(Сергей Есенин, «Письмо деду»)

Первое время на душе кошки скребли, я даже встретился с «дядей Лешей» и наговорил ему всякой ерунды.

Пережить предательство мне помогла женщина по имени Надя, с которой я познакомился до отсидки. Хотелось душу отвести, я позвонил, и мы стали встречаться. Я сразу предупредил: если предложу выйти замуж, пусть отказывается хотя бы год, потому что предложение будет от обиды. Она эту просьбу выполнила, тем более что и сама была замужем.

С Надей мне очень повезло. Такая веселая, умная, хорошая женщина, и, наверное, любила меня. С ней я немножко успокоился. Мы не поженились, но она помогла пережить ту ситуацию.

А что с Таней? Мы почти не общались с тех пор, хотя я регулярно виделся с дочкой Наташей. Помню только случайную встречу, когда Наташа уже поступила в институт. Я периодически давал дочке деньги на учебу и жизнь, и однажды она пришла ко мне на московский завод. Рядом с ним, в лесочке у родника, у меня намечалась деловая встреча. Попросил: Наташа, подожди, я на десять минут отъеду.

Туда меня довез водитель, а обратно объезжать долго: я вылез из машины и побежал через лес. Бегу и вижу — стоит какая-то женщина и смотрит на меня пристально. Я на всякий случай произнес: «Здрасьте» — мало ли, знакомая, которую не распознал. А она:

— А ты что, меня не узнаешь?

— Нет…

— Я Таня.

— Какая Таня?

— Наташина мама.

— А-а-а. Ну ладно, привет!

И дальше побежал. Она потом несколько лет говорила: неужели я так постарела, что меня Боря даже не узнал?

С «дядей Лешей» она давно рассталась, еще в 80-х. Сейчас Таня одна, звонила мне недавно поздравить с днем рождения Наташи и сказала, что всю жизнь любила только меня. Я засмеялся: «Таня, не говори всякую ерунду».

Ну, у нее с деньгами не очень хорошо. И тут вспоминается старое циничное утверждение: «Мужчины, не ищите женщин, ищите деньги. Тогда женщины сами вас найдут».

Странным образом все мои бывшие жены признаются мне в любви. Я думаю, это связано во многом с тем, что у женщин в старости нет особого материального обеспечения. И конечно, хочется на кого-то опереться. Поскольку я стал богатенький, то, как ни цинично и смешно, факт налицо: сейчас все меня сильно любят.

К этому надо относиться философски, помня старый анекдот. Богатый пожилой мужчина встает утром с постели, в которой лежит молодая девчонка, подходит к зеркалу, а у него морщины, отеки… И говорит: «Ну как же сильно можно любить деньги!» Примерно так и у меня.

Актриса Софи Такер, сделавшая большую карьеру в США, приехав еще до революции из Российской империи, говорила так: «С рождения до 18 лет девушке нужны хорошие родители. С 18 до 35 лет она должна хорошо выглядеть. С 35 до 55 лет ей надо быть хорошей личностью, а после 55 лет — обладать хорошим кошельком».

И еще анекдот. Умирает мужик и завещает все свое состояние трем женщинам, которых никто не знает. Его спрашивают: зачем ты это делаешь? А он: они когда-то отказались выйти за меня замуж и позволили мне всю жизнь прожить счастливым.

На этом экскурс в будущее заканчиваю и возвращаюсь во вторую половину 80-х, когда я без средств к существованию, без профессии оказался в Москве, где только-только стартовала горбачевская перестройка.

Перестройка начиналась и в моей жизни. Врачебная деятельность на Сахалине давно прошла, три года лишения свободы закончились, но желание жить хорошо никуда не пропало. Я вернулся в Москву без денег, без квартиры, без машины. И без специальности. Если врач несколько лет не поддерживает свою квалификацию, вернуться в профессиональную деятельность удается очень редко. Тем более тяжело возвращаться в хирургию. Да и в загранплаваниях я большей частью решал простые врачебные задачи и не мог развиваться как спе­циалист.

Чтобы подтянуть до современного уровня мои врачебные знания, требовалось два-три года. А жить на что-то надо. В голове бешено крутилось: нужно что-то предпринимать, нужно зарабатывать деньги.

Начались новые веяния. Выяснилось, что хозрасчет, конкуренция, кооперация — это явления, которые должны вывести экономику СССР из застоя. Слова «бизнес», «предпринимательство» постепенно переставали быть табуированными. 19 ноября 1986 года приняли закон «Об индивидуальной трудовой деятельности».

Какое-то время я занимался иридодиагностикой (постановка диагнозов по радужной оболочке глаза) и аурикулодиагностикой (по уху). Я привлекал врачей, владевших методикой, и находил организации, готовые платить за обследование сотрудников. Например, заключал договор с трестом парикмахерских или с профсоюзом парикмахеров. В день мы обслуживали две-три парикмахерские, в каждой из них работали, допустим, 10–15 человек. Неплохие деньги удавалось зарабатывать, благо тогда у государственных предприятий появились и деньги, и большая самостоятельность в вопросе, как их тратить.

Я взял на работу Сашу, с которым познакомился на зоне. Способный человек, окончил два института, но имел слабость к алкоголю и сидел за то, что по пьянке избил жену.

Симпатичный здоровый Саша умел договариваться с коллективами госпредприятий. Придет в кинотеатр, договорится с директрисой, и вот мы уже обследуем всех сотрудниц кинотеатра. На широкий поток это дело поставили, занимались им больше года, но потом Саша запил. Так диагностика и сошла на нет. Пьяница не способен нормально договориться и держать слово. Пару рюмок выпивает и уходит в никуда. Потом Саша сторожем в зоопарке работал, насколько я знаю.

Ну а 26 мая 1988 года вышел закон «О кооперации в СССР», и занятие бизнесом стало легальным. И началось движение от социализма к капитализму. Чем отличаются эти два строя? При социализме, как ни работай, все равно получишь определенное вознаграждение, но много заработать официально практически нельзя. При капитализме наоборот: если плохо работаешь, то и сам как бизнесмен не заработаешь, и на хорошую работу другой собственник тебя не возьмет.

При капитализме перед любым человеком более жестко стоит задача заработать денег на жизнь. Я постоянно думал, как это сделать, перебирал все возможные варианты. Если я не смогу стать лучшим врачом, то почему не организовать работу других? И вместе с моим другом Юрием Александровичем Изачиком, подробно о котором я расскажу позже, мы создали врачебный кооператив «Надежда».

Товарищи, с которыми я учился, имели нормальную работу, а людей достаточно тяжело сорвать с привычного места в такое рискованное плавание, как собственное дело.

А меня просто жизнь заставила создать кооператив. Толчком стала элементарная потребность в деньгах. Потом уже смотришь, идет или не идет бизнес. Если нет, нужно суметь вовремя соскочить, чтобы не потратить все свои деньги. Когда у нас кончились деньги на аренду, пришлось закрыть «Надежду» и пробовать что-то новое.

Первым бизнесом, принесшим мне серьезные деньги, стало книго­издание. После перестройки книги оказались в жутком дефиците. Покупали их с помощью талонов, вырученных за сдачу макулатуры, ассортимент государственных издательств был скудный. И я нащупал эту нишу.

Так, детективы Агаты Кристи пользовались бешеной популярностью, а их не хватало. И я решил издать «Третью девушку». Как сейчас помню, на обложке красовалась девушка, простреленная автоматной очередью.

Для тиража требовался миллион рублей. Где его взять? Я пошел к маме и уговорил ее заложить в банке квартиру. Она принесла деньги домой, а когда пришла пора везти их в типографию, наступил конфуз: деньги пропали. Потом выяснилось, что мама, отлично зная мой аферистичный характер, испугалась и зашила деньги в матрас. Ее можно понять: если бы я прокукарекал деньги, она осталась бы без двухкомнатной квартиры, на которую работала всю жизнь.

Я все-таки убедил маму, что риска нет, спрос на книги огромный, мы распороли матрас и благополучно напечатали тираж. Арендовал ларек у товарища, директора магазина, рядом с метро «Октябрьская». Книги завозили машинами. Выстроилась такая очередь, что ко мне подбежал милиционер и попросил развернуть машину в другую сторону, так как очередь мешала заходить в метро.

Мы отлично отторговали, издали книгу три раза и заработали по тем временам громадные деньги. Я уже точно не помню цифры, но если со ста тысяч экземпляров наварить по рублю, уже получалось сто тысяч рублей.

Но свято место пусто не бывает. Книжный бизнес — это время, пара месяцев на издание, пара месяцев на продажу. На три книги я потратил год. Люди увидели, какие доходы приносят книги, ринулись в этот бизнес, и он перестал быть таким прибыльным. Типографии стали сами печатать книги. Зачем я им нужен? Рынок наводнялся книгами, очереди исчезли. Ажиотаж всегда быстро проходит, кто первый — того и тапки. Остальным остается биться за место под солнцем.

По опыту с книгами я понял: первое, что отличает предпринимателя, — способность достать деньги и рисковать всем. Много ли людей способны заложить свою квартиру? Ведь никогда нельзя быть полностью уверенным, что бизнес «выстрелит». Говорят, даже у Суворова была присказка, которую Л. Н. Толстой использовал в «Песне про сражение на реке Черной 4 августа 1855 г.», «Гладко было на бумаге, да забыли про овраги» — при том, что великий полководец за свою жизнь не проиграл ни одной битвы.

Венчурные капиталисты считают: если один из шести проектов сработал — это уже хорошо. То есть вероятность составляет 16,7 процента.

Нужен рисковый характер, особенно на первом этапе. Тогда человек, наверное, способен заниматься бизнесом. Если авантюрности нет, всегда найдутся причины, почему что-то «невозможно» сделать.

***

Леня (не помню уже фамилию), рекомендовавший заняться книгоизданием, подкинул еще одну идею. Кто-то из его родственников работал в большой страховой компании в Нью-Йорке, и он придумал издавать справочник лучших предприятий для вложения денег. Идея состояла в том, чтобы узнавать у министров, какие предприятия в отрасли передовые. Например, про клиники берем интервью у министра здравоохранения, про металлургические заводы — у министра металлургии. И на выходе имеем справочник для инвесторов.

Мы взялись за справочник, объехали министров — тогда это не составляло труда. Приходишь к секретарше, даешь ей коробку конфет и бутылку шампанского, говоришь: мы написали, какие заводы заслуживают внимания, пусть нам министр подпишет. Она несла документ на подпись, министр подписывал или корректировал, и мы получали информацию, одобренную министром. Никакой тайны информация не составляла, за исключением секретных предприятий.

И мы посчитали примерно так: у американцев 100 тысяч клиентов. Справочники они собирались продавать по 40 долларов. Наша часть была 25 процентов, то есть мы рассчитывали заработать миллион долларов.

Мы проверили, есть ли у Лени родственник в Нью-Йорке, специально звонили. Выяснилось, что есть и что он действительно работает в страховой компании.

Но сомнения меня не покидали. Мы приехали к Лене в офис — дом на Беговой. А там — рожи бандитские. Я Лене сказал, что не буду вкладывать деньги, пока сам с этим родственником не познакомлюсь.

Через какое-то время он сообщил: родственник приезжает из США и просит 10 тысяч долларов для начала работ по справочнику. И вот сижу я в «Метрополе» с деньгами и спрашиваю: «Леня, а где родственник-то?» Отвечает, мол, он в Кремле, задерживается. Сидим час, два, три, потом я уже не выдержал, отдал ему деньги и поехал по делам. Ни Лени, ни денег я больше не видел.

Потом я слышал, что он попал в зависимость от бандитов, которые назначили сумму выкупа, и занимался тем, что разводил других на деньги, в том числе и меня. Говорили, что он крутил какую-то аферу с зерном, а потом исчез. Скорее всего, плохо кончил.

<< | >>
Источник: Александров Борис Юрьевич. Сырок. История моей жизни и бизнеса. 2016

Еще по теме (Сергей Есенин, «Письмо деду»):

  1. Сергей Есенин, 20-е гг
  2. Сергей Есенин. 1925 г
  3. Виктор Кузнецов. Сергей Есенин. Казнь после убийства, 2006
  4. Сергей Есенин на смертном одре. Ленинград, гостиница «Англетер» 28 декабря 1925 г
  5. Письмо приносит счастье
  6. Автоматическое письмо.
  7. Способ заставить студента ответить на письмо
  8. ПИСЬМО ПАЦИЕНТКИ
  9. Письмо может стать поворотным пунктом к лучшему
  10. Сергей Пономаренко
  11. Сергей Пономаренко
  12. Сергей Пономаренко
  13. Сергей Анисимов
  14. Сергей Пономаренко
  15. Напишите себе письмо
  16. Гарантийное письмо (расписка)
  17. Князь Сергей Дмитриевич Урусов
  18. Сергей Пономаренко. Кассандра, 2009