фотографиями в айфоне. Перед ней замелькали фотографии из поездки в Турцию. Величественные дворцы, стройные минареты с полумесяцами, богато украшенные мечети, оживленные улицы, площади с обязательными, не похожими друг на друга фонтанами, знакомые лица. А вот и фотография светловолосой девушки, сидящей на стуле у окна. На первый взгляд, в ней нет ничего особенного.

«Присланное фото подруги скорее напугало Веронику, чем успокоило, а экстрасенс подтвердила плохие предчувствия девушки».

Особого доверия к экстрасенсам у Оксаны не было, и все же она перезвонила Якимчуку.

— Я хотела бы провести экспертизу фотографии пропавшей девушки. Вы мне поможете?

— Козлова, вечно ты со своими заданиями. Манипулируешь мною, пользуясь моей слабостью к тебе, — недовольно забубнил следователь. — Хорошо, я созвонюсь с частным экспертом, Вадимом Николаевичем. Сама отвезешь ему фотографию.

— Спасибо, Петр Николаевич, вы моя палочка-выручалочка.

— Договоришься, Козлова! Ты своими словами меня на грешные мысли наводишь.

Вскоре следователь перезвонил и рассказал, куда ей надо ехать и к кому обратиться.

Частный независимый экспертный центр находился на Сырце в двухэтажном белоснежном здании, обшитом сайдингом. Вадим Николаевич принял Оксану сразу. Это был мужчина лет пятидесяти, с внешностью профессора вуза — круглое холеное лицо, высокие залысины и почти полностью седые волосы. Он ее встретил в белом халате, подобно врачу, и сразу завел в лабораторную комнату, заставленную множеством приборов. Присев за стол, на котором находился мощный микроскоп, он указал ей на стул напротив и нетерпеливым тоном крайне занятого человека, которого оторвали от важной работы, произнес:

— Ну-с, показывайте фотографию.

Оксана вытащила из сумочки айфон, нашла на нем фотографию и протянула эксперту. Тот быстро перебросил фотографию на компьютер.

— Что вы хотите о ней узнать?

— Все, что вы можете о ней рассказать.

Эксперт стал внимательно изучать изображение на экране, словно картину, выделяя и увеличивая то один, то другой участок. Оксана молча наблюдала за ним — теперь он имел сосредоточенный вид отрешенного от окружающего мира человека.

— Занятно, — произнес Вадим Николаевич. — Снимок любительский, с использованием примитивной пленочной «мыльницы». Неправильно выбрана экспозиция для такого освещения, но, возможно, это было сделано не от неумелости фотографа, а специально. Со снимком не работали в «фотошопе», однако довольно умело использовали ретушь. У фотографируемой девушки заметна искусственность ее положения.

Оксана затаила дыхание, а эксперт продолжил голосом лектора:

— С возникновением фотографии, в начале девятнадцатого столетия, первые снимки были очень дорогими, и это понятно, учитывая применяемые материалы и их количество. Если сопоставить цены с нынешним курсом, то фото в то время стоило порядка нынешних двухсот долларов. Поэтому фотографировались в крайних случаях, и отнюдь не в радостных, — так возникла мода на посмертную съемку. Мертвых фотографировали в позах, будто они еще живые, используя для этого всевозможные приспособления, незаметные на фотографии. Часто мертвых фотографировали в окружении живых людей, и порой было трудно отличить, кто из них мертвец. В наше время мертвых фотографируют разве только в гробу, и даже имеется мнение, что сфотографироваться рядом с мертвецом — это к несчастью. На фотографии, которую вы мне дали, с уверенностью восемьдесят против двадцати изображена мертвая девушка, данное положение ей придают приспособления. Невооруженным глазом их не заметишь, но при увеличении деталей изображения это заметно. Зрачки ее глаз подрисованы на фотографии, поэтому понадобилась ретушь.

— Вы можете официально это подтвердить для возбуждения уголовного дела?

— Заключение дам, но то, о котором сказал вам: 80 на 20 %. Есть определенная доля вероятности, что девушка жива и находится в одурманенном состоянии, поэтому ее зафиксировали с помощью приспособлений.

— В таком случае уголовное дело могут не возбудить. Требуется доказать, что девушку на фотографии удерживают силой, — задумчиво произнесла Оксана.

— Вы правы. У вас еще есть ко мне вопросы?

Попрощавшись, Оксана поехала домой, где ее встретила тетя с горящими от возбуждения глазами, как обычно бывало, когда она собиралась рассказать очередную страшилку.

— Оксаночка, тебя вечно нет дома, а в городе происходят такие ужасы! — Тетя театрально закатила глаза, словно собиралась упасть в обморок.

— Кто-то что-то о чем-то сказал? — машинально спросила Оксана, думая о том, как бы побыстрее проскользнуть к себе в комнату и при этом не обидеть тетю.

— Об этом в газете написано! — строго пояснила тетя, считая еще с советских времен, что там может быть только правда. — В городе появился маньяк, который под впечатлением просмотренного фильма похищает и убивает молодых девушек!

Оксана, уже взявшись за ручку двери, застыла на месте, а затем резко обернулась:

— Тетя, можете дать мне прочитать эту статью?

Довольная тетя протянула ей заранее приготовленную газету, одновременно рассказывая, что она по этому поводу думает, но Оксана, едва увидев заголовок «Охота на актрис», не слушала ее.

Взяв газету, она быстро пробежала взглядом статью. В ней говорилось, что в основе фильма «Красная маска» лежит легенда об алхимике Фламеле, который узнал чудовищный рецепт вечной жизни. Появившийся на экранах фильм «Красная маска» дал толчок к странным событиям. Две актрисы, снявшиеся в нем в роли жертв, бесследно исчезли, но перед этим одна из них подала в милицию заявление о нападении на нее человека в страшной смеющейся маске. Автор сценария фильма, известный писатель Алмазов, тоже внезапно исчез, а помощник режиссера N была обнаружена задушенной. Окончание статьи было неоднозначным: в нем выдвигалась версия, что к этому, возможно, причастен психически больной человек, а возможно, кто-то пытается реанимировать эти чудовищные ритуалы, которые могут оказаться совсем не плодом больной фантазии. Редакция газеты решила провести журналистское расследование этих странных событий с привлечением известных экстрасенсов. Под статьей была подпись: Денис Ложечников.

— Я вот думаю, что этот маньяк-душитель до сих пор жив и, посмотрев фильм про себя, ужасно рассердился! — в сознание Оксаны пробился голос тети. — Решил отомстить всем, кто причастен к этому фильму. — И она добавила зловещим голосом: — Так что еще будут жертвы!

— Чем же ему фильм не угодил?

— Рассказал о его тайне — теперь все будут о ней знать! — убежденно воскликнула тетя.

— Какую тайну, тетя?

— То, что он живет вечно и каким образом ему это удается!

— Фильм совсем о другом, и главным там является история любви двух молодых людей. Главный герой спасает любимую от гильотины, хотя на самом деле ее казнили.

— Мне надо обязательно посмотреть этот фильм! — явно заинтересованная, заявила тетя.

— Хорошо, тетя. Я вас подвезу в кинотеатр «Слава», там идет этот фильм.

— Я пойду с Лидой, она тоже хочет посмотреть эту картину.

— Разумно, в компании будет веселее, фильм довольно мрачный.

Оксана зашла в свою комнату. Ее удивила реакция тети.

— Надо же — тетя собралась в кино! — Оксана вспомнила, что совсем недавно тетя ругала современные фильмы за их бездуховность и скудость мысли и с ностальгией вспоминала старые, ровесники ее молодости. Она говорила, что двадцать лет не была в кино и не будет больше. А тут прочитала газету — и уже идет на фильм. Что значит женское любопытство!

Тут Оксану осенило.

«А ведь статья, похоже, заказная! Журналист, написавший ее, хорошо знаком с темой, в статье есть все, что привлечет внимание читателей и будущих зрителей, — таинственные происшествия из прошлого, имеющие продолжение в наше время. Даже тетю, не уходившую от дома дальше, чем до ближайшего магазина, как проняло и заинтересовало! И насколько своевременны эти события для успешного проката фильма! А если это не совпадение, если эти события были заранее спланированы?» Оксана почувствовала возбуждение от возникшей у нее версии.

За Вероникой по дороге в общежитие «охотился» некто в маске, у которого на самом деле была цель не напасть, а напугать ее. Наверное, он рассчитывал, что она сразу обратится в милицию, но девушка сделала это только после исчезновения подруги. А может, «нападение» и «исчезновение» подружек — это хорошо оплаченная договоренность с продюсерами фильма и Вероника сыграла перед ней порученную ей роль? И сейчас новоиспеченные актрисы где-то отдыхают, ожидая, пока пройдет оговоренное время и они смогут вернуться? То же самое и с «похищением» Алмазова. Ночью домой приходил именно он, а не кто-то другой, просто ему что-то понадобилось. Вуаля — и все вернутся на свои места! Или не все?

«А как же насильственная смерть помрежа Риты? — задала себе вопрос Оксана и тут же ответила: — Исчезновение актрис и писателя Алмазова — это одни события, и смерть Риты с ними не связана. Ведь Якимчук, опытный следователь, расследуя ее, больше склоняется, что она произошла на основе бытовых отношений. Рита была беременна, а у ее парня не было желания узаконить с ней отношения. Неужели из-за этого так просто убить человека, а в этом случае — двух, ее и неродившегося ребенка?

Что-то я себе напридумывала, — тут же спохватилась она. — А если показать фото Якимчуку и рассказать результат экспертизы? Впрочем, маловероятно, чтобы Якимчук принял мои доводы и эту фотографию для расследования».

Ночью Оксане приснился портрет Шарля де Виржи, который оказался в ее комнате. Удивленная, она подошла к портрету, и тот вдруг начал расти, пока не приобрел размеры в человеческий рост, и это оказалось зеркало. Она увидела свое отражение рядом с де Виржи.

Испуганно отступила в сторону, чтобы скрыться от страшного соседства, но де Виржи вышел из зазеркалья и оказался рядом с ней в комнате. От охватившего ее ужаса Оксана проснулась.

Напряжение не отпускало ее. Казалось, в темноте комнаты кто-то прячется. Она быстро включила ночник и облегченно вздохнула — страхи были напрасными. И тут что-то хрустнуло за окном — там кто-то был!

Выключив свет, она с замиранием сердца приблизилась к окну. До нее донеслись едва слышные удаляющиеся шаги. Росшая под окном вишня и ночной полумрак затрудняли обзор, но на мгновение она увидела темный силуэт, мелькнувший в лунном свете.

Зачем кому-то потребовалось перелезть через забор и подобраться к ее окну, ведь калитку на ночь закрывают на замок? За ней наблюдают? Для чего?

<< | >>
Источник: Сергей Пономаренко. Формула бессмертия. 2017

Еще по теме Глава 13:

  1. Глава 11
  2. Глава 6
  3. Глава 3
  4. Глава 1
  5. Глава 2
  6. Глава 4
  7. Глава 5
  8. Глава 7
  9. Глава 8
  10. Глава 9