Жан-Пьер Бланшар ищет спонсоров для своего самодвижущегося аэростата

К Бланшару вернулись все его способности, в частности способность травить байки. Неважно, что бешеный де Шамбон еще утром разломал его весла. Бланшар тем не менее настаивал, что «страх опуститься прямо в реку заставил меня очень быстро вращать веслами. Я считаю, что именно этим усилиям я обязан тем, что сумел все же пересечь реку наискосок и оказался над сушей».

Первый полет Бланшара продолжался семьдесят пять минут. Это было значительное достижение — но Бланшар продолжал упорно твердить о своих веслах! Современники только морщились. Физик Жан-Батист Био, внимательно следивший за всей этой историей, сразу же громко опроверг утверждение Бланшара о том, что непонятно, каким образом, при помощи парусов или весел, он сумел независимо двигаться сквозь воздух. Бланшар занял глухую оборону. Он понимал: тот, кто сумеет предложить надежный способ двигаться на шаре из пункта А в пункт Б, получит все спонсорские деньги и будет принят во всех гостиных Европы. Однако в Париже конкуренция в борьбе за спонсоров была очень серьезной. Очевидное решение: отправиться в Лондон. В этой великой столице еще не взлетел ни один аэростат с человеком на борту. Вот где возможности!

15 сентября 1784 г., всего через несколько недель после того, как Бланшар сошел с парома в Дувре, итальянец Винченцо Лунарди пролетел около 40 км от Лондона до городка Уэр в графстве Хертфордшир; это было первое воздушное путешествие на сколько-нибудь серьезное расстояние. За одну ночь Лунарди сделался любимцем Лондона; его имя украшало первые страницы газет, а его храбрость прославлялась в песенке, мгновенно обретшей громадную популярность. Но что гораздо хуже, Лунарди тоже снабдил свой шар веслами!

К счастью, он уронил одно весло при взлете, так что рассказы Бланшара о движении по воздуху на парусах и веслах по-прежнему встречались в гостиных Лондона с энтузиазмом. Для британских спонсоров Бланшар олицетворял верный шанс вырваться вперед: первые самодвижущиеся шары будут британскими!

Я подозреваю, что к этому моменту Бланшар и сам поверил в собственную выдумку. В первом полете (одиночном) над Соединенным Королевством ему, по его собственным утверждениям, пришлось изо всех сил грести, чтобы вернуться на землю, «…и минут через пятнадцать-двадцать я прибыл… после изматывающего труда, почти обессиленный». Мне кажется, что, летая один, человек может убедить себя в самых невероятных вещах. С пассажирами, однако, дело иное. Представьте, каково грести к земле в присутствии заинтересованных свидетелей — или, еще хуже, скептически настроенного спонсора!

Бланшар прилагал массу усилий, чтобы никогда и никого не брать с собой в полет. 16 октября 1784 г. он должен был взлететь с пассажиром — знаменитым и эксцентричным анатомом по имени Джон Шелдон. К плетеной корзине своего аэростата Бланшар «приделал своеобразный вентилятор, который можно было вращать при помощи лебедки. Этот вентилятор, вместе с крыльями и рулем, должен был обеспечивать движение в нужном направлении, и Бланшар утверждал, что после подъема на определенную высоту это вполне реально».

Все это оборудование, не говоря уже о «множестве научных приборов и музыкальных инструментов, кое-каких закусках, балласте и т. п.», упорно не давало шару взлететь, пока наконец Шелдон не потерял терпения и не вылез из корзины. Наконец шар получил достаточную для взлета подъемную силу. «После множества злоключений, — пишет Марион, — [Бланшар] приземлился на равнину в Хэмпшире, примерно в 120 км от точки вылета. Наблюдатели отмечали, что до тех пор, пока шар можно было ясно видеть, аэронавт не демонстрировал обещанных чудес с крыльями, вентилятором и т. п.».

Тогда никто ничего не заподозрил, и разочарование Шелдона, в последний момент изгнанного из корзины, сошло Бланшару с рук. Однако к тому моменту, когда он собрался «грести» через Ла-Манш, до некоторых начало доходить.

Доктор Джон Джеффрис — бостонец, живущий в Англии, — дал деньги на этот полет (пожалуй, самый интересный проект года) на условии, что он полетит тоже. Бланшар как мог старался отговорить спонсора. Он даже составил контракт, по которому Джеффрис соглашался выброситься за борт, «если это будет необходимо для успешного завершения полета». Джеффрис назвал Бланшара обманщиком и поставил свою подпись под контрактом. После этого их отношения переросли в открытый конфликт. Бланшар, готовивший шар на побережье Кента недалеко от Дуврской крепости, забаррикадировался в лагере. В ответ Джеффрис нанял группу матросов и взял его укрепления штурмом.

7 января 1785 г. шар перенесли к кромке дуврских скал, и Бланшар пригласил Джеффриса в гондолу. Подумать только! Шар отказывался взлетать. Бланшар объявил, что шар перегружен: Джеффрису придется остаться. Джеффрис проверил гондолу. Затем он проверил своего спутника. Под курткой у Бланшара обнаружился свинцовый пояс.

От пояса избавились, и шар поднялся в воздух над дуврскими скалами: небольшая черная гондола в форме лодки с рулем, четырьмя крыльями и яркими веслами, обтянутыми шелком. В гондоле царило молчание. Несколько часов полета его участники почти не разговаривали друг с другом.

Они не достигли еще и середины пролива, когда аэростат начал терять высоту. Поначалу проблема не казалась серьезной. В конце концов, они прихватили с собой немало вещей, которые можно было выбросить за борт: туда поочередно отправились подзорная труба, часы, небольшая научная библиотека, музыкальные инструменты, произведения искусства… К моменту, когда до берега оставалась примерно четверть пути, аэронавты уже выбрасывали за борт письма, спасательные жилеты и запасные канаты. Бланшар решил, что пора немного погрести. Он взялся за шелковые весла гондолы и начал размахивать ими в воздухе, гоняя воздух. Джеффрис пытался рулить. Неизвестно, кто из них первым предложил демонтировать колымагу и выбросить ее в океан, но отправились крылья и весла именно туда.

Шар продолжал опускаться. Гондола уже скользила по верхушкам волн. Путешественники выбросили свои куртки. Затем письма, которые везли с собой. Затем штаны. Они по очереди облегчились в пустую бутылку и тоже отправили ее за борт.

Тут шар начал мучительно медленно, буквально по сантиметру, подниматься.

Полузамерзшие, в одном нижнем белье, Бланшар и Джеффрис приземлились в лесу под Ардром, неподалеку от Кале. Когда они добрались до города, Джеффрис залез рукой в подштанники и вынул измятое письмо, адресованное Темплу Франклину, внуку Бенджамина Франклина. Это было первое в истории письмо, доставленное авиапочтой.

В том же году — под впечатлением, возможно, перелета через Ла-Манш — Жан-Пьер Бланшар тоже начал экспериментировать с парашютами. Он взял в полет на шаре свою собаку, привязал ее к куполу собственного изобретения и выбросил из корзины. Пес благополучно приземлился на все четыре лапы и рванул к деревьям. Больше его никто не видел.

Обрадованный Бланшар превратил это мероприятие в публичный аттракцион; но после того, как одна из собак и овца разбились насмерть, от этой идеи пришлось отказаться. Вместо этого он объявил, что прыгнет на парашюте сам, причем играя одновременно на скрипке. Посмотреть на прыжок Бланшара собралась большая толпа, и он действительно прыгнул — с высоты примерно метров трех. Разочарованные зрители обозлились и переломали незадачливому парашютисту все оборудование.

Первый бескаркасный мягкий парашют придумал Андре-Жак Гарнерен — бывший студент-физик, приобщившийся к аэронавтике во французской армии. 22 октября 1797 г. он устроил зрелищную демонстрацию своего изобретения. Поднявшись на тепловом шаре на 1000 м над Парижем, он отдал команду, по которой его брат должен был перерезать канаты, крепившие гондолу к шару. Несколько жутких мгновений парашют оставался свернутым. «Однако внезапно он рванулся и принял правильную форму; и падение искателя приключений, казалось, мгновенно прекратилось».

На самом деле спуск Гарнерена прошел далеко не гладко. Небольшая гондола начала бешено раскачиваться. В какой-то момент она, раскачиваясь, взлетела выше купола, и зрители испугались за жизнь храбреца. Через двенадцать минут пьяного, беспорядочного спуска гондола опустилась наконец на землю, и зеленый Гарнерен выполз из нее наружу. Ему было очень плохо.

Воздух, попадающий под купол парашюта, должен был в какой-то момент выходить из него через край, и именно это вызывало сильное раскачивание и самого купола, и человека под ним. Решение нашел французский астроном Жером Лаланд: он предложил прорезать в верхушке парашюта дыру. Конечно, это должно было слегка снизить эффективность парашюта, — но при этом дать разумный выход накапливающемуся под куполом воздуху, а значит, стабилизировать полет. После этой небольшой, но существенной модификации Гарнерен успокоился: он ездил по миру и прыгал с парашютом на потеху публике, нередко вместе с женой и племянницей.

В наше время большинство людей считает воздухоплавание спокойным занятием, располагающим к созерцанию и философским размышлениям. Первопроходцы XIX в. думали иначе. Некоторые из них явно стремились сделать аэронавтику как можно более страшной и пугающей. Интересно, сколько опиума надо принять, чтобы верховая прогулка на пони среди облаков показалась разумной и заманчивой идеей? Чарльз Грин — лондонский продавец фруктов, ставший самым знаменитым британским аэронавтом, — совершил 29 июля 1827 г. именно такую прогулку. При этом он не переставал громогласно заверять зрителей, что животное «специально дрессируется для этой цели». Готовили его, должно быть, по замечательной программе, потому что пони нисколько не волновался во время этого необычного путешествия «и ел охотно бобы, которыми храбрый наездник время от времени угощал его с руки».

Через девять лет Грин превратился из циркача в первопроходца, установив на шаре Royal Vauxhall рекорд дальности полета. За одну ночь сам Грин, его спонсор Роберт Холлонд и аэронавт Монк Мейсон перелетели из лондонского парка Воксхолл-Гарденз в немецкий Вайльбург, преодолев расстояние 770 км — этот рекорд не был побит до 1907 г.! Надо сказать, что путешествовали они с удобством: в отчете Мейсона в 1838 г. фигурируют пледы, саквояжи, бочонки, мегафоны, барометры, подзорные трубы, лампы, графины с вином, фляжки с крепкими спиртными напитками и «множество других предметов, предназначенных для путешествия в такие места, где ничего невозможно достать».

Путешествие вдохновило аэронавтов на дальнейшие подвиги. Монк Мейсон писал: «По его [Грина] мнению, Атлантика тоже всего лишь пролив: на перелет через нее может хватить и трех дней». (Грин был прав: мы с Пером в 1987 г. подтвердили его оценку. Правда, я не уверен, что нам хватало наглости смотреть на Атлантику как на «обычный пролив»!) Далее Мейсон продолжает: «Он замахивается даже на кругосветный полет: он считает, что за пятнадцать дней в зоне пассатов можно обогнуть весь земной шар. Кто может остановить его?»

Без сомнения, самым претенциозным из дальних полетов XIX в. был полет шара под названием Le Geant — детища известного французского фотографа Гаспара-Феликса Турнашона, известного под псевдонимом Надар. Вместо обычной корзины под этим шаром висело двухэтажное плетеное сооружение высотой два с половиной и длиной почти четыре метра; внутри была небольшая типография, фотографическое отделение, комната отдыха и туалет. 18 октября 1863 г. полмиллиона людей с замиранием сердца следили за тем, как этот чудовищный шар поднялся с парижского Марсова поля с тринадцатью пассажирами на борту.

Объявленный заранее старт Le Geant собрал столько зевак, что Надару пришлось огородить площадку деревянными заграждениями. (Бельгийцы до сего дня называют сдерживающие толпу заграждения надарами. ) Как ни печально, шар Надара не выполнил своей главной задачи: собрать средства для общества, изучающего (что бы вы думали?) летательные аппараты тяжелее воздуха.

Секретарем этого общества был Жюль Верн; именно перипетии полета Le Geant вдохновили его написать роман «Пять недель на воздушном шаре». Но даже книжные приключения меркнут в сравнении с драматическими событиями, которые произошли на самом деле всего через несколько недель после первого полета Le Geant , когда шар отправился в Германию.

<< | >>
Источник: Ричард Брэнсон. Достичь небес. Аэронавты, люди-птицы и космические старты. 2013

Еще по теме Жан-Пьер Бланшар ищет спонсоров для своего самодвижущегося аэростата:

  1. Выбор банка-спонсора
  2. для своего спасения
  3. Пьер Жильяр. Император Николай II и его семья, 1991
  4. Плотин Приведите в равновесие энергии своего тела для обретения здоровья, радости и жизнестойкости
  5. Др. Кэннет Бланшар ИСТОРИЯ СКАЗКИ
  6. 2. Доклад о воздушном инциденте, произошедшем 16 июля 1947 года, подготовленный генералом Натаном Туайнингом для своего руководства
  7. КЕН БЛАНШАР И СПЕНСЕР ДЖОНСОН, соавторы «Менеджера за минуту»
  8. Жан-Клод Спаак
  9. К УЧЁНЫМ, ПРАКТИКАМ, СПОНСОРАМ руководителям, исполнителям и инвеститорам Духовное восхождение Человека
  10. Жан Жак Руссо
  11. Посредством вибраций душа ребенка выбирает себе родителей и окружение еще до своего рождения, чтобы научиться всему, что ей необходимо для совершенствования в этой жизни
  12. ПЕТРА ИЩЕТ СОВЕРШЕНСТВА
  13. Пауль Зиберт ищет экзаменатора