Обезьяны заботятся о больных и раненых сородичах, совята делятся пищей с менее удачливыми соседями по гнезду, а один дельфин помог спасти выброшенного на берег горбатого кита.

Все мы слыхали неточный перевод знаменитой фразы Дарвина «survival of the fittest» – «выживание сильнейших», в то время как точный перевод – «выживание наиболее приспособленных» – гораздо лучше отражает суть естественного отбора.

В сущности, только выживание самых добрых и отзывчивых способно гарантировать долгосрочное благополучие вида. В ходе эволюции мы научились действовать сообща, вместе вскармливать и воспитывать детей, совместно добиваясь процветания каждому во благо.

В тот день я плакал из-за Джун, как с тех пор плакал из-за каждого пациента, хотя никогда больше не позволял эмоциям мешать проведению операции. Нет ничего постыдного в том, чтобы чувствовать чужую боль. Напротив, это прекрасно, и мне кажется, именно благодаря данной способности мы все оказались рядом друг с другом в этом мире.

* * *

Работая над этой книгой, я узнал, что Рут умерла в 1979 году от рака груди. Но я все же верю (хоть и не могу утверждать наверняка), что она гордилась бы тем, какой путь я проделал, чтобы научиться, в конце концов, раскрывать свое сердце, равно как и сердца других людей. И думаю, она поддержала бы мое желание найти научное доказательство того, что ее интуитивно созданная методика реально работает. Когда мозг и сердце действуют сообща, мы становимся счастливее и здоровее, начинаем делиться с окружающими любовью и добротой, заботиться друг о друге. Душой я чувствовал, что это правда, однако хотелось получить весомые доказательства. Движимый этой идеей, я начал серьезное научное исследование сострадания и альтруизма. Я хотел не только прояснить механизмы их возникновения в ходе эволюции, но и понять, как альтруистичное поведение отражается на нашем мозге и здоровье. Предварительные данные демонстрировали явное положительное влияние. И я решил присоединиться к группе ученых, активно занимавшихся этим вопросом. На личном опыте я узнал о наличии позитивного эффекта, но хотел отыскать способ улучшать жизни других людей с помощью этого знания. Мог ли я внести свой вклад?

Я затеял кое-какие предварительные исследования вместе с коллегами – неврологами и физиологами. Результаты оказались многообещающими. Мы стали собираться каждые несколько недель, чтобы обсудить новейшие достижения, а также потенциальные направления научно-исследовательской работы. Своему неофициальному проекту мы дали название «Проект Сострадание». Поначалу я финансировал его из собственного кармана. На одном из собраний всплыло имя далай-ламы: именно он подал идею начать исследование воздействия медитации и чувства сострадания на мозг, чем занялся один из ведущих научных центров. Спустя несколько дней, когда я шел по студенческому городку Стенфорда, у меня в голове всплыл образ далай-ламы. Я подумал, что неплохо бы ему приехать в Стенфорд, встретиться со мной и моими коллегами и пообщаться на интересующую всех нас тему. Любопытная мысль, поскольку буддистом я не был, а мои знания о далай-ламе ограничивались тем фактом, что в 2005 году он приезжал в Стенфорд, чтобы обсудить наркозависимость, вредные пристрастия и страдания. Тем не менее я не мог выкинуть из головы идею о его повторном визите к нам. Я узнал, что в 2005-м к приезду далай-ламы приложила руку жена декана медицинского факультета. Она рассказала, что встречу организовал один из преподавателей, участвующий в стенфордской программе изучения Тибета. Я связался с ним, и он дал контактную информацию Туптен Джинпа – бывшего монаха, почти четверть века работавшего переводчиком у его святейшества. Мы с Туптен Джинпой поговорили по телефону, и мне удалось договориться о встрече с далай-ламой во время его визита в Сиэтл в 2008 году.

Вот так я взял и воплотил встречу с далай-ламой в реальность.

Вместе со мной в Сиэтл поехало еще несколько сотрудников Стенфорда: представитель медицинского факультета, руководитель института неврологии, профессор тибетологии, который помог выйти на далай-ламу, а также наш потенциальный спонсор. Внушительная свита. Изначально я и не предполагал, что соберется такая делегация.

Мы встретились в гостиничном номере далай-ламы. Нас представили, после чего я рассказал его святейшеству о том, что заинтересован в изучении сострадания, о своем опыте работы нейрохирургом, о предварительных результатах недавно начатого нами исследования, а также попросил его выступить в Стенфорде.

Он задал несколько проницательных вопросов, касающихся нашей исследовательской работы, и, выслушав мои ответы, улыбнулся:

– Конечно, я принимаю ваше приглашение.

Беседа с далай-ламой произвела на меня неизгладимое впечатление. Он излучает такую абсолютную и безусловную любовь, что рядом с ним чувствуешь себя, будто глубоко вдохнул, после того как надолго задержал дыхание. Не нужно притворяться и изображать то, чем не являешься, – достаточно быть собой, ведь далай-лама признает тебя таким, какой ты есть, он полностью принимает тебя. Это чувство невозможно описать словами.

Вскоре монах достал огромный журнал с графиком запланированных встреч далай-ламы, чтобы выкроить время для посещения Стенфорда. После того как дату выбрали, далай-лама вдруг начал что-то оживленно обсуждать по-тибетски с переводчиком. Так продолжалось несколько минут, на протяжении которых моя «свита» не проронила ни слова. Неужели я чем-то огорчил далай-ламу? Или непреднамеренно разозлил? Что он говорит?

Меня прошибло потом.

Разговор резко прекратился. Переводчик Джинпа повернулся ко мне и сказал:

– Джим, его святейшество чрезвычайно впечатлен вашей целеустремленностью и начатым вами проектом, в связи с чем он выразил желание внести личный вклад в ваше дело.

Цифры, которые он озвучил, ошеломили меня. У далай-ламы действительно есть фонд, пополняемый за счет продажи его книг. Деньги из этого фонда обычно жертвуются на различные программы, напрямую касающиеся Тибета. Иногда деньги направлялись и на другие цели, непосредственно не связанные с Тибетом, но никогда раньше речь не шла о такой большой сумме.

После этой беседы мы все чувствовали себя так, словно плывем на облаке. Его святейшество не только согласился выступить в Стенфорде, но и стал нашим спонсором! Поразительно. Чуть позже один из участников встречи сказал, что он тоже считает себя обязанным пожертвовать деньги на мои исследования, раз уж я убедил далай-ламу. Спустя еще неделю позвонил знакомый инженер из «Гугл», заинтересованный в моей работе; он узнал о встрече с далай-ламой и о пожертвовании и теперь тоже хотел внести свою лепту. Так постепенно неофициальный научный проект превратился в Научно-образовательный центр исследований сострадания и альтруизма – CCARE (Center for Compassion and Altruism Research and Education). Не менее поразительным было то, что Джинпа, который в свое время успел получить ученую степень в Кембридже, стал моим близким другом и следующие три года каждый месяц приезжал на неделю, чтобы помочь с созданием CCARE. Одновременно вместе с коллегами-психологами он помог разработать обучающую программу, способствующую развитию сострадания, которую прошли уже тысячи человек и которую мы продолжаем совершенствовать по сей день. Мы также подготовили инструкторов, которые помогают успешному распространению этой удивительной программы по всему миру.

С момента своего основания CCARE был признан ведущим научным учреждением в области изучения сострадания и альтруизма. Благодаря работе центра удалось доказать, что они оказывают сильное положительное влияние на жизни отдельных людей, на образование, предпринимательскую деятельность, здравоохранение, уровень социальной справедливости и т. д.

Мы с коллегами надеемся, что CCARE станет маяком, который покажет, что каждый человек способен изменить жизнь окружающих к лучшему, а также продолжит наглядно демонстрировать, что альтруизм и доброта положительно влияют на здоровье, самочувствие и продолжительность жизни.

Я на личном опыте убедился, что одному человеку под силу изменить жизнь другого. И я рассчитываю, что наш центр еще многих вдохновит на то, чтобы открыть в себе подобную силу. CCARE – один из способов исполнения обещания, данного мною Рут: с помощью центра я учу людей магии. Еще один способ заключается в том, чтобы направлять и вдохновлять других врачей.

<< | >>
Источник: Джеймс Доти. Компас сердца История о том, как обычный мальчик стал великим хирургом, разгадав тайны мозга и секреты сердца. 2017

Еще по теме Обезьяны заботятся о больных и раненых сородичах, совята делятся пищей с менее удачливыми соседями по гнезду, а один дельфин помог спасти выброшенного на берег горбатого кита.:

  1. Как внутренний стартер помог спастись военнопленному
  2. Не лишайте больного возможности самому заботиться о себе. Очень часто близкие стремятся все сделать за больного, лишая его, таким образом какой бы то ни было самостоятельности. Обычно это сопровождается фразами вроде: «Ты болен, и нечего тебе этим заниматься! Я сам все сделаю» - это может только усилить проявления болезни. Больным необходимо предоставлять возможность самим заботиться о себе, а окружающие должны хвалить их за проявление ини­циативы: «Какой ты молодец, что сам все это делаешь!» ил
  3. 30. Дробовое ранение и ранение автоматической очередью
  4. Еще один мотив, часто встречающийся в жизни онкологических больных, — это ситуация женщины, вкладывающей всю душу и физическую энергию в семью.
  5. Подводные роды и дельфины-акушерки
  6. О чем молчат дельфины
  7. Соседи-вампиры
  8. Соседи.
  9. Сто один способ разбогатеть Счастье за один рубль. Богачи и бедняки
  10. К раненым воинам.
  11. ЧЕТЫРЕ КИТА ЗАВЕРШЕНИЯ
  12. если у человека нет надежды вообще, он остается один на один с ощущением безысходности, а это чувство,
  13. ОБЩЕЕ ПРАВИЛО 1: НЕ ПРОВОЦИРОВАТЬ АГРЕССИВНЫХ ДЕЙСТВИЙ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО 2: ВАША ЗАДАЧА - БЕЖАТЬ ИЛИ ЗВАТЬ НА ПОМОЩЬ, В КРАЙНЕМ СЛУЧАЕ - ЗАЩИЩАТЬСЯ ЛЮБОЙ ЦЕНОЙ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО 3: ЕСЛИ ВАС ПОЗВАЛИ НА ПОМОЩЬ, И ВЫ МОЖЕТЕ ЕЕ ОКАЗАТЬ, ПОМОГИТЕ ПОСТРАДАВШЕМУ, ЕСЛИ ВЫ НЕ В СИЛАХ ПОМОЧЬ САМИ, ПОМОГИТЕ ЗВАТЬ НА ПОМОЩЬ ОБЩЕЕ ПРАВИЛО 4: ОБРАТИТЕСЬ В МИЛИЦИЮ
  14. РАНЕНИЕ
  15. Создайте «гнездо».
  16. Потревожим осиное гнездо