загрузка...

5

— А-а-а!

Пронзительный вопль заставил Дмитрия пружиной подскочить на кровати. Леру колотило, изо рта шла пена. Обняв жену, он прижав ее к своей груди:

— Любимая, проснись! Что с тобой?

Лера открыла глаза, по ее безумному взгляду было понятно, что она в мыслях где-то далеко отсюда. Постепенно ее взгляд стал осмысленным и Лера прошептала:

— Как я рада, что это был только сон!

— Что тебя напугало?

— Снова та женщина! Она пришла в мой сон!

— Неужели она такая страшная?

— Дело не во внешности. Приснилось, что я нахожусь в местности, напоминающей музей под открытым небом в Пирогово.

— Чудесное место.

— Но все вокруг выглядело необычно, и от этого было страшно… Вроде то место и как бы не оно… Тут ты проходишь мимо меня, и не один, а под ручку с ней в свадебном платье! — Валерия со злостью сжала зубы, резко очертив скулы на худощавом продолговатом лице. — Она весело щебечет, а ты игнорируешь меня. Я столбенею, не верю своим глазам.

— У нее узкое крысиное лицо, большие тусклые глаза, толстые красные губы бантиком и вампирские клыки… — попробовал пошутить Дмитрий, но по выражению лица жены понял, что крайне неудачно.

— Хотелось бы мне, чтобы она была уродиной. Она красива и молода! Мне ее лицо все время кажется знакомым, словно где-то я ее видела, только не могу вспомнить где.

— Лера, это похоже на ревность, чего за тобой ранее не замечалось. Тем более ревновать во сне…

— Вместе с ней ты направляешься к потемневшей деревянной церкви, где возле крыльца собралась празднично одетая публика… Хорошо, что там не было наших знакомых!

Дмитрий чуть было не сказал: «Это же только сон!», но сдержался, учитывая все возрастающее возбуждение Валерии.

— Тут я вышла из ступора и поняла, что надо действовать, — если вы обвенчаетесь, то я потеряю тебя навсегда. Бросаюсь вслед за вами, но передо мной наглухо закрывают ворота, ведущие во дворик церкви. Бегом огибаю церковную ограду, зная, что с другой стороны находится глубокий яр, через который я смогу пробраться к церкви. Спускаясь по крутому склону, я поскальзываюсь, лечу кубарем вниз, и внезапно возникает ощущение падения с высоты. У меня перехватывает дыхание, и я уже лежу на твердой поверхности и не могу дышать. На моей груди сидит ОНА и душит меня. Я поняла: она ведьма! «Никто и ничто тебя не спасет!» — Ведьма смеется прямо мне в лицо. Страх парализует тело, я полностью в ее власти. Глаза ведьмы превращаются в красные угольки, они прожигают насквозь, останавливают сердце. От нехватки кислорода закружилась голова, перед глазами поплыли красные шары. И я закричала…

— Ужасный сон, любимая. — Дмитрий обнял Леру за плечи, ощущая, как ее сотрясает мелкая дрожь. — Леруся, успокойся, все хорошо — это был только сон!

— Я так испугалась…

— Не бойся — я с тобой! Защищу от любых сил, какими бы темными они не были!

— Сон и видение в ванной связаны с идолом, которого я взяла в руки в лавке!

— Ты устала и очень восприимчива к словам. Это лишь игра твоего воображения, имевшая продолжение в кошмарном сновидении.

— Вчера, после ресторана, я тоже была готова в это поверить. Как объяснить, что вижу одну и ту же молодую женщину и что эти видения повергают меня в ужас?

— Хочешь, мы немедленно вернемся домой? Обратимся к квалифицированному психотерапевту, обойдемся без местных колдунов.

Лера задумалась, по ее напряженному лицу было видно, что она не может прийти к окончательному решению. Наконец она твердо произнесла:

— Может, это и глупо, но я согласна пройти ритуал очищения, как посоветовал Махмуд. Ты же будешь со мной рядом?

— Обязательно! Буду держать тебя за руку, — пообещал повеселевший Дмитрий.

Путешествие в Африку началось с приключения, но не с такого, как он ожидал. Если бы Лера избрала лечение у психотерапевта, он без раздумий прервал бы поездку и вернулся домой. А гости на яхте повеселились бы сами, там есть все условия для этого и не действует сухой закон.

— Я хочу принять душ, но боюсь зеркал, — пожаловалась Лера. — Побудь там со мной.

— С огромным удовольствием! — Дмитрий вскочил и, легко подхватив Леру на руки, понес в ванную.

При встрече с Махмудом Дмитрий сообщил ему о желании Леры пройти ритуал очищения у колдуна, если это ей поможет избавиться от видений. Араб, как обычно, с вежливым выражением лица выслушал и согласно кивнул:

— Как вам будет угодно. Сегодня вечером представится такая возможность.

— Это не опасно?

— Для нее — нет.

— Как это понять? — насторожился Дмитрий.

— Колдун все объяснит, мне нечего сказать.

Махмуд провез гостей по оживленным улицам Северного Хартума, большую часть которого занимают промышленные предприятия. Здесь было еще грязнее, чем в других частях конгломерата трех городов, и так не отличающихся чистотой, за исключением улиц, где расположены государственные организации и фешенебельные гостиницы.

Шоссе вырвалось из города, и теперь оно тянулось вдоль вод величественного Нила, то возникающего в окошке с левой стороны, то снова исчезающего за зеленью и крышами домов. Автомобильное движение по мере удаления от города становилось все менее интенсивным и являло собой все более экзотическое зрелище.

Для междугородных переездов основным видом транспорта для суданцев служат открытые и крытые лорри. Внешне лорри напоминают «ЗИЛ», у которого отпилили крышу, вместо нее установили огромный прочный навес, выдерживающий нескольких пассажиров, а также сняли двери, расширили кабину, сделав стенки деревянными, поставили очень низкие, деревянные же, дверцы-калитки, запирающиеся на большой металлический засов. Внутри кабины может разместиться шесть человек, и еще несколько десятков в небольшом кузове, на мешках и тюках. Попадались и автобусы, в большинстве своем очень старые, с надписями по-арабски, крайне неприглядно выглядевшие.

Махмуд, заметив, что Дмитрий и Лера живо обмениваются впечатлениями от подобного вида транспорта, пояснил, что ехать на лорри и автобусах через пустыню весьма долго и даже опасно. Их скорость на песке падает до пяти километров в час, дневную жару в открытом кузове могут выдерживать только привычные к ней местные жители.

Через час автомобиль замедлил ход, распрощался с дорогой с великолепным покрытием и выехал на иссушенную, обожженную почву, твердую как камень, где то и дело попадались темно-серые скальные образования. Из растительности встречались лишь низкорослые, покрытые редкими листьями акации и колючие кустарники. Джип Махмуда двигался в полном одиночестве по безлюдной местности, где не было даже подобия дороги. Имелись лишь множественные следы протекторов и разорванные, негодные шины.

— Дожди здесь бывают редко, иногда их нет больше года, и следы передвижения остаются на долгое время, до сильного ветра или дождя, — пояснил Махмуд.

— Почти лунный пейзаж, — прокомментировал Дмитрий. — Вот где Голливуду надо снимать космические одиссеи.

Прошло немного времени, и в негостеприимной пустынной местности появились признаки присутствия жизни — встретилось стадо поджарых коз, которое сопровождали сидящие на ослах двое черных тощих пастухов в белых одеждах, с тюрбанами на головах. Дмитрий позавидовал ослепительной белизне их зубов, когда те улыбались проезжающему автомобилю. Он заснял на камеру, как козы, встав на задние ноги, объедают ветки низкорослых акаций. По пути они обогнали неспешно двигающийся небольшой караван, состоящий из трех верблюдов и полдесятка ослов, нагруженных здоровенными вьюками. Наездники гордо восседали на двугорбых величественных животных, их одежды сверкали под лучами солнца, создавая впечатление необычайной белизны, но они, впрочем, не всегда оказывались таковыми на близком расстоянии.

Проехав между небольшими скалистыми холмами, джип остановился на контрольно-пропускном пункте, где находился наряд — четыре солдата и офицер. Они проверили «пермиты» — разрешения на передвижение по стране и посещение памятников истории. Общался с офицером Махмуд, держа в руке пачку «пермитов» с отксеренными фотографиями пассажиров. У Дмитрия и Леры не было желания покидать прохладный салон, чтобы оказаться под безжалостными лучами солнца. Офицер не стал заглядывать внутрь автомобиля для сверки фотографий с лицами пассажиров, для него достаточным оказалось само наличие «пермитов». Вскоре местность стала другой: на смену высушенной, пыльной почве пришли пески, среди которых торчали одинокие скалы. Вдали на фоне песка показались какие-то развалины.

— Нага, — пояснил Махмуд. — Историческая местность, заповедник. Здесь находится древний храм бога Амона. Очень интересно, но надо пройти туда пешком. Близко подъезжать к историческим объектам запрещено.

Дмитрий и Лера переглянулись. Когда Махмуд открыл дверцу, снаружи дохнуло жаром, словно от раскаленной печки.

— Особенного желания нет, — высказала мнение обоих Лера.

— За храмом Амона находится храм бога Апедемака, построенный царем Нетекамани. Там имеются уникальные изображения грозного бога нубийцев.

Дмитрию вспомнилась черная фигурка змеи с головой льва, возможно, являющаяся причиной того необычного, что происходит с Лерой. Он встретился глазами с женой, и она согласно кивнула.

— Хорошо, пройдемся, — сказал Дмитрий и решительно выбрался из автомобиля, жмурясь от ярких солнечных лучей.

Казалось, солнце обрушило на них всю свою мощь, желая испарить до капли влагу, имеющуюся в их телах.

— Ощущаю себя губкой, которую хотят выкрутить досуха, — пожаловался Дмитрий, с которого ручьями тек пот, словно он находился в как следует прогретой сауне.

— Хорошо, что у меня хватило ума не накраситься перед поездкой, — сказала Лера, легче переносящая жару.

— При езде через пустыню никогда не пользуюсь кондиционером, чтобы не ощущать резких перепадов температуры, — пояснил Махмуд. — Легче переносится жара, и жажда меньше мучает.

— Кондиционер и только кондиционер! — категорически возразил Дмитрий.

У путников вязли ноги в раскаленном песке, что требовало дополнительных усилий, и дорога до храма Амона показалась им бесконечной. Смотреть там было особенно нечего: полдюжины статуй баранов на постаментах обозначали аллею, ведущую к главному входу. От самого храма сохранились только дверной проем и несколько полуразрушенных стен, да круглые колонны внутри. Страдая от жары, Лера и Дмитрий не захотели зайти внутрь и не вслушивались в пояснения Махмуда. Их мучило желание поскорее вернуться в прохладу кондиционера и выпить чего-нибудь освежающего, а не слушать рассказ о черных фараонах-нубийцах, непродолжительное время властвовавших над Египтом, а затем еще долго хвастливо добавлявших себе титул властителей Верхнего и Нижнего Египта. Не останавливаясь, путники продолжили путь к храму Апедемака, утопая по лодыжку в обжигающем песке, на котором впору было жарить яичницу.

— Ой! — вскрикнула Лера, заметив, что из-под чахлого кустика показалось извивающееся тело пятнистой змеи с рожками, оставляющей за собой на песке зигзагообразный след. Она двигалась в направлении небольшой постройки в римском стиле с множеством колонн и вдруг словно куда-то провалилась.

— Не бойтесь, мэм, — флегматично произнес Махмуд, двигаясь по следу змеи. — Вам надо сильно ее разозлить, чтобы она попыталась укусить вас.

— Я не собираюсь ее злить!

— Тогда вам нечего бояться.

Храм Апедемака оказался прямоугольным зданием, значительно лучше сохранившимся, чем храм Амона. Он хоть и был без крыши, но со стенами, сплошь испещренными древними рисунками. На входе обнаружились изображения царственной четы: фараон разил врагов мечом, его дородная супруга блистала красотой. Махмуд пояснил, что у коренных нубийцев полнота считается признаком красоты, и тут же добавил, что он, араб, приверженец других канонов красоты, и, словно невзначай, скользнул взглядом по изящной фигурке Леры.

Воинственный бог Апедемак присутствовал на многих изображениях, многократно видоизменяясь: у него было то человеческое тело, то змеиное, поднимающееся из цветка лотоса, то четыре руки и три головы, но обязательно львиные. Махмуд старательно исполнял роль гида:

— Египет многие столетия властвовал над Нубийским царством, получая отсюда невольников, золото, слоновую кость. Египтяне заставили нубийцев поклоняться своим многочисленным богам, в частности богу Амону. А львиноголовый бог Апедемак — кушитское божество, бог нубийцев, имеющий много общего с древнеегипетским Осирисом, только у того голова не льва, а осла, очень почитаемого в пустыне животного. Древнеегипетская «Книга мертвых» рассказывает о богах египтян и ритуалах поклонения им, но в ней не упоминается бог Апедемак, что указывает на его связь только с царством Куша. О боге Апедемаке почти ничего не известно, кроме того, что он был богом войны и плодородия.

— Что касается путешествия в пустыню, я погорячился, — признался Дмитрий, обливаясь потом, пытаясь спрятаться от лучей солнца в призрачной тени стены храма. — Ощущаю себя свечкой, которая вот-вот истает на нет. Черт меня дернул ехать в пустыню, и тебя в это втянул! Во рту пересохло, дерет, словно наждаком.

— Имя этого черта — Виталик, — подсказала Лера. — Лучше было поехать в саванну охотиться на живых львов.

Она кивком указала на львиноголовое изображение Апедемака на стене.

— Мне уже кажется, что живые менее опасны, чем этот, хоть он бестелесный.

— Недалеко отсюда, в Мусаварат эс-Суфра, в живописной долине, находятся еще два древних храма, один из которых — Апедемака, — сообщил Махмуд.

— От них осталось так же мало, как и от этих храмов? — поинтересовалась Лера, облизывая пересохшие губы.

— Да, но…

— По такой жаре у меня нет желания бродить среди руин, пусть даже очень древних!

— Мы достаточно увидели, можем отправляться поближе к цивилизации и кондиционерам, — поддержал жену Дмитрий.

— Как вам будет угодно, — кивнул Махмуд. — Направимся в Мероэ, там можем заночевать в палаточном кемпинге итальянцев.

— Заманчиво, но нам бы хотелось переночевать в гостинице, в номере с кондиционером, — категорическим тоном заявил Дмитрий.

— В пустыне ночью не жарко, наоборот, холодно. — Махмуд пожал плечами.

— Я устала, и у меня нет желания составлять компанию змеям и скорпионам, — явно нервничая, сказала Лера.

— Как пожелаете, мэм. Ночевать будете в гостинице Каримы, по пути посетите пирамиды Мероэ, к тому времени жара спадет. И завтра, если на то будет воля Аллаха, отправимся к морю.

— Так-то лучше, — согласилась Лера.

— Вечером мы навестим местного колдуна, чтобы провести ритуал очищения, как того пожелала мэм.

— У меня уже нет такого желания! — заявила Лера.

— Как вам будет угодно, мэм, — согласно кивнул Махмуд.

Вернувшись в джип, путешественники продолжили путь по пескам. Вскоре показалось селение жителей пустыни — десяток убогих строений среди низкорослых акаций; рядом паслось стадо тощих коз и несколько печальных ослов. Примитивные хижины, явно сделанные на скорую руку, с крышей и стенами из циновок растительного происхождения.

— Кочевники племени бишарин, — пояснил Махмуд. — Они строят временные жилища, переезжают с места на место, выращивают и пасут коз. Если желаете, можем остановиться, эти кочевники вполне миролюбивые и гостеприимные люди.

Только джип подъехал к ближайшей хижине, как автомобиль окружило многочисленное темнокожее семейство, в основном девушки и женщины, которые лукаво поглядывали на путников из-под длинных ресниц, блестя антрацитовыми глазами. Молоденькие девушки поражали восточной красотой лиц и гибкостью стройных тел. Глава семейства, Абид, и его сын, подросток лет четырнадцати, имели весьма гордый, преисполненный достоинства вид, на них были традиционные длинные белые одеяния-балахоны. Абид пригласил путешественников зайти внутрь своей хижины, и они были поражены аскетизмом ее убранства и царившим здесь беспорядком: были сваленные в кучу верблюжьи седла, циновки, котлы и прочая кухонная утварь, а также две старые железные кровати с соломенными тюфяками. Молодая женщина подала на подносе чашки с кофе. Необычный вкус напитка очень понравился Дмитрию, и он захотел узнать его секрет.

— Это особый кофе «джебена», в него добавляют имбирь и кардамон, — пояснил Махмуд.

— Не могу понять, этому мужчине лет тридцать пять, а у него больше десяти детей самого разного возраста, — недоумевал Дмитрий.

— Абид человек небедный, и у него две жены, — усмехнулся Махмуд. — Мусульманину шариат позволяет иметь четыре жены, и, если на то будет воля Аллаха, ему хватит средств на их содержание.

Недолгий разговор с кочевником велся через Махмуда, так как Абид не знал по-английски ни слова. Дмитрий и Лера поняли, что кочевая, очень тяжелая жизнь в пустыне вполне устраивает этих людей, так как они, в отличие от жителей муравейников-городов и крестьян, живущих на берегах Нила, абсолютно свободны. Как выразился Абид, «где много людей — там много проблем». Хозяин оказался человеком радушным, и путешественникам еле удалось отказаться от других угощений. Зато Дмитрий сделал множество фотографий колоритных обитателей пустыни и сценок их быта.

Попрощавшись с гостеприимным семейством, путешественники двинулись дальше. Снова сплошные пески чередовались с твердой, каменистой почвой и редкой, почти условной растительностью.

Наконец джип выехал на трассу, и скорость его значительно возросла.

Вскоре показался небольшой городок Шенди, окруженный со всех сторон выжженной солнцем пустыней. Самым оживленным местом тут, как и в других встреченных населенных пунктах, был «сук шаби». Это нечто среднее между импровизированным рынком, толкучкой и автобусной станцией, хотя собственно станции нет, просто останавливаются в этом месте лорри, автобусы, «бокасси», грузовые автомобили. Там можно поесть в харчевнях, купить овощи, фрукты, продаваемые как прямо с земли, так и в маленьких лавчонках. Небольшие одноэтажные домики, все одинаковые, неуютные, в светло-коричневом цвете пустыни, который разнообразили лишь двухцветные вывески на арабском. Приятное впечатление произвели расположенные рядом два красиво украшенных стройных бело-зеленых минарета. За Шенди асфальт сменился иссушенным мелким коричневатым гравием, испускающим при движении по нему облака пыли. С обеих сторон дороги простирался однообразный ландшафт скалисто-песочной пустыни с унылыми акациями, имеющими вид одиноких заблудившихся путников, лишившихся надежды на спасение.

Населенные пункты возникали неожиданно, как правило, они были вытянувшимися вдоль дороги. Везде одноэтажные глинобитные дома с глухими дворами, лишь иногда попадались кирпичные. Зато экзотика встречалась на каждом шагу: живописная одежда, словно из турецких сериалов о Средневековье; женщины в цветных однотонных одеяниях, с обмотанной хиджабом головой так, что оставались лишь щели для глаз; худощавые жилистые крестьяне, примитивными мотыгами обрабатывающие красную, сухую почву, на которой, по представлению иноземцев, вряд ли что-либо могло вырасти. Путешественники увидели допотопный поезд, называемый тут «сьюпер», на крышах вагонов которого вольготно устроились многочисленные «зайцы», и их было не меньше, чем находящихся внутри пассажиров. В каждом селении, городке имелся свой «сук шаби», они различались только размерами и разной степенью оживленности.

— Такое впечатление, что жизнь здесь неразрывно связана с этой дорогой — населенные пункты есть только вдоль нее. Кажется, достаточно с нее сойти и углубиться в пустыню, и там будет ожидать смерть, — размышляла вслух Лера. — Я ни за что не согласилась бы тут жить.

— В пустыне живут люди, мэм. Она для них не пустыня, а родная земля, менее страшная, чем города с их суетой и безжалостностью.

Но вот показалась зелень фруктовых садов, ухоженные зеленеющие поля, что свидетельствовало о близости Нила, и вскоре стал виден он сам — источник жизни в этом засушливом крае.

В месте, где в Нил впадает неширокая белесая речка Атбар с пологими берегами, джип подъехал к паромной переправе. Тут стояли в очереди запыленный грузовой автомобиль и десяток верблюдов с двумя погонщиками. Вскоре подплыл небольшой ржавый паром-баржа и переправил всех на другую сторону. Худой араб лет пятидесяти проявлял поистине акробатическое мастерство, управляя огромным рулевым колесом с помощью ног и при этом читая газету. Съехав с парома, путешественники продолжили путь, оставив за спиной обильную зелень берегов Нила. Впереди расстилалась безжизненная каменистая, «лунная» поверхность, чередовавшаяся с песчаными дюнами, без каких-либо признаков дороги. Лишь многочисленные автомобильные колеи свидетельствовали о том, что они не одиноки в желании отправиться вглубь негостеприимной и даже враждебной местности.

— Это самый сложный и продолжительный участок пути — пустыня Байюда, — пояснил Махмуд.

Дорога по пустыне запомнилась путешественникам исключительно прозрачным, без единого облачка, небом, раскаленным золотым диском, слепящим глаза, потугами кондиционера, с трудом справляющегося с жарой. Их преследовал унылый пейзаж — каменистая почва с одиноко торчащими скалами, высохшие колючие кусты, акации с плоской кроной и едва заметными желтоватыми листьями, вкус пыли, песок на зубах каждый раз, когда путники вынуждены были выходить из автомобиля. То и дело попадались взорвавшиеся от жары автомобильные шины, останки погибших животных. На смену каменистой почве пришли барханы, что вынудило предельно снизить скорость. Время от времени автомобилю приходилось карабкаться на песчаные горы, зарываясь в песок.

— Отсюда уже недалеко, — подбодрил пассажиров Махмуд.

— Сколько: час, два? — раздраженно поинтересовался Дмитрий.

— Как будет угодно Аллаху! В пустыне не загадывают, сколько понадобится времени, — все может произойти.

Джип обогнал автобус, медленно пробирающийся через пески. На его крыше сидело трое суданцев, и, судя по их белоснежным улыбкам и приветственным жестам, предназначавшимся пассажирам джипа, они чувствовали себя вполне комфортно и не обращали внимания на палящее солнце и густые столбы пыли, напоминающие дым, позади автобуса.

— Это «зайцы»? — поинтересовался Дмитрий.

Махмуд непонимающе на него посмотрел и пожал плечами.

— Те, которые едут на крыше, они не заплатили за проезд?

— Если у них есть деньги, то заплатили, а если нет, то достаточно предупредить об этом водителя. Что они могут сделать, если им надо ехать, а денег у них нет? Едут сверху, так как внутри нет мест, а не из-за того, что не заплатили за проезд.

Автобус давно уже не был виден за скалами, а шум его надрывающегося мотора все преследовал путешественников. В пейзаже стали доминировать песчаные барханы, кустарники с колючками, птицы, похожие на голубей, клочья желтой травы с огромными пятнистыми кузнечиками. То и дело срывался ветер, меняя поверхность пустыни и пряча следы передвижения по ней. Триста шестьдесят километров пути растянулись на долгие мучительные часы, и Дмитрий не один раз ловил себя на мысли, что его затея отправиться в это путешествие себя не оправдала. Поехать сюда стоило, но одному, без Леры, не привыкшей к подобным трудностям, хотя она безропотно переносила их. Из-за глупого случая на рынке в Омдурмане, возможно, существует угроза здоровью и жизни его жены. Дмитрий с тревогой посмотрел на Леру, лицо которой слегка осунулось и даже похудело. Она поняла его без слов и молча, успокаивающе погладила по руке, что означало: «Все хорошо, не переживай, любимый».

Вдали, над песками и скалистыми грядами, показалась цепочка холмов странной формы.

— Мы уже подъезжаем к Мероэ, — пояснил Махмуд.

— Это что там? Озеро? — удивленно воскликнула Лера.

Проследив за направлением ее взгляда, Дмитрий увидел трех наездников на верблюдах, словно двигавшихся по гладкой серебристой поверхности озера, четко отражаясь в воде.

— Здесь нет озера, — рассмеялся Махмуд. — То, что вы видите, — пустынный мираж. Он принимает самые причудливые формы, возникают фантастические картины, то, чего в реальности нет.

Странные холмы оказались пирамидами непривычной формы, напоминали наконечники стрел, и даже издалека было видно, что они значительно уступают размерами египетским, а большинство из них находится в полуразрушенном состоянии, словно какой-то великан, забавляясь, сбил им остроконечные верхушки. То, что огромное количество этих пирамид находилось на относительно небольшой территории, поразило Дмитрия, бывавшего ранее в Долине пирамид в Гизе.

— Сколько же их тут? — поинтересовался он.

— Больше сотни, — ответил Махмуд. Он остановил автомобиль, когда до пирамид было еще достаточно далеко, не глуша двигатель из-за работающего кондиционера. — Подождем.

— Кого и для чего?

— К пирамидам запрещено приближаться на автомобиле. До них приблизительно полмили, лучше проехать их на верблюдах, чем идти пешком по песку. Нас заметили и хотят оказать эту услугу. Или желаете пешком?

— По жаре и песку? — Лера даже вздрогнула. — Лучше уж на этих животных, словно явившихся из другого мира.

— Кто-то специально посбивал макушки у пирамид? — предположил Дмитрий.

— Так и есть, — подтвердил Махмуд. — Полтораста лет тому назад итальянский охотник за сокровищами Джузеппе Ферлини пытался таким образом добраться до богатств нубийских фараонов. Обычно погребальные украшения хранятся вместе с мумиями в погребальной камере под пирамидой, их разграбили еще в древности. Однако Ферлини думал иначе. В потайной камере, скрытой в верхушке пирамиды королевы Аманишахето, он нашел тайник с золотыми кольцами, амулетами и ожерельями. Это было его единственной удачей. С помощью пороха он варварски разрушил десятки пирамид, пока рабочие, которым он обещал долю найденных сокровищ, не взбунтовались. Ему удалось сбежать от них, не заплатив им за работу.

Троица на верблюдах медленно приближалась, мираж с озером растворился, и всадники оказались шоколаднокожими кочевниками в белых колпаках и одеяниях: длинных рубахах и коротких, чуть ниже колена, широких штанах. Не обращая внимания на безжалостные лучи солнца, Махмуд пошел им навстречу, но они ехали до него еще минут десять. Переговорив с ними, он вернулся к машине, за ним не спеша шли верблюды, мерно покачивая на двугорбых спинах наездников.

— Ой, как высоко! Вдруг я упаду с верблюда? — испугалась Лера, выбравшись из автомобиля.

Два кочевника стояли на песке, их верблюды медленно опустились на колени, повернув морды с толстыми отвисшими губами в сторону подошедших к ним Дмитрия и Леры.

Махмуд помог Лере забраться в седло между двумя горбами, верблюд энергично, рывком разогнул передние ноги, и ее резко отбросило назад, так что она чуть не вылетела из седла и поэтому крепко обхватила горб животного. Тут верблюд разогнул задние ноги, и ей показалось, что она чуть ли не под небесами. Удержаться в седле было весьма непросто. Кочевник что-то сказал Махмуду, держа верблюда под уздцы, повел его в сторону пирамид. Дмитрий уже ездил на верблюдах, поэтому весьма быстро и ловко оказался на животном и, взяв в руки поводок, сам им управлял. Махмуд также устроился на верблюде, заняв место в голове каравана. Несмотря на кажущуюся медлительность двугорбых животных, их хозяевам пришлось бежать трусцой, чтобы не отстать от них.

Уже через несколько минут Лера приспособилась к неспешному ритму ходьбы верблюда, то и дело подбадриваемого гортанными выкриками погонщика, и ей было уже не страшно. Она даже попыталась вызвать Дмитрия на соревнование — кто из них быстрее домчит на верблюде до пирамид, но погонщики воспротивились этой затее. Вблизи пирамиды оказались щербатыми, большая часть была с разрушенной вершиной и основанием, засыпанным песком. Некоторые пирамиды были ступенчатыми, другие — гладкими, судя по уцелевшим фрагментам покрытия.

— Это королевский некрополь Мероэ, бывшей столицы древнего царства Куш, — взял на себя обязанности гида Махмуд. — В этих пирамидах и склепах погребены десятки нубийских царей и цариц. Высота пирамид 12–20 метров. Здесь находится самая большая пирамида нубийских властителей — более 30 метров в высоту, — принадлежащая фараону Тахарка, правившему и Египтом. Последний нубийский царь был похоронен тут за 300 лет до рождения Исы ибн Марьяма, у вас его называют Иисус.

Махмуд рассказал, что при внешней схожести с египетскими пирамиды Куша строились несколько иначе. Вначале вырубались в местной скальной породе погребальные камеры, затем над ними возводили пирамиду. Некоторые пирамиды изначально были покрыты известковым раствором, создающим гладкую сверкающую поверхность, а основания украшены красными, желтыми и голубыми звездами. В восточной части пирамиды располагался специальный алтарь, куда доставляли подношения мертвым. Первые фундаменты этих построек были заложены здесь предположительно в VIII веке до нашей эры.

Вначале пирамиды вроде и не произвели особого впечатления, но через некоторое время Дмитрий ощутил некое беспокойство, идущее изнутри, причем без какой-либо на то причины.

— Дима, мне страшно! — прошептала Лера. — Кажется, что должно произойти нечто ужасное.

— Это все нервы, любимая. Я рядом с тобой и сумею тебя защитить.

Махмуд провел их к небольшой часовне рядом с пирамидами, где показал иероглифы и рельефы египетских богов Гора и Ра, изображения фараонов и религиозной атрибутики. Было здесь и изображение пышных женских бедер, принадлежащих суданской царице.

— Мне страшно, поедем отсюда, — тихо попросила Лера, и Дмитрий сказал Махмуду, что пора возвращаться к джипу.

Тот молча пожал плечами и повел Дмитрия и Леру к месту, где остановились нубийцы с верблюдами. Обратно ехали молча. На этот раз Махмуд замыкал процессию.

Через пару километров джип выехал на асфальтированную дорогу. С левой стороны пейзаж изменился: показались пальмовые рощи, обрабатываемые поля сорго, пышная зелень, среди которой были заметны дома, и дальше угадывался Нил. Приятной неожиданностью стало то, что на другую сторону Нила вел новый современный мост, за которым начинался небольшой городок, вытянувшийся вдоль берега Нила.

Махмуд пояснил:

— Это Курайма, он больше известен как Карима. Здесь и заночуем.

Путешественники миновали странную скульптуру — два высунутых из песка пальца в виде буквы «V» — и подъехали к небольшой двухэтажной гостинице. Симпатичный молодой араб-администратор провел их на огромную веранду, оформленную в арабском стиле, и угостил прохладительными напитками. Затем он показал номер. Светлая комната с большим, чуть ли не на всю стену, окном и минимумом европейской меблировки, но зато с кондиционером. Дмитрия и Леру она вполне устроила.

— Отдохните час-полтора. Затем мы поедем к священной горе Джебель Баркал, — предупредил Махмуд.

— Я так устала, что мне ничего не хочется смотреть, — призналась Лера.

— Там нас будет ожидать жрец-боко. Он проведет ритуал очищения вашей жены, — сказал Махмуд Дмитрию.

— Может, не надо? Я себя нормально, чувствую, только очень устала от жары и длительной езды, — жалобно попросила Лера. — Я иду в душ, а вы тут сами решайте!

Лера скрылась в ванной. Дмитрий недовольно посмотрел на Махмуда. «Пусть договаривается с колдуном как хочет — я ему деньги плачу, и немалые, за то, чтобы он решал проблемы».

— Махмуд, я тоже хочу отдохнуть. Вернемся к этому разговору позднее!

Но араб не спешил уходить.

— Вы мне сказали, и я вызвал сюда боко. Он будет недоволен, если узнает, что зря приехал.

— Даже если ему хорошо заплатить?

— Торговец на рынке взял деньги, но мэм это не помогло. Здесь — Африка! Живущие тут мусульмане и христиане втайне верят в африканских духов и стараются не ссориться с колдунами.

— К чему ты ведешь? Местные фантастические сказки нас не касаются. — Дмитрий, вспомнив о видениях Леры, поспешно добавил: — Надеемся, что и не коснутся.

— Вашей жене угрожает месть мертвеца, ибо так проявляет себя нунамгу. Апедемак повелевает миром мертвых, и он вызвал из небытия тень прошлого.

— Какого мертвеца?! С чего ты это взял?

— Я не знаю, и торговец Ахмед тоже не знает, и даже жрец-боко не знает, так как мертвец принадлежит прошлому вашей жены или вашему. Судя по тому, что женщина, лик которой является вашей жене, ей не знакома, то, возможно, она из вашего прошлого. Когда-то эта женщина была с вами рядом, но что-то разлучило вас и она умерла. Апедемак вызвал ее из небытия.

— Чушь! — воскликнул Дмитрий, но не совсем уверенно: в памяти зашевелились воспоминания о давнем прошлом, о том, что он, казалось, забыл.

— Иншалла, вы сами в этом убедитесь.

— А-а-а! — раздался ужасный крик Леры. — Кобра!

Дмитрий ринулся в ванную, которая, к счастью, оказалась не закрытой изнутри. Перепуганная Лера, в одних трусиках, прижимая к груди полотенце, забилась в угол и со страхом уставилась в пространство перед собой, словно там только что находилась змея.

— Куда она делась?! Куда?! — испуганно выкрикнула Лера, увидев Дмитрия.

Тот нежно обнял ее, дрожащую, успокаивая, и окинул внимательным взглядом помещение — змее тут негде было спрятаться.

— Что случилось, любимая?

— Она снова появилась в зеркале и напустила на меня кобру! — Лера зарыдала. — Уведи меня отсюда — я боюсь!

— Тут нет змеи.

— Но она была! Была!

— Сейчас ее нет, и я рядом с тобой. Все хорошо, ничего не бойся!

— Она преследует меня и хочет моей смерти!

— Успокойся и расскажи все по порядку. Сейчас принесу воды, чтобы ты успокоилась.

— Нет! Не уходи! — истерично закричала Лера.

— Хорошо, только успокойся!

Лера, по-прежнему дрожа от страха, стала взахлеб несвязно рассказывать:

— Я раздевалась, когда почувствовала: что-то не так. Глянула в зеркало, а там — она! Смотрит на меня прищурившись. Затем из зеркала стала выползать громадная кобра, и я закричала. Когда ты зашел, змея исчезла, растворилась в воздухе. Может, она где-то тут спряталась?

— Змеи тут нет. Где бы она могла спрятаться? Ты ведь сказала, что она громадных размеров. Это тебе показалось.

— Со мной раньше такого не происходило! Все из-за проклятого идола! Я хочу немедленно уехать отсюда!

— К сожалению, мы с тобой слишком далеко заехали. Завтра отправимся на яхту, и все будет нормально.

— Она преследует меня! Хочет смерти! Она везде!

— Может, обратимся к помощи колдуна, с которым договорился Махмуд?

— Я на все согласна, только бы отделаться от нее!

Дмитрий находился в ванной комнате, пока Лера принимала душ и приводила себя в порядок. Несмотря на пережитый страх, как только она легла на кровать, сразу же заснула. Воспользовавшись этим, Дмитрий отправился к Махмуду.

<< | >>
Источник: Сергей А. Пономаренко. Темный ритуал. 2015

Еще по теме 5:

  1. И. К. Беляевский. Коммерческая деятельность, 2008
  2. Введение
  3. Коммерческая деятельность в бизнесе
  4. Понятие и сущность коммерции и коммерческой деятельности
  5. Продавцы и покупатели на рынке товаров
  6. Маркетинг в коммерческой деятельности
  7. Торговля как коммерческий процесс
  8. Роль научно-технического прогресса в коммерции
  9. Социальные аспекты коммерции
  10. Организация хозяйственных и договорных связей в коммерческой деятельности
  11. Понятие хозяйственных связей в коммерческой деятельности
  12. Понятие договора (контракта) и его роль в коммерческих отношениях
  13. Процесс заключения договора: этапы и оформление
  14. Поиск партнера в процессе заключения сделки
  15. Основные экономические и финансовые категории и показатели коммерции
  16. Понятие и формы коммерческого капитала
  17. Финансы в коммерческой деятельности
  18. Оборот товаров, товарные запасы и товарооборачиваемость. Понятие и виды товара
  19. Товарооборот как форма продажи товара покупателю