<<
>>

Второе направление Нового курса: победоносный доллар

Независимо от того, являлся ли экономический национализм Германии причиной стремления Америки воевать, одно несомненно: еще до вступления Америки в войну одной из главных целей войны для нее стало восстановление международного валютного порядка.
Попутной целью была замена экономического национализма и двусторонних торговых отношений на режим «открытых дверей» для американских товаров и многосторонних торговых соглашений в духе Халла. Но самой настоятельной потребностью было восстановление порядка в международной валютной системе, и эта цель была безусловно достигнута. Система должна была быть предельно похожей на золотодевизный стандарт, существовавший в 1920-е гг., и прежде всёго в том, что исключались колебания валютных курсов: курсы всех основных валют должны были быть зафиксированы относительно друг друга и золота. При этом не предполагалось установления полноценного золотомонетного стандарта. Новая система в двух существенных моментах от-личалась от существовавшей в 1920-х гг. Во-первых, хотя ключевая валюта была единственной валютой, погашаемой золотом, внутренний размен на золото не предусматривался.
Золото должно было выполнять роль средства международных платежей между центральными банками, перестав быть деньгами, находящимися на руках населения. Исключение конвертируемости серьезно расширяло возможности кредитной экспансии и денежной инфляции как для ключевой валюты, так и для всех остальных. Второе отличие имело еще большие политические последствия: вместо связки двух ключевых валют, фунта и доллара, в которой доллар играл роль младшего партнера, оставлялась единственная ключевая валюта — доллар, с курсом 35 долл. за унцию золота. США использовали Вторую мировую войну, чтобы занять место британской империи как в политике, так и в сфере валютных отношений, и фунт оказался в том же подчиненном положении, что и все остальные валюты.
Это был настоящий триумф «долларового империализма». Как позднее выразил это министр финансов Генри Моргентау-мл., главная и успешно достигнутая цель заключалась в том, чтобы «переместить финансовую столицу мира из Лондона в министерство финансов США»^3. И все это, по существу, шло в соответствии с пророческим вйдением Корделла Халла, который, по словам Габриеля Колко, «нес основную ответственность за американскую программу укрепления политической и экономической безопасности». Это ведь Халл уже в 1932 г. убеждал Конгресс, что Америка должна «собраться с духом, подчиниться явному требованию своей судьбы и действовать в качестве высшей экономической и нравственной силы этого мира»э4.

Вторая мировая война способствовала формированию новой политической коалиции, объединившей многих консервативных «интернационалистов» финансового мира, которых отбросила в оппозицию этатистская и националистическая политика первого этапа Нового курса. Это возвращение во власть вчерашних оппозиционеров особенно заметно в сфере международной экономической и денежной политики. Так, консервативный экономист д-р Лео Пасводьски, порвавший с Новым курсом после провала лондонской экономической конференции, занял ответственный пост специального советника госсекретаря Халла по вопросам послевоенной экономической политики. Дин Ачесон, которого также оттолкнули радикальные изменения в денежной политике в 1933-1934 гг., вернулся в качестве помощника государственного секретаря по экономическим вопросам. А когда Корделл Халл в конце

1944 г. из-за болезни ушел со своего поста, его место занял Эдвард Стеттиниус, сын компаньона Моргана, бывший президент ориентированной на Моргана корпорации «Ю Эс Стил». Стеттиниус в качестве своего помощника по экономическим вопросам выбрал человека, который очень быстро стал ключевой фигурой в деле организации послевоенных международ-

ных экономических отношений, Уильяма Клейтона, бывшего лидера противостоявшей Новому курсу Лиги свободы, председателя совета директоров и главного компаньона в «Андерсон, Клейтон энд компани», крупнейшего мирового экспортера хлопка.

Основной сферой интересов Клейтона стало продвижение американского экспорта, и хлопок, совершенно естественно, никогда не выпадал из области его зрения

Даже до присоединения Америки к воюющим державам экономические цели США в этой войне были сформулированы жестко и четко: сокрушить господствовавшую в 1930-е гг. систему экономического и денежного национализма и открыть дорогу для американского экспорта, инвестиций и финансовой экспансии, короче, утвердить режим «открытых дверей» для американской торговли. В сфере торговой политики это приняло форму борьбы за снижение пошлин на американские товары, за устранение количественных ограничений на импорт. В сфере денежной политики целью было разрушение мощных националистических валютных блоков и восстановление международного валютного порядка на основе доллара, где курсы валют были бы предсказуемыми и постоянными, а контроль над валютными операциями был бы сведен к минимуму.

И даже вступая в войну для спасения своего союзника Ве-ликобритании, США в этой смертельно опасной ситуации го-товились потребовать от Британии отказа от эффективно функционировавшей стерлинговой зоны торговли, которая была создана в соответствии с Оттавским соглашением 1932 г. Было понятно, что Вторая мировая война покончит с угрозой, исходившей от немецкой торговой и валютной политики двусторонних соглашений, но как быть с Великобританией?

Джон Мейнард лорд Кейнс был лидером группы британских экономистов, выступавшей за всесторонний экономический и денежный национализм в интересах политики инфляции и полной занятости. Он дошел даже до того, что одобрил

действия президента Рузвельта, торпедировавшего лондонскую экономическую конференцию, поскольку тем самым тот расчистил путь для экономического национализма. Летом 1941 г. Кейнс посетил Вашингтон в качестве представителя британского правительства, и решимость британцев продолжать политику двусторонних торговых связей привела его американских собеседников в уныние. Высокопоставленный чиновник государственного департамента Пирпонт Моффэт с отчаянием отметил, что «на горизонте сгущаются тучи, поскольку, несмотря на войну, гитлеровская торговая политика будет, скорее всего, принята Великобританией»56.

В ответ США надавили на Великобританию на Атлантической конференции в августе 1941 г.

Заместитель государственного секретаря Самнер Уеллес добивался от британцев обещания ликвидировать дискриминационные ограничения американского экспорта и покончить с политикой экономической автаркии, валютного контроля и системы имперских преференций57. Премьер-министр Черчилль раздраженно отверг это требование» но США не собирались отказываться от важной для них задачи разрушения стерлингового блока. Как объяснил президент Рузвельт своему сыну Элиоту во время Атлантической конференции:

Об этом мало кто знает, но мировая торговля долгое время была буквально в кармане у британских и немецких банкиров... Что ж, это не так уж хорошо для американской торговли, верно?.. Если в прошлом немцы и британцы не подпускали нас к мировой торговле, ограничивали наше торговое судоходство, не пускали нас на тот или иной рынок, а теперь Германия и Британия воюют, так что нам следует делать теперь?

Подписание договора о ленд-лизе-было идеальным моментом, чтобы добиться уступок от англичан, но они согласились

подписать Статью VII договора — всего лишь расплывчатое обязательство отказаться от дискриминационных мер в меж-дународной торговле — только под сильным давлением США. Соглашение было подписано в конце февраля 1942 г., и в ответ государственный департамент заверил британцев, что после войны США будут проводить политику экономической экспансии и полной занятости. Впрочем, несмотря на все это, британцы вскоре заявили, что договор о ленд-лизе практически ни к чему их не обязывает. Но для Корделла Халла Статья VII этого договора имела решающее значение и представляла собой «большой шаг к воплощению после войны экономических принципов, за которые я сражался на протяжении полувека». США также настояли, чтобы и другие страны, получившие помощь по договору о ленд-лизе, подписали практически идентичные обязательства о проведении после войны политики многосторонней торговли. В июле 1942 г. Халл публично заявил, что теперь можно быть уверенным, что

благодаря нашей экономической мощи лидерство в построении новой системы международных торговых и экономических отношений перешло к США.

Мы должны принять на себя это лидерство и бремя сопутствующей ответственности прежде всего

потому, что это отвечает нашим национальным интересам.

В разработке планов послевоенной организации экономики на государственном департаменте лежала ответственность за торговую и промышленную политику, а на министерстве финансов — за денежную и финансовую. В министерстве финансов разработкой послевоенного устройства международных финансов занимался экономист Гарри Декстер Уайт. В начале 1942 г. Уайт представил свой первый план, который стал одним из двух главных опор послевоенной денежной системы. Предложение Уайта, разумеется, совпадало с общим направлением американской послевоенной экономической политики. Страны мира должны были собрать в Стабилизационный фонд 5 млрд долл., чтобы этот фонд мог предоставлять краткосрочные ссуды испытывающим финансовые затруднения странам для сглаживания временных трудностей с дефицитом платежного баланса. Но в ответ на предоставление финансовой помощи страны, страдающие от дефицита платежного баланса, должны были отказаться от валютного контроля и взять обязательство по поддержанию фиксированного валютного курса в отношении к доллару, а значит и к золоту, цена которого была определена в 35 долл. за унцию.

Для увеличения объема ликвидных средств план Уайта пре-дусматривал значительную инфляцию, но британцы ответили планом Кейнса, намного более инфляционным. К тому времени под жестким американским давлением лорд Кейнс отказался от политики экономического и денежного национализма для Британии, и теперь его цель заключалась в том, чтобы закрепить за Англией максимально приемлемые для США возможности проведения инфляционной политики дешевого кредита. План Кейнса предполагал создание Международного клирингового союза с капиталом 26 млрд долл., который бы мог, в ответ на поддержание фиксированного обменного курса и отказ от валютного контроля, предоставлять кредиты странамучастницам. Кроме того, план Кейнса предусматривал создание новой международной валютной единицы, «банкора», которую Международный клиринговый союз мог бы эмитировать в таких объемах, чтобы даже страны с большим дефицитом платежного баланса могли проводить почти неограниченную инфляционную политику.

Страны получали возможность проводить консультации об-изменении обменного курса своих валют для устранения расстройства платежного баланса. Кроме того, план Кейнса предусматривал автоматический доступ к заемным средствам, причем, в отличие от плана Уайта, получение кредита не было связано с обязательствами по обузданию инфляции и оздоровлению платежного баланса. Если план Уайта уполномочивал Стабилизационный фонд требовать прекращения инфляции в качестве условия предоставления кредитов, то план Кейнса допускал возможность неограниченной инфляции, а ответственность за восстановление равновесия платежных балансов возлагалась на страны-кредиторы, страны с твердыми валютами, которые должны были ускорять собственную инфляцию, чтобы не допустить оттока средств из стран с дефицитом платежного баланса.

План Уайта подвергся резкой критике со стороны британских националистов и инфляционистов, таких, как Д. Р. Бутби, лорд Бивербрук, лондонская «Таймс», журнал «Экономист». А план Кейнса, впрочем, наравне с планом Уайта, подвергся разгрому со стороны американских консерваторов, которых возмутило вмешательство в работу рынков и автоматическое расширение кредита для стран с дефицитом платежного баланса. Критиками плана Уайта были «Гэрэнти сюрвей», издававшийся «Гэрэнти траст компани» и Американская банковская ассоциация; кроме того, «Нью-Йорк тайме» и «Нью-Йорк геральд трибюн» призвали к восстановлению классического золотого стандарта и подвергли критике государственную систему управления финансами, предложенную в проектах Уайта и Кейнса60.

В результате переговоров, растянувшихся на весь 1943 г., США и Британия в апреле 1944 г. на основе проектов Кейнса и Уайта выработали компромиссный план, который в июле был одобрен на Всемирной экономической конференции в Бреттон-Вудсе, шт. Нью-Хемпшир; именно Бреттон-Вудское соглашение определило мировой валютный порядок на послевоенный период61.

В качестве стабилизационного механизма в Бреттон-Вудсе был создан Международный валютный фонд (МВФ) с капиталом 8,8 млрд долл., т.е. намного ближе к предложению Уайта, чем Кейнса. В политике МВФ соотношение элементов международного контроля и государственной автономии представляло собой нечто среднее между проектами Уайта и Кейнса, а картина в целом получилась крайне смазанной. С одной стороны, государства не имеют автоматического доступа к фондам МВФ, но, с другой стороны, Фонд не может требовать от

стран-членов корректировки экономической политики. По вопросу об обменных курсах американцы пошли навстречу британцам — инфляция допустима даже в ущерб стабильности валютных курсов. Компромиссное решение позволяет каждой стране менять обменный курс на 10%, чтобы скорректировать «фундаментальную неустойчивость»; короче говоря, странам с хроническим дефицитом торгового баланса позволено девальвировать свои деньги и пренебрегать необходимостью борьбы с инфляцией. США пошли на уступку и в том, что разрешили странам, имеющим дефицит торгового баланса, в ущерб странам-кредиторам вводить валютный контроль по отношению к «дефицитным валютам». По существу, это означает, что крупные европейские страны, установившие завышенный курс своих валют по отношению к доллару, получали возможность входить в МВФ со своими деньгами, а потом устанавливать валютный контроль в отношении операций с «дефицитными» долларами, покидающими страну именно потому, что их курс искусственно занижен. Но, при всех уступках, до учреждения «банкоров» дело не дошло; ключевой резервной валютой нового мирового валютного порядка стал доллар с курсом 35 долл. за унцию золота. Кроме того, тот факт, что курс доллара был занижен, а остальных важнейших валют завышен, служил сильным стимулом для американского экспорта, что и представляло одну из главных целей всей затеи. Посол США в Великобритании Джон Уинант отметил, что большинство директоров Банка Англии были крайне недовольны БреттонВудским соглашением; они понимали, что «в случае принятия этого плана Лондон утратит положение финансового центра, а доллар займет место фунта»62.

Предложение о создании Международного валютного фонда было встречено в США шквалом критики со стороны консервативных кругов, которых не устраивали совсем другие аспекты, чем британских националистов. Нападки в адрес МВФ исходили главным образом со стороны двух основных групп:

консервативных банкиров из восточных штатов и изоляционистов из штатов Среднего Запада. Американская банковская ассоциация подвергла критике инфляционный уклон — странам-должникам дали право контролировать распределение международных фондов; Рандольф Берджесс, президент банковской ассоциации, назвал положение, разрешающее должникам регулировать использование «дефицитных валют», «омерзительным». «Нью-Йорк тайме» призвала отвергнуть МВФ и предложила предоставить Британии кредиты в обмен на отказ от политики валютного контроля и количественных ограничений импорта. Другая группа банкиров выступила с идеей «ключевой валюты» как альтернативы Бреттон-Вудскому соглашению. Идею ключевой валюты предложил экономист Джон Уильямс, вицепрезидент Федерального резервного банка Нью-Йорка. Его поддержали Леон Фрейзер, президент нью-йоркского банка «Фёрст нэшнл», и Уинтроп Олдрич, глава «Чейз манхэттен бэнк». Идея предусматривала двустороннюю стабилизацию курсов фунта и доллара, для чего Америка должна была предоставить Великобритании кредит или даже грант. Как видно, сторонники идеи ключевой валюты были готовы временно отказаться не только от классического золотого стандарта, но даже от международного валютного порядка и пожить какое-то время в модифицированной версии финансов образца 1930-х гг.63

Выразителем критики МВФ с позиций изоляционизма был сенатор Роберт Тафт (республиканец из штата Огайо), который предостерегал, что большую часть средств фонда составят американские доллары, так что доллар окажется под контролем руководителей фонда, а тем самым и стран-должников. При этом страны-должники смогут продолжать политику валютного контроля и стерлингового блока. Тафт не понял, что созданные Бреттон-Вудским соглашением формальные и неформальные структуры обеспечивают США эффективный контроль над МВФ и Международным банком.

Пожалуй, можно понять тот факт» что Бреттон-Вудское со-глашение поддержали не только крупные фермерские организации, профсоюзы, объединения сторонников Нового курса, но и подавляющее большинство промышленных и финансовых групп, требовавших одобрения этого соглашения Конгрессом. В Америке соглашение было одобрено в середине

1945 г., а к концу года, после долгого самокопания, за ними последовали британцы. Таким образом, под занавес второе направление Нового курса привело к триумфу доллара как основы нового международного денежного порядка66. Доллар занял место фунта стерлингов, а американская империя сменила британскую. В январе 1945 г. Ламар Флеминг-мл., президент «Андерсон, Клейтон энд компания, проницательно заметил в письме к своему давнему коллеге Уиллу Клейтону, что «Британская империя и мировое влияние Британии — это уже миф». Совсем скоро, пророчил Флеминг, США придется защищать Британию от расправляющего плечи русского континента, а это будет означать, что «Американская империя поглотит те части Британской империи, которые мы соизволим принять»67. Эпоха Нового курса подошла к концу, и победоносные Соединенные Штаты были готовы пожинать ее плоды во всемирном масштабе.

<< | >>
Источник: Мюррей Ротбард. История денежного обращения и банковского дела в США: от колониального периода до Второй мировой войны. 2009

Еще по теме Второе направление Нового курса: победоносный доллар:

  1. Первый сюжет Нового курса: долларовый национализм
  2. Западные теории регулирования валютного курса
  3. Цель и задачи курса
  4. Динамика валютного курса
  5. Определение валютного курса
  6. Экономическая политика в условиях плавающего обменного курса
  7. Содержание курса. Теоретические основы финансов государственного сектора экономики
  8. Манипуляции с шиллингом и долларом
  9. Доллары с вертолетов
  10. Викторина на знание количественных показателей курса
  11. Екатерина Лесина. Счастливый доллар, 2011
  12. СХЕМА ИНВЕСТИРОВАНИЯ ФИКСИРОВАННОЙ СУММЫ В ДОЛЛАРАХ
  13. Введение. Цели и задачи изучения курса. Его место в подготовке экономистов
  14. Продажа долларов со скидкой
  15. Второе измерение
  16. Это означает миллионы долларов
  17. Глава 12 Второе письмо