<<
>>

Первый период деятельности Федерального резерва, 1914-1928 гг.: эпоха Моргана

В совместной деятельности по разработке структуры Федераль-ной резервной системы, а потом в проталкивании соответствующего закона через Конгресс «Хаус оф Морган» был, безусловно, старшим партнером.
Тайная встреча группы ведущих банкиров в ноябре 1910 г. в клубе Джеки л-Айленд, на которой был выработан прототип закона о Федеральной резервной системе, состоялась на курорте, принадлежащем Дж. ГТ. Моргану. В первые два десятилетия в ФРС было два центра власти. Основным был управляющий Федеральным резервным банком Нью-Йорка. Совет управляющих Федерального резерва в Вашингтоне занимал второстепенное положение. С первого дня создания центрального банка и до самой своей смерти в ] 928 г. управляющим Федеральным резервным банком Нью-Йорка был Бенджамин Стронг, вся деловая карьера которого была связана с Морганом. Он работал вице-президентом «Бэнкерс траст компани», созданной Морганом для закрепления в новом прибыльном трастовом бизнесе; самыми близкими друзьями Стронга были его наставник и сосед, влиятельный компаньон Моргана Генри Дэвисон и два других компаньона Моргана — Дуайт Морроу и Томас Ламонт.
В окружении Моргана Стронг пользовался таким доверием, что во время банковской паники 1907 г. ему поручили быть личным аудитором Дж. П. Моргана-ст. Когда ему предложили пост управляющего Федерального резервного банка Нью-Йорка, его сомнения развеял Дэвмсон, убедив, что тот сможет управлять Федеральным резервом как «настоящим центральным банком... прямо из Нью-Йорка».

В Вашингтоне, в оттесненном на второй план Совете управ-ляющих Федерального резерва, у Морганов и близко не было такого влияния. Первоначально в Совете было семь членов, из которых два входили туда ex officio, по должности, — министр финансов и Контролер денежного обращения. Б первом составе Совета главным в блоке Моргана был министр финансов Уильям Гиббс Макаду, зять президента Вильсона, которому Морган оказал немалую услугу — буквально спас его ньюйоркскую железнодорожную компанию «Гудзон энд Манхэттен», введя в управленческий штат и совет директоров своих ближайших сотрудников.

С тех пор Макаду был постоянно в числе людей Моргана. Контролером денежного обращения был протеже Макаду Скелтон Уильямс, который также был директором железной дороги «Гудзон энд Манхэттен». В Совете был еще один протеже Макаду, Чарльз Хэмлин, который до этого служил помощником министра финансов. Это был состоятельный юрист из Бостона, принадлежавший к финансовой группе, издавна близкой к Моргану, через жену породнившийся с богатой семьей Прайн из Олбани, деньги которой были вложены в том числе в моргановскую железную дорогу «Нью-Йорк сентрал».

Если эта троица могла считаться надежными представителями интересов Моргана, остальные четыре члена Совета управляющих были не столь надежны: Пол Варбург, партнер и шурин Джейкоба Шиффа из инвестиционного банка «Кун,

Лёб»; Фредерик Делано, дядя Франклина Делано Рузвельта, пре-зидент контролируемой Рокфеллером железной дороги «Вобэш рейлвей»; Уильям Хардинг, банкир из Алабамы, а в совете ]щ~ ректоров сталелитейной компании, принадлежавшей его тестю, люди Моргана и Рокфеллера были представлены примерно поровну; и, наконец, Адольф Миллер, экономист из Беркли, женатый на представительнице богатой чикагской семьи Спрэгов, связанной с Морганом. Таким образом, из семи членов Совета управляющих трое были надежными людьми Моргана (хотя двое входили туда по должности), один принадлежал к группе Куна-Лёба, один был близок к Рокфеллеру, один был независимым банкиром, равно связанным деловыми интересами с Морганом и Рокфеллером, и еще один был экономистом с неясными семейными связями с группой Моргана. Таким образом, о полном контроле в Совете здесь говорить не приходилось!

У Морганов было большое преимущество — Бенджамин Стронг возглавлял Федеральный резервный банк Нью-Йорка, самый влиятельный из окружных банков Федерального резерва, но приходилось считаться с тем, что в 1920-е гг. у власти находилась республиканская администрация. Хотя в окружении президента Уоррена Гардинга были представители разных групп, но, как республиканец из Огайо, он был особенно близок к Рокфеллерам, а его государственный секретарь, Чарльз Эванс Хыогс, был наставником Джона Рокфеллера-мл.

в Ньюйоркском библейском классе, а также являлся ведущим юристом «Стэндард ой л» и управляющим активами фонда Рокфеллера. Внезапная смерть Гардинга в августе 1923 г. выдвинула на первый пост вице-президента Калвина Кулиджа.

Кулиджа ошибочно характеризуют как бесцветного адвоката из массачусетской глубинки. На самом деле новый президент быя членом видной бостонской финансовой семьи, представители которой входили в советы директоров ведущих банков Бостона. Один из них, Джефферсон Кулидж, сделал карьеру в связанной с Морганом «Юнайтед фрут компани оф Бостон». Кроме того, на протяжении политической карьеры у Кулиджа были два важных наставника, и на обоих историки не обратили внимания. Один — председатель республиканской партии в Массачусетсе Мюррей Крейн, являвшийся директором в трех влиятельных организациях, подчиненных Моргану: «Нью-Хейвен энд Хартфорд рейлроуд», «Гэренти траст компани оф Нью-Йорк» и «Эй-Ти энд Ти»> где он был также членом исполнительного комитета совета директоров. Другим был однокашник по Амхерсту и видный компаньон Моргана, Дуайт Морроу. Морроу начал агитировать за выдвижение Кулиджа на пост президента еще в 1919 г. и продолжал давление на съезде республиканской партии в 1920 г. Дуайт Морроу и компаньон Моргана Томас Кокрэн энергично продвигали кандидатуру Кулиджа в Чикаго. Кокрэн не был выпускником Амхерста, и, не имея этого мотива для работы на Кулиджа, держался в тени. Кокрэн и Морроу, видные фигуры из окружения Моргана, сознательно старались не светиться и в качестве главного сторонника Кулиджа выдвигали на первый план бесстрашного бостонского коммерсанта Фрэнка Стернса, которому посчастливилось быть выпускником Амхерста.

В 1920-х гг. при трех республиканских президентах министром финансов был влиятельный мультимиллионер Эндрю Меллон, глава клана Меллонов, империя которого простиралась от питтсбургс ко го «Меллон нэшнл бэнк» до «Галф ойл», «Копперс компани» и «Алюминиум корпорейшн оф Америка».

Более того, когда Чарльз Эванс Хьюгс весной 1925 г. вернулся к частной юридической практике, Кулидж предложил важнейший пост государственного секретаря уолл-стритскому юристу и бывшему госсекретарю и министру обороны Илайхью Руту, которого можно было бы назвать дуайеном «Моргановской коллегии адвокатов».

Когда у Моргана как-то возникла критическая ситуация, Рут выступил его личным поверенным. Когда Рут отклонил пост государственного секретаря, Кудиджу пришлось взять менее яркое светило из созвездия Моргана — юриста из Миннесоты Фрэнка Келлога. Заместителем Келлога был Джозеф Грю, имевший семейные связи с Морганами (Дж. П. Морган-мл. был женат на одной из Грю), а в 1927 г. два высокопоставленных деятеля из круга Моргана получили предложение взять под контроль сложные отношения с Мексикой и Никарагуа.

В 1924 г. клан Моргана достиг зенита своего политического влияния в США. Дж. П. «Джек» Морган-мл. с глубоким пиететом относился к президенту Калвину Кулиджу, другу и протеже компаньона Моргана Дуайта Морроу. Возможно, Морган был единственным, кто видел в президенте глубокого мыслителя и моралиста. Морган писал другу: «Ни один из известных мне президентов, кроме м-ра Кулиджа, не вызывал у меня такого чувства веры в нашу страну и ее институты, в нашу способность разрешить все проблемы».

С другой стороны, на президентских выборах 1924 г. для дома Морганов сложилась на редкость благоприятная ситуация, потому что соперником Кулиджа был демократический кандидат Джон Дэвис, старший партнер в уолл-стритской

фирме «Дэвис, Полк энд Уордуэлл», а также главный юрист в «Джи Пи Морган энд компани». Дэвис, протеже легендарного моргановского компаньона Гарри Дэвисона, являлся также личным другом и партнером Джека Моргана по игре в криб~ бедж и в нарды. Сказочный расклад! Кто бы ни победил на выборах 1924 г., Морганы не могли проиграть, хотя, впрочем, они решили поставить на Кулиджа.

В 1928 г. случилось неизбежное — доминирование Моргана при определении денежной политики пошатнулось. Бенджамин Стронг, проболев весь год, в октябре умер, а его место занял Джордж Харрисон, его тщательно подобранный преемник. Харрисон был верным «вассалом» Морганов, но у него не было такого влияния, как у Бенджамина Стронга.

Правление Кулиджа также шло к завершению. Морганы оказались на распутье.

Наилучшим вариантом было убедить президента нарушить традицию и баллотироваться на третий срок. Но Кулидж на это не пошел, и Морганам пришлось обратиться к вице-президенту Чарльзу Дауэсу, имевшему связи с моргановской сетью железных дорог в Чикаго. Когда он вышел из гонки, Морганам пришлось поддержать Герберта Кларка Гувера, который в 1920-х гг. при двух республиканских администрациях был влиятельным министром торговли. Гувер имел давние связи с группой Моргана, хотя и не такие тесные, как Калвин Кулидж. Особенное влияние на Гувера в период его президентства имели два неофициальных советника, и оба были компаньонами Моргана: Томас Ламонт и Дуайт Морроу, с которыми Гувер неизменно встречался для консультаций трижды в неделю.

В кабинете президента Гувера было полно людей Моргана. Государственным секретарем был давний юрист Моргана, ученик и компаньон Илайхъю Рута, Генри Стимсон. На посту министра финансов остался Эндрю Меллон, а его заместителем был Огден Миллс, который в 1931 г. унаследовал его пост, специалист по корпоративному праву и бывший конгрессмен, отец которого, Огден Миллс-ст. был руководителем «НьюЙорк сентрал», железнодорожной компании Моргана30. Министром военно-морского флота в кабинете Гувера был Чарльз Френсис Адамс III, из знаменитой семьи бостонских аристократов, тесно связанных с Морганами. Дочь именно этого Адамса стала женой Джека Моргана.

Кредитно-денежная политика Бенджамина Стронга была, по существу, политикой Моргана. Через свой лондонский филиал «Морган, Гренфелл» Морганы поддерживали тесные связи с британским правительством и с Банком Англии. Перед Первой мировой войной «Хаус оф Морган» был назначен фискальным агентом министерства финансов Великобритании и Банка Англии. С началом войны Морганы стали монопольными поставщиками военного снаряжения для Британии и Франции, а также получили монопольное право на размещение в США военных займов этих двух стран. Морганы немало поспособствовали вступлению Соединенных Штатов в войну на стороне Британии, и Бенджамин Стронг, будучи фактическим главой Федерального резерва, удвоил финансирование военных расходов США.

По окончании войны главной целью Стронга стала помощь Великобритании в установлении и навязывании всей Европе нового, разрушительного по своим последствиям золотодевизного стандарта.

Идея заключалась в том, что нужно вернуть «Англии» — на самом деле, союзникам и компаньонам Моргана — привычные позиции финансового доминирования, а инструментом оказался фальшивый золотой стандарт. Чисто внешне это выглядело как возвращение к довоенному «классическому» золотому стандарту. Но весной 1925 г. был восстановлен довоенный паритет, что означало безбожное завышение реального курса фунта стерлингов, который сильно обесценился после 1914 г., в эпоху неразменного бумажно-денежного стандарта. Британия настояла на возвращении к довоенному курсу, что гарантированно стреноживало ее экспортный потенциал, но при этом не стала сжимать объем денежной массы, а продолжила инфляционную политику дешевых денег. Дабы избавить Британию от последствий столь эксцентричной и противоречивой политики, США подыграли ей, сделав вид, будто установившийся в 1925 г. в Европе золотослитковофунтовый стандарт и и самом деле является настоящим золотомонетным стандартом. США проводили политику инфлирования денежной массы и кредита, чтобы из-за инфляции британское золото не перетекло в США, поскольку это могло разрушить скроенную на скорую руку структуру нового «золотого стандарта». Неизбежным результатом этой политики стал коллапс кредитно-денежной сферы в США и в других странах, погрузивший мир в депрессию. Бенджамин Стронг был моргановским архи-тектором губительной политики инфляционного бума, обреченной закончиться неизбежным крахом.
<< | >>
Источник: Мюррей Ротбард. История денежного обращения и банковского дела в США: от колониального периода до Второй мировой войны. 2009

Еще по теме Первый период деятельности Федерального резерва, 1914-1928 гг.: эпоха Моргана:

  1. Некоторые особенности деятельности коммерческих банков в период с 1918 по 1928 г.
  2. От Гувера до Рузвельта: Федеральный резерв и финансовые элиты
  3. Федеральный резерв при президенте Гувере: Харрисон и Янг
  4. Истоки Федерального резерва. Истоки Федерального резерва
  5. Система работы с резервом государственных служащих федерального уровня
  6. Дискуссия в Америке в период до учреждения Федеральной Резервной Системы
  7. Государственный материальный резерв. Федеральные государственные нужды
  8. Условия эффективности резерва и льготы для служащих, зачисленных в кадровый резерв
  9. Основные функции федерального органа исполнительной власти по надзору за страховой деятельностью
  10. Деятельность территориального управления Федерального казначейства
  11. Особенности деятельности федеральных государственных служащих в условиях рынка и демократии
  12. Советский период деятельности банков
  13. Федеральный закон от 31 июля 1998 г. № 148-ФЗ О едином налоге на вмененный доход для определенных видов деятельности
  14. Формирование страховых резервов и инвестиционная деятельность страховых организаций
  15. Американская помощь в восстановлении паритета 4,86 долл. за фунт: влияние Моргана
  16. Документы, подтверждающие периоды иной деятельности до регистрации гражданина в качестве застрахованного лица, включаемые в страховой стаж