<<
>>

Глава 5

Прошло четыре дня с момента похищения Кристины, но пока ничего о ее судьбе не удалось узнать. По рекомендации Мустафы Оксана поселилась в районе площади Султанахмет, в отеле рядом с собором Святой Софии.

Каждое утро они встречались в расположенной неподалеку кофейне, возле рынка Араста, выпивали по чашечке круто заваренного кофе. Прощаясь, Мустафа расставлял перед собой руки открытыми ладонями к себе, поднимал глаза к небу и говорил, что сегодня Аллах обязательно поможет в их поисках. По договоренности он должен был сразу сообщить ей новости по мобильной связи, если, конечно, что-то обнаружит. День, казалось, тянулся бесконечно, а известий от Мустафы не было, и только в девять вечера они вновь встречались в той же кофейне, где он успокаивал ее афоризмами турецких мудрецов и призывал сохранять спокойствие. Но какое может быть спокойствие, если Оксану все время преследовали мысли о том, что сейчас может происходить с беззащитной Кристиной?

На следующий день после похищения позвонил Олег и передал телефон отцу девушки.

— Слушай, ты! — Голос мужчины охрип от бешенства. — Если с моей доченькой что-нибудь случится, я тебя живьем зарою!

Оксана молчала, не зная, что ответить, но не из-за того, что испугалась угрозы, хотя с его возможностями это не были пустые слова. Она физически ощутила, что чувствует этот человек, и, что бы она ни говорила, как бы ни успокаивала, ему нужна дочь, а не ее оправдания или объяснения.

— Согласно договору она должна была только следить, а не выполнять функции телохранителя! Так что ее вины в происшедшем нет! — послышался голос Олега, вставшего на ее защиту, и в этот момент связь прервалась.

Через два часа он позвонил, сообщив, что с отцом Кристины достигнуто взаимопонимание, так что пусть она спокойно занимается поисками.

От предложения Оксаны принимать непосредственное участие в поисках Мустафа наотрез отказался.

— Твое присутствие будет только мешать. Мне придется общаться с различными людьми, и как я объясню им, почему ты, чужестранка, находишься рядом? В некоторые места вообще нет входа женщинам, хотя бы в те же лупанарии.

— Что же мне делать все это время?

— Знакомься с городом или, если хочешь, отправляйся на Мраморное море, искупайся.

Оксану передернуло.

— Сейчас мне только моря не хватает.

Хотя совет познакомиться со Стамбулом Оксана восприняла не с экскурсионно-туристической целью, а чтобы в нем более свободно ориентироваться. Мустафа ее предостерег:

— Не выходи из гостиницы без паспорта и лучше сделай его ксерокопию — так надежнее. Это тебе поможет, если возникнут вопросы с полицией. Визитка гостиницы всегда должна быть с тобой — покажешь таксисту, и он из любого уголка города доставит сюда. Не пользуйся общественным транспортом в вечернее время. Постарайся постоянно находиться в людных местах и в случае опасности лучше обратись к турчанке, чем к мужчине. В случае приставаний или преследования поднимай как можно больше шума, чтобы привлечь к себе внимание. Женщина, бурно и громко отказывающая мужчине, здесь даст повод к осмеянию последнего, и потому излишний шум способен заметно остудить его пыл. Для подобных случаев Мустафа научил ее нескольким турецким фразам: «Айып!» («Позор!»), «Дефол!» («Убирайся!»), «Бырак бени» («Оставь меня в покое») или «Бени рахатсыз эдиёрсун» («Ты беспокоишь меня»).

И Оксана изучала Стамбул. Вначале, пользуясь своей фотографической памятью, запомнила подаренную Кристиной карту, а затем уже непосредственно знакомилась с живописными улицами и площадями. Живя в старинной части города, возле огромной базилики-музея Святой Софии, насчитывающей более чем полторы тысячи лет, она избегала туда зайти, как и в расположенную через площадь знаменитую Голубую мечеть.

«Я здесь не для того, чтобы ходить по музеям и экскурсиям». Она спокойно проходила мимо дворца Топкапы, бывшей резиденции султанов-османов, где простая славянская девушка Настя, известная как Роксолана, сделала головокружительное восхождение.

На улицах встречала множество туристов из разных стран, восхищавшихся достопримечательностями города и чувствующих себя вполне безопасно.

Мустафа пояснил, что в Турции, и в частности в Стамбуле, весьма безопасно, если правильно себя вести и не «перегибать палку». В 2008 году итальянка Джузеппина решила доказать всему миру, что все люди добрые и не причинят зла путешественнику.

Вооружившись своей художественной концепцией, она нарядилась в свадебное платье и проехалась автостопом по Ближнему Востоку. В турецком городе Гебзе, в окрестностях Стамбула, она была убита. Доказательство провалилось. Поэтому лучше избегать крайностей.

Каждое утро Оксаны начиналось с мыслей о Кристине, которые не покидали ее ни днем, ни ночью. Ее мучило желание самой включиться в поиски девушки, хотя она и понимала их неэффективность без знания языка.

В Стамбуле условно различают европейскую и азиатскую части, разделенные проливом Босфор, и основная часть публичных домов издавна расположена на европейской части, в районе Бейоглу, на улицах Кадем и Зюрафа. Но это не означало, что Кристина могла находиться именно там, с таким же успехом она могла оказаться в публичном доме в районах Аксарай и Лалели или даже в цыганском Сулукуле.

Оксану мучило острое желание побывать в тех местах, хотя она понимала, что это ничего не даст для поисков Кристины. В некоторые турецкие публичные дома был запрещен доступ не только женщинам, но даже европейцам, разве что в сопровождении турок. Со слов Мустафы, это объяснялось тем, что основной контингент подобных «увеселительных» заведений составляли не представительницы стран Восточной Европы, а сами турчанки, буквально проданные своими семьями или экс-супругами за реальные или предполагаемые нарушения морали и просто за безнравственные действия. И это были не самые страшные наказания за подобные проступки, так как в пределах больших городов действовали тайные религиозные суды — «темные трибуналы», следящие за соблюдением традиционной исламской этики и беспощадно наказывающие нарушителей.

Номер микроавтобуса, который запомнила Оксана, помог установить его владельца и несколько продвинуться в розыске. Но Мустафа по-прежнему считал, что еще преждевременно обращаться в полицию.

— В чем мы можем обвинить хозяина автомобиля?

— Как в чем? — возмутилась Оксана. — В похищении человека! Во всем мире это считается очень серьезным преступлением, и думаю, что Турция в этом смысле не исключение! А я — свидетель!

— Сколько, ханум, ты насчитала похитителей? Троих? Свидетельства троих турок, что они к этому непричастны, против одной «европейки»? Как думаешь, к чьим словам полиция прислушается?

— Подключим наше посольство.

— Это долгая песня, ханум. К тому времени, как дипломатические каналы заработают эффективно, девушка может исчезнуть. Бесследно! Недавно двое турок были обвинены в том, что они живьем закопали нелегально работавшую у них проститутку, попытавшуюся убежать. Они получили тюремный срок: один — три, другой — шесть лет. А в чем обвинят этих похитителей, уважаемая ханум, если девушку не найдут?

«Нет тела — нет дела!» — вспомнила Оксана давнюю поговорку, которая в ходу не у одного поколения следователей. И она согласилась с доводами Мустафы.

Втайне от Мустафы Оксана каждый день переезжала через двухуровневый Галатский мост, выходила на станции Каракёй, недалеко от Галатской башни, остроконечной вершиной устремившейся в небо.

Эта часть города располагалась на холмах и была плотно застроена, поэтому выглядела как огромная гора. Кругом высились огромные мечети, вились узенькие улочки, застроенные старинными домами с увитыми плющом подъездами. Улицы здесь вели то вверх, то вниз. Оксана спускалась в портовую часть, однажды даже посетила Рыбный рынок, где от обилия всевозможных морских чудищ и специфического запаха ее чуть не стошнило.

«Генел эвлер» она видела только издали, они ничем не отличались от соседних зданий, разве что тем, что в темное время суток обильно освещались «красными фонарями». Возле них имелись кабинки уличного туалета и душа — чтобы мужчины могли заранее подготовиться к удовольствию. Уличные торговцы продавали на лотках сладости — нечто похожее на пончики, залитые медом. Мустафа рассказывал, что это в давние времена считалось у прибывших моряков, основных завсегдатаев «генел эвлер», средством, повышающим потенцию, и с тех пор носит название «шлюшкина радость».

На этот раз она отправилась пешком по чрезвычайно красивой улице Истикляль, которая своей вычурной архитектурой больше напоминала старинную Европу. Она шла не спеша, невольно завороженная необычным видом старых домов. Улица была пешеходная, по ней лишь двигался допотопного вида бело-красный ретро-трамвай. Раздалась мелодия ее телефона — это был Олег.

— Я в Борисполе, через три часа встретимся. Есть новости, при встрече расскажу.

— Не томи! Лучше бы ты мне об этом не говорил, а то устроил сейчас пытку любопытством!

— Вычислили Алекса, который заманил Кристину в Турцию. Как и предполагали, это шантаж. Он познакомился с Кристиной в ночном клубе, накачал ее психотропами и сделал фотосессию в обнаженном виде, причем не одну… Шантажировал тем, что опубликует ее снимки в Интернете, а особенно пикантные снимки отправит по почте ей домой. Кристина не первая, кого он отправил таким образом в Турцию. С родителями он взял на понт, потому что не знал о ее отце-миллионере, а у нее хватило ума не показать себя девушкой денежной. Алекс выставил ей сумму в десять тысяч евро, посчитав ее для нее неподъемной. Она выплатила ему пять, сказав, что оставшуюся сумму выплатит при наличии гарантий, что все снимки уничтожены и нет копий.

— Это практически невозможно в наше время, — заметила Оксана.

— Алекс пообещал девушке дать расписку, в которой признается в шантаже в случае обнародования снимков, и тогда она сможет предоставить ее в правоохранительные органы. Понятное дело, он не собирался давать расписку, как и ехать в Турцию. Его цель — продать Кристину и получить за нее пять тысяч долларов.

— Он предоставил контакты в Турции тех, кто ее выкрал?

— Только электронные адреса и номера мобильных телефонов. Он поддерживал связь с неким Ахмедом, с которым случайно познакомился на отдыхе в Турции. Там тоже была история — Алекс влип в серьезные финансовые проблемы в казино. Ахмед ему помог выпутаться, а взамен получил заграничный паспорт и девушку, с которой тот приехал на отдых. В общем, Алекс — сволочь порядочная и уже находится в СИЗО, его накрыли на следующей жертве. Дома у него обнаружили картотеку из двух десятков девушек, которых он отправил таким образом на «заработки».

— Можно будет пробить номера местных телефонов! — оживилась Оксана.

— Для этого я и еду. Остальное расскажу при встрече — уже объявили посадку на самолет.

Известия от Олега Оксану обрадовали: наметился след и теперь они уже будут тут вдвоем. Она перезвонила Мустафе, сообщила новости и перенесла обычную встречу на десять вечера — по ее расчетам, Олег к этому времени приедет в гостиницу.

Этим вечером Оксана задержалась в Бейоглу дольше обычного, отправившись в обратный путь по своему излюбленному маршруту — мимо церкви Святой Троицы с двумя стройными колокольнями, к площади Таксим, где немного времени посидела на скамейке возле причудливого фонтана в малюсеньком парке Гези — небольшом островке зелени среди зданий из камня и стекла. В центре огромной площади в окружении аккуратных газонов высился внушительный монумент Свободы, который олицетворяла скульптурная группа во главе с национальным героем Турции Ататюрком. Площадь была всегда многолюдной, а к вечеру количество отдыхающих значительно возросло. Возвращалась она по улице Истикляль, освещенной множеством разноцветных огней, что было главным убранством открывшихся ночных увеселительных заведений.

Внезапно ее словно током ударило — возле входа в ночной клуб, расположившийся в старинном двухэтажном доме, она увидела горбоносого мужчину! Того самого, с которым разговаривала Кристина перед похищением. Горбоносый находился совсем рядом, всего в пяти шагах. Видимо, он почувствовал ее взгляд и резко обернулся. На мгновение его глаза сощурились, словно он прицелился в нее через оптику ружья, но тут же расплылся в улыбке и сделал несколько шагов ей навстречу. Оксана в замешательстве остановилась. «Что делать? Как себя с ним вести?»

— Наташа, хочешь красиво отдохнуть? Музыка, напитки — все за мой счет! — довольно чисто произнес на русском горбоносый.

— Я не «наташа»! — резко произнесла Оксана. Она знала, что «наташами» турки называют проституток славянского происхождения.

— Скажешь, как тебя называть, — согласно кивнул турок. — Пошли, не бойся, там весело!

Предложение было заманчивое — а вдруг горбоносый своими разговорами наведет на след Кристины? Вывеска ночного клуба выглядела солидно, было не похоже, чтобы это был скрытый бордель, — за несколько дней Оксана научилась в этом разбираться. С ней тот номер, что они провели с Кристиной, не пройдет — она умеет за себя постоять, да и помнит совет Мустафы, что нужно как можно больше шума создать, привлечь к себе внимание окружающих.

— Идем! — решилась Оксана и представилась нелюбимой формой своего имени: — Меня звать Ксюша!

— Молодец, Ксюша, не пожалеешь! — обрадовался горбоносый.

«Надеюсь!» С холодком в груди она прошла в открывшиеся перед ней двери, откуда доносилась музыка. Ее опасения были напрасными — небольшой зал был полон народа, мягкое освещение все время меняло цвет — от лимонного до голубого. На сцене — классический ансамбль из четырех парней в возрасте немного за тридцать, три гитары и ударная установка с дополнительными барабанами, которые занимали треть сцены. Из каждого била сумасшедшая энергетика, и они двигались, словно ртуть, завораживая чудесными голосами и музыкой. Никто из них не был статистом, каждый привлекал внимание своим выходом, и глаза разбегались — за кем наблюдать? Но когда пошел барабанный проигрыш, ударник просто покорил — в его руках палочки крутились с невероятной быстротой, словно пропеллеры. Он извивался, как уж, успевая стукнуть по всем многочисленным барабанам. При этом два продолговатых бочонка метра в полтора высотой стояли в стороне, но он добирался и до них, вскакивая и вихрем проносясь, чтобы снова вернуться на место.

У горбоносого оказался забронированным небольшой столик в углу, на возвышенности, откуда было хорошо видно сцену и в то же время из-за направленности колонок в другую сторону можно было разговаривать, лишь немного повысив голос. Оксана сделала для себя вывод: горбоносого тут знают и это хорошо — можно будет через персонал клуба получить о нем информацию; и второе — видимо, у него тут назначена встреча, но в таком случае зачем он ее сюда пригласил?

— Как тебя зовут? — наклонившись через столик, громко, перекрыв музыку, спросила Оксана.

— Ахмед, — больше догадалась она по движению губ, чем услышала.

«Неужели это тот самый загадочный Ахмед, с которым непосредственно вел дела Алекс? Это удача!» Но Оксана всегда настороженно относилась к необычайному везению, не без оснований считая, что порой за ним кроется коварная ловушка. Вновь холодок пробежал у нее в груди, предостерегая об опасности. На первый взгляд, она тут в безопасности — слишком много народу. Но если вдруг ей тут станет плохо, кто обратит внимание, что к выходу потащат в невменяемом состоянии перебравшую алкоголь туристку? Она решила поостеречься и ничего не пить. Кто знает, может, бармен — человек Ахмеда?

К их столику подошла высокая женщина в вечернем блестящем фиолетовом платье, обтягивающем фигуру, с необычайно роскошными темными волосами, уложенными в красивую прическу. На ее лице не читалось эмоций, как и во взгляде черных, словно антрацит, глаз, который она вскользь бросила на Оксану, и та интуитивно ощутила опасность. Впрочем, как по-иному может относиться женщина, придя на встречу и увидев, что ее место занято другой? Оксана почувствовала себя неловко.

Ахмед встал, улыбаясь, произнес несколько фраз на турецком. Женщина молча выслушала его, повернулась и скрылась в толпе танцующих.

— Мне, право, неудобно, — громко покаялась Оксана Ахмеду, вернувшемуся на место, — у вас тут было назначено свидание, а я ему помешала. Мы можем встретиться с вами в другой раз. Верните ее!

— В этом нет необходимости, — усмехнулся Ахмед. — Мне гораздо интереснее общаться с тобой, Ксюша.

И снова, словно Афродита из морской пены, из толпы танцующих показалась та женщина, в руках она несла два бокала с напитками. Она поставила их перед ними на столик и снова исчезла.

— Тебе — мохито с мартини, — сделал рокировку бокалов Ахмед. — Мне — чистый джин.

По уму было бы поменять бокалы — вдруг эта черноглазая что-нибудь подсыпала в мохито, но пить крепкий джин Оксане тоже не улыбалось. Она спохватилась: «Не слишком ли я самоуверенна? Никто не знает, где я и с кем».

— Я выйду, попудрю носик. — Поднявшись, Оксана произнесла избитую фразу из американских фильмов.

— Пойдешь в уборную? Это у выхода направо. Тебе что-нибудь еще заказать?

— Спасибо, пока ничего.

Туалеты в Турции — это отдельная песня, довольно грустная, но здесь он был еще более-менее, разделялся на две кабинки для мужчин (ВАY) и женщин (BAYAN). Кабинка была очень маленькая, Оксана закрыла за собой тонкую дверь, оценив, что человек снаружи при желании может услышать ее разговор. Поэтому решила говорить кратко и тихо, что было непросто — громкая музыка доносилась и сюда. Она набрала номер Мустафы:

— Приезжай, я в клубе на Истикляль. Вывеску я не заметила, но он в двадцати шагах от клуба «Babylon». — Она запомнила надпись белыми неоновыми буквами на кроваво- красном фоне. — Мне не звони и не подходи, наблюдай со стороны… — Оксане послышался шум за дверью, и она громко закончила: — Дорогой, сегодня я буду поздно!

Выйдя из кабинки, Оксана увидела у дверей ту самую женщину в фиолетовом платье. Выходит, она не покинула ночной клуб. И почему она оказалась у дверей туалета: выполняет поручение Ахмеда или самостоятельно решила проследить за возможной соперницей? Случайность, что она вдруг захотела «пи-пи», Оксана сразу отмела в сторону. Знает ли она русский и что она успела услышать?

— Извините, вы не знаете, сколько сейчас времени? — выпалила Оксана первое, что ей пришло в голову. Но та, словно глухонемая, никак не отреагировала на вопрос и молча скрылась в кабинке. Возвращаясь за столик, Оксана подумала, что задала Мустафе непростую задачу — на Истикляль ночные клубы на каждом шагу, знает ли он, где находится «Babylon», вряд ли являющийся знаменитым. Она допустила непростительную ошибку, не удосужившись посмотреть на название клуба, когда входила внутрь.

Ахмед встретил ее за столиком с улыбкой, и его бокал был наполовину пуст. Он начал задавать ей один за другим вопросы. Откуда она приехала? С какой целью? Приехала в Стамбул сама или с кем-то? Чем занимается по жизни? Замужем? Имеет ли бойфренда? Кто у нее родители? В ответах Оксана придерживалась той легенды, которую рассказала Кристине. Приехала сама, но уже тут познакомилась с отдыхающим парнем из Полтавы, который пытается за ней ухаживать. Этого парня Оксана специально придумала на всякий случай, если подруге Ахмеда удалось что-нибудь услышать из ее разговора. Оксана посчитала, что достаточно рассказала о себе, и сама перешла к расспросам.

— Ахмед, ты мне столько вопросов задал! Можно подумать, что ты хочешь взять меня на работу или замуж.

— Для того чтобы жениться, я тебя мало знаю, а вот чтобы взять на работу — все может быть. Сколько ты у себя получаешь денег за месяц? Назови цифру, только в долларах или в евро, чтобы мне было понятно.

Оксана представила себе, что ответила бы девушка, роль которой она играет. Наверное, слегка прибавила бы к реальной зарплате.

— Триста пятьдесят долларов или четыреста, — выпалила Оксана, делая вид, что и сама испугалась названной сумме.

Ахмед сочувственно покачал головой.

— Это очень мало. Ты целый год копила деньги, чтобы приехать сюда, и, наверное, не можешь позволить себе зайти в приличное кафе, питаешься где подешевле?

— Это мое дело!

— У нас ты бы получала в несколько раз больше.

— Где это — «у вас»? Чем ты занимаешься, Ахмед?

— У меня свой бизнес. Здесь мне уже надоело, пойдем в другой клуб. Тут очень много ночных клубов, и они не похожи друг на друга. Многие «ваши», приехав в Стамбул, дальше Истикляль никуда не ходят. Тут жизнь, тут весело! Пойдем, я познакомлю тебя с ночной жизнью Стамбула.

Оксана задумалась — прошло больше часа, как она звонила Мустафе, успел ли он сюда приехать?

— С удовольствием. Рядом находится «Babylon», очень хотела бы посетить его.

— Хороший вкус! Это один из старейших и популярных рок-клубов. В него надо заранее покупать билеты, но для меня это не проблема. Идем! — Ахмед поднялся. — Ты коктейль даже не попробовала?

— Я не употребляю алкоголь — вот такой у меня организм, — выкрутилась Оксана. — Дури и без него достаточно.

Как и пообещал Ахмед, для них не стало проблемой попасть в этот клуб, несмотря на то, что перед входом толпились желающие, у которых этой возможности не было. Зато неподалеку, прямо на улице, играл неплохой фольклорный ансамбль, собравший толпу зрителей, которые тут же и танцевали. Истикляль предстала перед Оксаной в новом, ночном обличье, сверкая огнями и гремя музыкой, наполняя все вокруг праздником, изгоняя мысли о чем-то плохом. Ее так и подмывало оглядеться по сторонам в поисках Мустафы, но она боялась привлечь этим внимание Ахмеда. Судя по услышанной характеристике клуба, Мустафа должен был знать его и находиться где-то рядом.

Клуб «Babylon» был на порядок выше предыдущего, начиная от стоящей у входа службы безопасности и до внутреннего интерьера зала, который хотя и был больше, но не для такого количества танцующих здесь людей. Со сцены по стенам полутемного зала метались разноцветные лучи прожекторов, но главным была живая музыка, которая властвовала тут. Играл и пел, видимо, очень популярный ансамбль, так как в перерыве между песнями слышались крики и визг фанаток. В отличие от посетителей предыдущего клуба большинство из тех, кто находился в зале, были туристами. Слышалась многонациональная речь собравшихся тут, казалось бы, со всего мира людей. Ахмед и Оксана протолкались к одному из баров, где он взял себе джин, а ей апельсиновый сок. Его она пила безбоязненно — вертлявый бармен прямо перед ней наполнил ее фужер. Оксана понимала, что Ахмед не зря так опекает ее, — этот вечер должен был чем-то закончиться и, по-видимому, не так хорошо, как хотелось бы ей. Впрочем, чего ожидать от торговца «живым товаром», поставщика проституток? Наверное, он действует по своему плану и в какой-то момент она должна оказаться в западне, запутаться, словно муха в паутине. Безопаснее для нее было бы прервать встречу, договориться о следующей, ведь она уже имеет ниточку, которая ведет к нему, — предыдущий клуб, где Ахмеда хорошо знают.

— Ночь только начинается, как и наше знакомство с ночным Стамбулом. Идем дальше, Ксюша! — снова предложил сменить место Ахмед.

— Я сегодня целый день провела на ногах, а здесь довольно интересно, — насторожившись, ответила Оксана.

— Много шума, сюда люди ходят танцевать, а не разговаривать. А мне хочется с тобой общаться, ведь я о тебе ничего не знаю.

— Мне казалось, что я уже рассказала о себе, причем довольно много. О тебе я тоже ничего не знаю.

— Спрашивай — мне нечего утаивать.

— Где ты так хорошо выучил русский язык? — поинтересовалась она, хотя на самом деле ей хотелось спросить напрямик: «Где ты прячешь Кристину?»

— Во время учебы в России. — Ахмед скривился. — Я устал перекрикивать этот шум.

— Не шум, а музыку. Хорошо, пойдем, если здесь недалеко. А пока я снова попудрю носик. — Оксана посчитала, что времени прошло сверхдостаточно и Мустафа должен быть где-то рядом, обеспечивая ей прикрытие. Она зашла в туалет, который здесь был значительно больше, на несколько кабин, но в нем толклись перед зеркалом туристки. Она подошла к окну и, прикрывая рукой айфон, перезвонила. Мустафа ответил сразу.

— Я в компании с одним из похитителей Кристины.

— Мне удалось вас сфотографировать, когда вы входили в этот клуб, без вспышки, чтобы не привлечь внимание. К сожалению, он как раз повернулся и лицо плохо вышло.

— Хорошо, сейчас мы перейдем в следующий клуб, я задержусь на выходе, который хорошо освещен, а вы попробуйте сфотографировать его еще раз. Олег приехал?

— Да, он поселился в той же гостинице, что и ты. Я ему звонил и рассказал, где ты находишься.

— Очень хорошо! После следующего клуба буду с Ахмедом прощаться.

— Будь осторожна! В случае чего поднимай как можно больше шума и обращайся за помощью к женщинам-турчанкам — это более действенно. И я буду рядом — при необходимости вызову полицию.

Выходя из клуба, Оксана как бы случайно уронила сумочку, затем, задержав Ахмеда, со смехом указала на рекламу находившегося напротив бутика по продаже нижнего белья. Людей на улице заметно прибавилось, и Оксана, глядя на сплошной людской поток, заволновалась. В такой толчее Мустафа мог легко потерять их.

Пока они шли к клубу, Ахмед рассказывал историю Истикляль, название которой переводилось как улица Независимости, а раньше называлась Главный проспект (Cadde-i Kebir) или на французский манер Grande Rue de Pera. Вдруг он увлек ее в одну из улочек и остановился перед старинным пятиэтажным домом. Здесь не было таблички с названием, но на втором этаже находился ночной стриптиз-клуб. Посетители занимали места возле подиума с шестом, на котором выступали девушки, поочередно сменяя друг друга, или сидели за столиками, что и выбрал Ахмед.

Зал был полупустой, с приглушенным светом, практически освещалось только место, где выступали обнаженные девушки. Неожиданно Оксана вновь увидела ту самую женщину в фиолетовом платье, она сидела за столиком с толстым круглолицым турком и курила кальян.

— Мне здесь не нравится, — заявила Оксана, осмотревшись, — я устала и хочу уйти!

— Хорошо, — сразу согласился Ахмед, — я вызову тебе такси, но надо будет перейти на другую улицу — тут кругом пешеходная зона.

— Не надо такси, моя гостиница недалеко, я прекрасно дойду пешком.

— Как хочешь, я тебя проведу.

— На улице полно людей, так что я сама справлюсь.

— Это только на Истикляль, а дальше в это время улицы пустынные, и одной идти небезопасно.

— Хорошо, — кивнула Оксана, зная, что ее будет сопровождать и страховать Мустафа.

— Мне надо тут встретиться с одним человеком, и потом мы сразу уйдем. А ты, чтобы не скучать, пока попробуй наши сладости. — Ахмед сделал заказ официанту, затем встал и пошел на выход из зала. Оксана колебалась. Может, сразу уйти и встретиться у входа с Мустафой? Но тогда она лишится возможности договориться о следующей встрече с Ахмедом, и это удлинит поиски Кристины.

Женщина в фиолетовом платье поднялась, смеясь, что-то сказала сидящему рядом турку и похлопала его по лоснящейся щеке. Проходя мимо столика Оксаны, она вдруг остановилась и села на место Ахмеда.

— Что, подруга, вляпалась? — криво улыбнулась она.

— Вы это о чем?

— Конечная остановка: всем выйти из метро! Ахмед узнал тебя, это ты бежала за микроавтобусом в аэропорту.

У Оксаны внутри похолодело.

— Он специально заманил тебя сюда — станешь его питомицей и будешь ублажать этих. — Улыбаясь, женщина помахала рукой толстому турку, с которым только что рассталась.

— Ты знаешь, где Кристина? Девушка, которую похитили в аэропорту?

— Знаю, но ты подумай о себе, иначе встретишься с ней не при тех обстоятельствах, на которые рассчитывала.

— Что мне мешает встать и уйти отсюда, пока Ахмед не пришел?

— Он внизу, ждет своих бандитов, которые займутся тобой. Так что ты отсюда не выйдешь.

— Зачем ты мне все это рассказываешь? Ты же с ним заодно?

— Я сама по себе и не знаю, есть ли я на самом деле, — с горечью произнесла женщина. — Глядя на тебя, вспомнила себя, как хотела спасти подругу и сама оказалась у них. Хошча калын,[6] подруга, скоро у нас будет много времени для общения!

— Подожди, здесь есть еще выход?

— Есть, через кухню. — Женщина указала на дверь, в которую заходили и выходили официанты. — Надо пройти по коридору, выйти в глухой двор, там есть лестница на террасу, по ней перейти и спуститься в другой двор — он проходной, и ты выйдешь на другую улицу. А там уж как тебе повезет! — Женщина ей кивнула и вернулась за столик к турку.

«Она хочет мне помочь или это путь в ловушку?» — лихорадочно думала Оксана, и направилась к центральному выходу, набирая на айфоне номер Мустафы. В случае чего он ей поможет. Однако телефон турка находился вне связи! Как может отсутствовать мобильная связь в центре Стамбула?!

Оксана прошла мимо охранника, который на нее никак не отреагировал, и это ее успокоило. Но когда вышла на площадку второго этажа, готовясь спуститься, она услышала внизу оживленный разговор на турецком и узнала голос Ахмеда. Если права та женщина, то Ахмед ее отсюда не выпустит! И как понять, что случилось со связью у Мустафы? Если бы она знала наверняка, что Мустафа ожидает у входа, то попыталась бы прорваться на улицу, но такой уверенности у нее не было. Он мог потерять ее в толпе, и к тому же это странное молчание телефона.

Оксана не хотела думать о том, что с ним могло произойти что-нибудь плохое. Она вернулась в зал и, стараясь держать себя в руках, направилась к двери, ведущей в служебные помещения.

За ней оказался длинный коридор, по обе стороны которого были двери. Из открытых нараспашку двустворчатых дверей доносился гул голосов. Оксана поняла, что это кухня. В этот момент навстречу ей вышел официант с полным подносом и, удивленно глядя на девушку, преградил ей дорогу и стал что-то энергично говорить на турецком.

— I don’t understand! Еxсuse me![7] — Оксана прошмыгнула между его подносом и стенкой, так что ему пришлось посторониться, чтобы не опрокинуть блюда.

Теперь она двигалась очень быстро, чуть не бежала, за спиной лишь услышала возмущенный вопль турка, но не обернулась. Вот и двери в конце коридора. За ней была ведущая вниз лестница с площадками-переходами в глухой двор-колодец, выглядевший весьма мрачно в темноте, словно пасть зловещего чудовища. «Это ловушка и я окажусь в западне?» От страха у нее сжалось сердце, но выбирать не приходилось.

Быстро спустившись, она заметила, что с одной стороны дома не примыкают вплотную друг к другу, как казалось сверху. Между ними имелась кирпичная стена высотой метра в два с половиной, на верх которой вела стационарная металлическая лестница с перилами. Значит, женщина в фиолетовом платье не обманула ее. Поднявшись наверх, Оксана вышла на террасу, соединенную с соседним домом. Добежав до ее края, она увидела лестницу, спускающуюся в следующий двор. Свет, падающий из окон дома, который находился напротив, лишь слегка рассеивал темноту.

Оказавшись внизу, Оксана не сразу обнаружила арку, что вела на улицу, откуда доносился шум проезжающих автомобилей. Перед тем как выйти из двора, она набрала Мустафу, но его телефон по-прежнему находился вне связи. Ничего, сейчас выйдет, остановит такси и уже в гостинице вместе с Олегом будет разбираться в этой ситуации.

«Ахмед видел меня в аэропорту, когда я пыталась помешать похищению, но что он может узнать обо мне? Кристина могла рассказать только то, что я случайная попутчица. Так что для Ахмеда я лишь обычная туристка».

В конце арки она увидела узорчатые ворота, которые были наполовину открыты. Светя фарами, проехало такси. Показался прохожий, который остановился у арки. Оксана ускорила шаг, и в этот момент проезжающий автомобиль осветил прохожего: Ахмед!

Оксана остановилась, но тут ее с двух сторон подхватили сильные руки, лишив движений, и поволокли к нему.

— Еще раз здравствуй, «наташа»! — зловеще ухмыльнулся Ахмед.

На лицо девушки легла повязка со сладковатым запахом, и она отправилась в беспамятство.

<< | >>
Источник: Сергей Пономаренко. Формула бессмертия. 2017

Еще по теме Глава 5:

  1. Глава 11
  2. Глава 6
  3. Глава 3
  4. Глава 1
  5. Глава 2
  6. Глава 4
  7. Глава 5
  8. Глава 7
  9. Глава 8
  10. Глава 9
  11. Глава 10
  12. Глава 12
  13. Глава 13
  14. ГЛАВА 2.
  15. Глава восьмая, в которой анализируется соответствие трат и жизненных приоритетов
  16. ГЛАВА 1. ВВЕДЕНИЕ
  17. Глава 8 Расследование
  18. Глава 13 За знакомство